О бегемоте, который боялся прививок - Милош Мацоурек

А было вот что: в класс прибежал пан директор школы и давай кричать:

— Цецилия, немедленно слезь с люстры! Как ты себя ведёшь! Ученицы не имеют права сидеть на люстрах, такого ещё свет не видывал!

Девочка не сказала в ответ ни «бе» ни «ме», лишь молча наблюдала за всем происходящим, а пятый «Б» смотрел на неё затаив дыхание и болел за неё. Тогда пан директор что-то тихонько прошептал пану сторожу, а Цецилия воскликнула:

— Можете не шептаться, я всё равно слышала, как вы приказали принести метлу и смахнуть меня с люстры.

Пан школьный сторож и в самом деле побежал за метлой, а Цецилия взмахнула ушами, покружила над паном директором и вылетела в открытое окно. Все кинулись смотреть, куда направится девочка, а та опустилась вниз с пятого этажа, залетела в школьный сад, села на яблоню и принялась рвать яблоки с самых верхних веток.

— За ней! — воскликнул пан директор, выбежал в коридор и помчался вниз по лестнице.

Двери классов открывались, из них выглядывали испуганные учителя и ученики. Узнав, в чём дело, все ринулись вслед за паном директором и плотным кольцом окружили дерево, на котором спокойно сидела Цецилия и ела яблоки.

— Цецилия! Прекрати истреблять школьное имущество и немедленно слезай вниз! — кричали учителя. — Если не слезешь, мы стащим тебя. Вот увидишь, как тебе попадёт!

Но Цецилия продолжала молча уплетать яблоки. Тогда на дерево решил влезть пан учитель физкультуры. Он очень старался, и у него здорово получалось. Ещё мгновение — и он бы схватил непослушную девочку.

— Не бойся, Цецилия, — дружески уговаривал он её, — никто тебе ничего не сделает. Мы перестанем драть тебя за уши, честное слово.

Цецилия опять не сказала ни «бе» ни «ме», но, когда пан учитель протянул к ней руку, она взмахнула ушами, взлетела выше дерева, покружила над садом, бросила вниз огрызок яблока, который угодил пану сторожу по шапке, крикнула:

— Извините, пан сторож, я нечаянно! — и улетела в город.

На улице начался страшный переполох: когда неожиданно девочка оказалась над перекрёстком, регулировщик разинул рот и забыл регулировать движение. Что тут началось! Столкнулись несколько машин и трамваев, все водители и пешеходы стояли задрав голову, а Цецилия кружилась в воздухе. Пролетая мимо киосков с мороженым, она хватала на лету то эскимо, то сахарную трубочку и, мгновенно взвиваясь ввысь, заглядывала в окна к людям, живущим на шестом этаже. Так девочка летала часа два, пока у неё не устали уши. Тогда она взмыла в небо, уселась на башне костёла и решила хорошенько отдохнуть.

Она удобно устроилась и посмотрела вниз. А у костёла собрался почти весь город! Было там шестьдесят мам с колясками, два пекаря, один парикмахер, четыре мясника, один сторож из парка, четыреста сорок мальчиков и двести двадцать пять девочек, три продавца книг, одиннадцать официантов, шесть портных, тридцать девять полицейских и двадцать семь солдат. Все показывали пальцем на Цецилию. Наконец приехала большая красная машина, из которой вышли двадцать пожарных.

«Как это глупо! — подумала девочка. — Опять они решили попытаться меня поймать, снова придётся лететь, не дают спокойно отдохнуть».

Но пожарная лестница оказалась слишком короткой, её хватило лишь до половины башни. На самом верху лестницы стоял пан школьный сторож и напрасно махал метлой. Цецилия в ответ помахала ему рукой и облегчённо вздохнула, решив, что может ещё немного спокойно посидеть на башне костёла. Вдруг откуда ни возьмись в небе появился самолёт и направился прямо к девочке. В самолёте сидел пилот, а на месте пассажира — пан школьный сторож в солнцезащитных очках и с метлой в руке.

— Ну вот, опять он со своей метлой, — вздохнула Цецилия, — делать ему больше нечего.

Девочка взмахнула ушами и полетела, а самолёт гонял её по небу туда-сюда, выделывал всякие выкрутасы, чтобы схватить Цецилию. Пилот был очень опытный, он летал даже вниз головой, при этом пан школьный сторож становился зеленее зелёного горошка, но Цецилию не так-то просто было поймать. Она совершала крутые виражи, безупречно исполняла фигуры высшего пилотажа. Люди смотрели на неё затаив дыхание, а один пан, который оказался председателем Союза воздухоплавателей, принялся хлопать в ладоши и кричать:

— Я награждаю Цецилию из пятого «Б» первой премией за высший пилотаж в категории безмоторных летательных средств. Как только она приземлится, я вручу ей два кубка, три медали и один диплом. Такого мастерства я в жизни не видел!

Все дети раскрыли рот от изумления и воскликнули:

— Вот это да-а-а! Цецилия получила первую премию за высший пилотаж! Ни-че-го себе!

Ребятам захотелось иметь такие же большие уши, как у Цецилии, и они стали постоянно сердить учителей и просить, чтобы те изо всех сил драли их за уши.

Но учителя не дураки, их не обманешь, они всё очень быстро поняли и сказали:

— Ну уж нет, мы знаем, что вам нужно! Теперь мы будем драть за уши лишь тех, кто учится только на «отлично» и хорошо себя ведёт.

Пришлось детям стараться изо всех сил, чтобы учиться на пятёрки, и, когда в награду за усердие учителя драли их за уши, глаза ребят светились счастьем и они приговаривали:

— Пожалуйста, посильнее, ещё сильнее!

А сами про себя думали: «Ещё раз пятьдесят меня выдерут, и уши станут совсем как у Цецилии, можно будет летать».

Обо всём этом Цецилия понятия не имела. Самолёт давно улетел, и девочка удобно устроилась на башне костёла. Она насобирала кусочков ваты, перьев, нашла где-то старые шерстяные рукавицы, обрывок шали и тому подобные вещи, из всего этого она устроила себе гнездо, похожее на птичье. Когда всё было готово, Цецилия забралась в своё гнёздышко и стала любоваться на ласточек, которые торопливо летали вверх-вниз, на минутку присаживались на провода и возвращались в гнёзда, словно они там что-то забыли.

«Ага, — подумала Цецилия, — птицы собираются в жаркие страны». И она запела песенку, которую выучила в школе: «Улечу я, ласточки, вместе с вами». Когда она допела до конца, одна ласточка сказала:

— Почему бы и нет? Если хочешь, можешь лететь с нами, мы не возражаем.

От удивления Цецилия чуть с башни не свалилась, но потом сообразила: нет ничего странного в том, что птицы её поняли, ведь с помощью музыки с любым можно договориться. И она спросила, когда они улетают.

— Минут через десять, — ответила ласточка.

Это вам не фунт изюму — подготовиться к полёту в такой дальний путь, как Африка или Брно, поэтому Цецилия решила слетать в магазин за плавлеными сырками, ведь они такие полезные и питательные, а также захватить на дорогу пару булочек. Она едва успела вернуться к отлёту птиц.