Юная леди Гот и роковая симфония - Крис Риддел

Эмили и Ада помчались вниз. На середине парадной лестницы стояла Адина бабушка и задумчиво смотрела на свой собственный портрет. Затем повернулась к трём модным молодым леди, стоявшим позади неё.

– Я прекрасно помню этот розовый сад, – заявила она, смахивая слезу кружевным платочком. – Когда Томас Гейнсроза писал мой портрет, он заявил, что я самая нежная из всех нежных роз в саду, но я уверена, он говорил это всем молодым леди… Ах, Ада, а вот и ты!

Шипучая леди Кэрол развернулась в другую сторону, чтобы поприветствовать внучку.

– Бабушка! – закричала Ада, бросаясь в раскрытые бабушкины объятья. Её высоченный парик при этом заходил ходуном, а маленькая жестяная кружка, свисающая с водяного бочонка, который леди Кэрол носила на боку, заплясала на золотой цепочке.

– Какое милое приветствие! – улыбнулась леди Кэрол, делая наконец шаг назад. – Такое горячее и искреннее. Похоже, в школе тебя хорошему учат. Дай-ка на тебя взглянуть. Ах, как ты выросла! Прямо юная леди!

Ада обратила внимание, что при этих словах три модные юные леди, стоявшие внизу лестницы, с любопытством взглянули на неё снизу вверх. Леди Кэрол поманила их, и они поднялись по ступенькам, чтобы тоже поприветствовать Аду.

Первая из них была мала ростом, одета в жакет с чудны́ми рукавами и блёстками, как рыбья чешуя, и носила очки в золотой оправе.

– Я – мадемуазель Бадуа, – сказала она и хихикнула. – А где же ваш папá?

Вторая юная леди была высока, носила тартановое платье с парчовой отделкой и павлинье перо в буйной рыжей шевелюре.

– Я – мисс Хайлэнд Спринг, – сказала она задорным голосом, журчавшим как горный источник, давший ей имя. – Какая ты миленькая. Умираю – хочу с твоим отцом свидеться!

– А я не знала, что здесь дочь имеется, – сказала третья юная леди. Она была облачена в жакет красного бархата, сжимала в руке хлыстик для верховой езды и говорила низким грудным голосом. – Мисс Малверн. Рада знакомству. А где же наша дичь?

– Спокойствие, мои дорогие леди, – вмешалась леди Кэрол. – У нас будет полно времени для обольщен… я хочу сказать, для общения сегодня вечером после ужина. Мальзельо покажет вам ваши комнаты. Правда, Мальзельо?

Комнатный егерь стоял внизу лестницы. Вид у него был ещё более жуликоватый, чем обычно.

– Да, миледи, – проскрипел он.

Ада могла поклясться, что Мальзельо покраснел, проходя мимо них с Эмили по лестнице. Потом он повёл трёх юных леди по коридору в их комнаты.

– А ты кто у нас такая? – спросила леди Кэрол, глядя на Эмили.

– Я – Эмили Брюквидж, – ответила та. – Мы с Адой учимся в одной школе. Мне очень нравится ваш портрет. Мне кажется, Томас Гейнсроза был прав.