Мэриел из Рэдволла - Брайан Джейкс

— Я и не собираюсь бежать. Не на того напал, — огрызнулся Габул. — Только слишком вас много на одного. И ты вооружен до зубов, а угрожаешь безоружному. Бросай свой тесак. Пусть когти и зубы решат, кто из нас сильнее. Мы, крысы-пираты, ведем бой честно. Или сдрейфил, полосатый пес?

Туман Кровавого Гнева застлал глаза владыке Ронблейду. Он отбросил меч и с ревом двинулся на Габула.

— Еууулааалиаааа!

Ронблейд вступил на ковер и тут же почувствовал, что лапы его лишились опоры. Со сдавленным криком он провалился в дыру и оказался на дне вонючей ямы. Рядом раздавалось какое-то шебуршание.

— Прочь! — взревел Ронблейд.

Мэриел и ее друзья в растерянности замерли в дверях.

У барсука перехватило дыхание, когда он разглядел в темноте гигантского черного скорпиона. Прежде чем он успел шевельнуться, скорпион был совсем рядом. Омерзительное насекомое поползло по кольчуге, а Ронблейд лишь смотрел на него расширенными от ужаса глазами.

Смертоносное жало, грозно извиваясь, готовилось впиться в тело барсука.

Вдруг кто-то словно толкнул Ронблейда и вывел его из оцепенения. Барсук сгреб скорпиона за хвост, с воинственным кличем подпрыгнул, размахнулся и вышвырнул ядовитое чудовище из ямы. Черный скорпион взметнулся вверх, отскочил от потолка и угодил прямо на голову Габула.

Оторопевшие друзья не могли отвести глаз от жуткого зрелища: Габул метался из угла в угол, пытаясь стряхнуть злобное насекомое, но страшные лапы намертво вцепились ему в горло. Скорпион взгромоздился на морду крысиного короля, заглушив его стоны и крики; ядовитое жало на хвосте впилось в висок Габула.

Голова Ронблейда показалась над краем ямы как раз в тот миг, когда Габул рухнул на пол. Яд проник в мозг безумца, судорога скрутила его в последний раз, и злобная душа рассталась с телом.

Скорпион повернулся к Ронблейду, но тут к нему подскочил Дандин. Мышонок занес над чудовищем клинок Мартина Воителя, и отвратительное насекомое, рассеченное на части, неуклюже свалилось в яму.

Дрожь сотрясала Ронблейда. Он яростно отряхивался, словно хотел стереть прикосновения мерзкого скорпиона.

А Тарквин, стоя поодаль, утешал свою верную харолину:

— Да, славная моя бренчалка, не пришлось тебе прогуляться по крысиной башке. Но ты, слышь, не горюй.

Ведь никому из нас не выпало его прикончить, так вот!

Подоспевший Джозеф обнял дочь за плечи:

— Это и к лучшему, поверьте. Зло поразило зло, а добро одержало победу. Идемте же, друзья! Оставим этот проклятый остров. Битва окончена, нас ждет мирная светлая жизнь.

Мэриел, сияя от радости, бросилась отцу на шею:

— Да, да! Скорее в Рэдволл!

В бухте острова Терраморт, развернув паруса, стояли четыре корабля, готовые к отплытию. Дарри Дикобраз занял место на мостике «Стального клинка». В честь обожаемого дядюшки капитана судно получило имя «Гейб». Капитан Тарквин принял командование над «Хон Рози», в прошлом «Черным парусом». Капитан Дандин сжимал румпель бывшего «Ночного разбойника», ныне «Аббата Бернара». «Крабьей клешне» вернули ее прежнее имя, «Барвинок», — таково было желание ее капитана, Джозефа Литейщика. Он гордо стоял на палубе рядом с Мэриел и Ронблейдом. Бойцы ОСГ, ставшие теперь матросами, укрепляли на корме колокол. В стене форта Блейдгирт, что выходила на море, зияла огромная пробоина — через нее колокол был спущен на корабль. Темный дым клубился над бывшим оплотом крыс-пиратов. Ронблейд удовлетворенно покачал головой:

— Никогда в жизни я не применял против врага огонь.

Но это гнездо зла заслуживает огненной смерти. Пусть огонь очистит камни, а дождь омоет их, пусть морской ветер развеет пепел. Как бы то ни было, черная память о крысином острове смерти будет жить вечно.

Джозеф похлопал по перилам:

— Старый добрый «Барвинок»! Помнишь, Мэриел, как мы с тобой пустились на нем в плавание? Многое нам пришлось пережить, но сейчас мы можем наконец доставить колокол владыке Ронблейду, в Саламандастрон, туда, где ему и надлежит быть.

Но барсук рассудил иначе:

— Нет, Джозеф, друг мой, этот чудесный колокол отправится в аббатство Рэдволл. Я принял это решение неспроста. Когда я упал в яму и скорпион полз по мне, ужас сковал мои члены. Еще мгновение, и мне пришел бы конец. Знаешь, кто в эту минуту мне помог? Мартин Воитель! Его доблестный дух вселился в меня, я встал и разделался с чудовищем. Я обязан Мартину жизнью и должен отплатить ему.

Дандин прикоснулся к эфесу своего меча:

— Старина Мартин никогда не бросит нас в беде! Значит, и с Габулом тоже расправился он. Или все же ты с его помощью? Или ядовитый скорпион? Поди разберись!

Что ты говоришь, Мэриел?

— Говорю, доставай нашу ласточку. Пусть указывает нам путь. И дай мне меч на пару минут. Сейчас он тебе не нужен.

Сжимая меч Мартина Воителя, Мэриел взлетела на высокий бушприт и скомандовала флоту:

— Поднять якоря! Отдать швартовы! Вперед, к берегам Страны Цветущих Мхов!

Ронблейд ударил в колокол, и тот ответил низким, глубоким гудением. Звучный голос колокола разнесся над морем и берегом, сливаясь с радостными криками матросов; ветер наполнил паруса, и корабли, озаренные золотистым солнечным светом, понеслись по морю.