Три наследницы короля - Софья Прокофьева

В своём сумеречном каменном замке, насквозь пронизанном холодными ветрами, запершись в тайных покоях, герцогиня Альдона варила приворотное зелье.

На треножнике, под которым извивалось зелёное пламя, стояла медная чаша. В ней бурлила тёмная жидкость. В зале пахло болотной сыростью, горькими травами, едким запахом серы.

– Надо не забыть кинуть в моё варево волчьи зубы, чтоб настой стал крепче. Печень гадюки для хитрости, яд кобры, драконью чешую, мизинец мертвеца, отрытый на кладбище в полнолуние. Лепестки роз, пять сердец разных зверей, чтоб внушённая любовь не знала сомнений, была вечной и нерушимой. Вон как кипит, бурлит моё зелье. Того гляди, перельётся через край… Теперь я всё разбавлю фалернским вином. Кто выпьет хоть глоток этого настоя, глядя мне в глаза, навеки полюбит меня и уже не посмотрит на другую красавицу…

Альдона улыбнулась, но к её улыбке подмешалась ревнивая зависть.

– Я хотела бы, чтобы принц Пелинор полюбил меня, не отведав приворотного зелья. Полюбил бы за мою неотразимую прелесть и красоту. Но что ж, пусть будет так. Лишь бы он стал моим навсегда.

Герцогиня перелила приворотное зелье в тонкий кубок. Зелье, остывая, стало прозрачным, как слеза.

Она надела бархатные туфельки, которые сильно убыстряли её шаг, и вышла из замка. Ночная роса холодила ей ноги, но она шла, не в силах сдержать улыбку, готовясь к своему торжеству.

Принца Пелинора она застала на слабо освещённой лестнице возле опочивальни короля. Он сидел на ступеньке, опустив голову и обхватив колени руками.

Принц вздрогнул, когда перед ним внезапно, словно из пустоты, возникла герцогиня Альдона. Её ледяная корона сверкала в полумраке.

– Принц, ты так бледен! Выпей этот кубок, и силы вернутся к тебе. – Голос Альдоны звучал зазывно и нежно. – Это старинное фалернское вино. Едва ли ты найдешь такое вино даже в погребах королевских замков. Выпей этот кубок. Не обижай меня отказом!

– Благодарю, герцогиня, – невольный вздох сорвался с его губ. – С минуты на минуту мы ждём кончины короля Иверенда. Принцесса Эвейна не отходит от него. Как светятся в темноте твои глаза, герцогиня!

– Да, да! – жарко и нетерпеливо подхватила Альдона. – Смотри в мои глаза, принц! В них весь бархат летней ночи. И ещё многое, многое. Ты увидишь…

Принц Пелинор взял кубок из рук Альдоны и, глядя ей в глаза, осушил его до дна.

– Благодарю тебя, герцогиня. Вино и впрямь отменное, – сказал он. – Но отчего так долго не выходит принцесса из опочивальни короля? Меня тревожит эта тишина в королевских покоях. Моя нежная Эвейна, я боюсь за неё.

Бешеной злобой зажглись глаза герцогини Альдоны, лицо исказилось, и она поспешно опустила густую вуаль. Почему не подействовал колдовской приворотный напиток? Почему не вспыхнула всесильная любовь в сердце принца Пелинора? Как холодно, как равнодушно он глядит на неё! А-а-а!.. Проклятье! Значит, его любовь к бесцветной принцессе, серой, как ночная бабочка, блёклой, как цветок повилики, так глубока. Она поселилась в корнях его сердца. Мне не справиться с ней, никакое колдовство не поможет…

Принц протянул ей кубок, но Альдона не взяла его – так дрожали её руки. Кубок, звеня, покатился по ступеням.

Дверь распахнулась. На пороге стояла принцесса Эвейна, приложив палец к губам.

– Тише, тише, – прошептала она. – Король, похоже, задремал…

– Милая, – негромко проговорил принц, и герцогиня Альдона увидела, как в его глазах зажглось сияние всесильной любви. – Ты не спала уже три ночи. Пойди отдохни, я сменю тебя у постели нашего короля.

– Нет, нет, – возразила принцесса. И герцогиня Альдона увидела, как встретились и слились вместе золотые нити их взглядов.

«Эта любовь слишком чиста, – со злобой и отчаяньем подумала герцогиня, спускаясь по лестнице. – Я бессильна перед ней. Но так ли будет она сильна, когда исчезнет та, которую он так любит?..»