Ливергиния - Павел Алашкин

Этот кристалл может не только переносить человека в другие измерения, с его помощью владелец становится сильным, ловким и выносливым, и самое главное – он сам становится волшебником, который может повелевать четырьмя стихиями. И именно поэтому еще является таким вожделенным для Спартада. И он постарается приложить максимум усилий, чтобы завладеть им.

– Теперь все понятно. Вот почему он так ему нужен, – сказал Миша.

– И я думаю, – продолжал Медведь, – что он не постесняется применить самые гнусные и отвратительные методы, лишь бы добыть его.

– Эх, если бы еще знать, где он находится, – сказал Сережа.

– Ребята, – сказал Петя, – давайте вспоминать, что и как было. Ведь вполне просто предположить, что этот самый арконий сейчас лежит в лесу, в том самом месте, где мы с вами появились.

– Я что-то ничего не помню, сказал Сережа. – Как будто память отрезало.

Миша обвел глазами камеру, закрыл глаза и начал вспоминать тот момент, когда они оказались в пещере. Мысленно он увидел, как они с ребятами провалились в пещеру, как подошли к столу со статуэткой и как взялись за нее руками. Вспышка – и вот они первые секунды в Ливергинии…

– Вспомнил, вспомнил! – радостно закричал он.

– Что ты вспомнил? – спросил Медведь.

– Арконий попал в Ливергинию вместе с нами.

– Ты уверен в этом? – спросил Петя.

– Я сейчас постарался восстановить по памяти все, что происходило с нами в первые секунды пребывания здесь. И я четко увидел, что арконий попал в Ливергинию с нами.

– А что же нам теперь делать? – спросил Сережа. – Ведь если мы отдадим его Спартаду, то в этом случае он может напасть на людей и вообще натворить массу нехороших дел.

– Я полностью согласен с вами, – сказал Медведь, – этого допустить нельзя.

В камере воцарилась тишина. Каждый пытался что– нибудь придумать.

– Ребята, – сказал Мишка, – а давайте попробуем убежать отсюда? Вдруг у нас получится?

– А что, я эту тему поддерживаю, – сказал Петя. – Это гораздо лучше, нежели чем сидеть в этой камере.

– Идея-то хорошая, только сложноосуществимая, – сказал Медведь. – Мы с вами сейчас находимся на подземном этаже королевской тюрьмы. Отсюда очень сложно совершить побег, так как кругом охрана и крайне запутанные коридоры. Здесь легко заблудиться.

– Слушайте, мне кажется, я придумал, – сказал Сережа. – Давайте скажем Спартаду, что вспомнили, где находится арконий, и вот когда нас повезут на место, мы и совершим побег.

– А что, это шанс, – сказал Сережа.

– Да, – согласился Миша.

– Надо все хорошенько продумать, – сказал Медведь. – Спартад известен своей хитростью и злобой. Особенно он ненавидит людей, которые, как он все время говорит, испортили ему детство.

– А как это могло произойти? – спросили ребята?

– Спартад, мои уважаемые слушатели, не родился в Ливергинии. Он попал к нам из внешнего мира. Моряк, с которым он появился, не выжил. А лягушонок, которого потом нашли в его вещах остался жив. В самом начале это было милейшее существо. Одно время он даже входил в ученый совет страны. У него появилось много сторонников, которые впоследствии составили костяк его банды. Откровенно говоря, я до сих пор не понимаю, что случилось с ним. Слишком уж внезапно он переменился. Многие пытались найти разгадку этому явлению, но так ничего и не придумали. Ну а теперь мы имеем то, что имеем – жестокого тирана, который мучает нашу страну уже почти пять лет.

Жалко, что у меня не получится пойти с вами. Я уже, по всей вероятности никогда не выйду отсюда.

– А за что тебя сюда посадили? – спросил Сережа.

– Все дело в том, что я являюсь праправнуком того самого великого Медведя, который спрятал арконий. Спартад думал, что я знаю какую-то семейную тайну, которая позволит ему его найти. Вот и держит меня здесь.

– Да, – заметил Миша, – но если мы ему скажем, что знаем, где находится арконий, то это значит, что ты ему больше не нужен будешь? И он тебя отпустит? Ведь верно?

– Если бы Спартад был обыкновенным тираном, то так наверняка бы и было. Но так просто он никого не отпускает. И скорее всего меня отправят в каменоломни на север, чтобы я добывал ископаемые угли для его теплых бань.

– Не самая радостная перспектива, – добавил Петя.

– Да, это ты точно сказал. Ладно, давайте, ребята, будем ложиться спать. Вас наверняка рано разбудят. Спартад встает засветло и день любит начинать с какой-нибудь гадости. Так что утро добрым вам не покажется.

Ребята легли на нары. Заканчивался первый день пребывания их в Ливергинии. Каждый лежал и молча думал о том, что с ними приключилось.

– Интересно, а как там мама и папа? – вдруг вслух сказал Сережа. – Скучают, наверное…

Со стороны Петиных нар раздались еле слышные всхлипывания.

Мишка встал и подошел к Пете.

– Петька, да ладно тебе, не переживай! Все обойдется, и мы обязательно попадем домой.

– Но как мы это сделаем? – всхлипывая, ответил он.

– А очень просто: завтра мы обманем Спартада, доберемся до аркония и отчалим домой. Ну а родным что– нибудь наплетем, что потерялись в лесу.

– Ох уж и влетит нам, – добавил Сережа. – Ремня точно получим.

– Я согласен на ремень, только пустите меня домой, – еще всхлипывая, сказал Петя.

– А сейчас, братцы, давайте спать, нам нужно набраться сил перед завтрашним днем.

Глава 6
Великая пропажа найдена

Как только первые лучи солнца украсили небо, в дверях камеры загрохотали ключи.

Охранники вошли в помещение и грубо растолкали ребят.

– А ну, лежебоки, давайте вставайте, правитель уже ждет вас.

Спросонья ребята сначала даже не поняли, где они находятся.

Вороны направили на них копья. Им явно надоело ждать.

– А ну идите, что пялитесь…

Ребята встали с нар, и, еле шевеля ногами, вышли из камеры.

– Удачи вам! – на прощание сказал им Медведь.

Ребята кивнули.

– Мы обязательно увидимся, – прошептал Миша и тут же получил удар в плечо.

– А как же завтрак? Чаю бы хотя бы дали, – сказал Петя.

– Вот скажете Спартаду, где арконий, и тогда получите, что хотите, – ответил ему один из охранников.

– А ну прекратить разговорчики, – грубо оборвал его другой. – Заключенным не положено разговаривать.

И снова ребят повели по темным коридорам. Со вчерашнего дня здесь ничего не изменилось. Все те же темные коридоры, снующие, словно тени, слуги.