Леди Дейзи - Дик Кинг-Смит

— Милый, к сожалению, тебе надо возвращаться — скоро в школу. И не ты ли говорил, что тебе здесь скучно?

— Это прежде… О, послушай, бабушка, я хочу тебе что-то рассказать.

— Что же?

— Когда мы расчищали кладовку, я кое-что нашёл. Пойду принесу её.

— Её?

— Да, подожди минутку.

— Я нашёл вот это, — сказал Нед, вернувшись с коробкой. Он поставил её на стол и открыл.

Бабушка посмотрела на спящую Леди Дейзи Чейн, на её светло-зелёное платье с розовым пояском и траурной повязкой на руке, розовые туфельки, длинные белые перчатки и воскликнула удивлённо и с восхищением:

— Кукла! Какая замечательная кукла! И как хорошо сохранилась! А ведь, судя по фасону платья, она, должно быть, сделана ещё в прошлом веке. И она была в этой коробке?

— Да, перевязанной бечёвкой и засунутой в дальний угол.

— Как странно… Наверное, она принадлежала в те времена кому-то из семьи, какой-нибудь маленькой девочке — возможно, твоей пратётушке Виктории.

— Возможно, — согласился Нед.

— Какая прелесть! — сказала бабушка и достала куклу из коробки.

«О, не надо! — испугался Нед. — Она собирается её поставить! Глаза откроются, и Леди Дейзи заговорит! О нет!»

— Смотри-ка, — тем временем сказала бабушка, поставив куклу на столе, — глаза открываются. А ведь сколько времени прошло! Так и кажется, что она вот-вот заговорит.

«Молчи, Леди Дейзи, пожалуйста, молчи!» — думал Нед. И кукла будто слышала его — она смотрела на бабушку, не произнося ни звука.

— Где ты её прятал? — спросила бабушка, укладывая куклу обратно в коробку.

— В моей комнате.

Бабушка посмотрела на него внимательно:

— Она тебе нравится?

— Да. Очень!

— Ты дал ей имя?

— Да.

— Какое же?

— Её зовут… Я назвал её Леди Дейзи Чейн.

— По тому, как украшено её платье?.. Ну что же, очень мило. И какой ты молодец, Нед, что нашёл куклу. Я так тебе благодарна. Я буду её беречь.

— Да. Наверное, она дорого стоит.

— О, очень дорого, я думаю, но это не имеет значения. Я никогда не продам её. Она как член семьи. И будет замечательно смотреться в этом буфете, правда? Я уже поставила туда несколько красивых безделушек времён королевы Виктории. Ты увидишь Леди Дейзи там, когда опять ко мне приедешь.

Нед чувствовал, что вопреки его желанию у него наворачиваются слёзы. Он представил, как Леди Дейзи запрут на веки вечные в этом буфете со стеклянными дверками, а она, наверное, будет кричать, чтобы её освободили, но никто не услышит!

Нед отвернулся, чтобы бабушка не могла видеть его расстроенного лица, и смотрел в окно. Потом перевёл дыхание и сказал быстро, заметно волнуясь:

— Пожалуйста, можно я возьму её?

— Ты хочешь взять куклу насовсем? Домой?

— Да.

Бабушка подошла к Неду, положила руки ему на плечи и посмотрела туда, где (хотя она этого не знала) когда-то стоял могучий ливанский кедр.

— Нашёл — значит, моё, а? — улыбнулась она.

— Нет, не так! — воскликнул Нед. — Это не значит, что она будет моей собственностью. Я только хотел бы заботиться о ней. Ну, знаешь, как ты сказала о доме, что он… Как это называется?

— Заповедное имущество?

— Да! Леди Дейзи ведь тоже может быть заповедным имуществом. Только я буду сейчас о ней заботиться. Можно?

Бабушка повернула его к себе, увидела, что он чуть не плачет, и улыбнулась. Потом она взяла коробку с её обитательницей в платье, украшенном маргаритками, и отдала внуку.

— Ну, отправляйся, Леди Дейзи. Когда-нибудь ты вернёшься сюда опять.

— Спасибо, спасибо! — обрадовался Нед.

Бабушка нежно погладила длинные чёрные волосы куклы.

— Интересно, — пробормотала она, — что сказала бы Леди Дейзи, если бы могла говорить?

Глава 4
«Было бы замечательно…»

— Эта леди, — сказала кукла Неду, когда они остались вдвоём в его комнате, — кто она?

— Это моя бабушка.

— Твоя бабушка! — воскликнула Леди Дейзи. — Но она же в брюках!

— Да. Она часто надевает брюки, и мама тоже. Почти все женщины сейчас носят брюки.

— Поразительно! Ты ещё скажи, что мужчины носят серьги и ожерелья!

— Довольно многие.

— Ну хватит, Нед, не смеши! Мне трудно ко всему этому привыкнуть. Например, гостиная — как она изменилась! На стенах почти нет картин. И где шезлонг, где Честерфилд, Давенпорт, где Кантербери^[3], наконец? Рояль ещё там, но прежде каждая его ножка всегда была покрыта оборочками, а теперь ножки голые.

— Теперь, Леди Дейзи, ты меня смешишь! — улыбнулся Нед.

— Остаётся надеяться, — продолжала кукла, — что когда твоя бабушка всё-таки надевает платье или юбку, то они достаточной длины. Только щиколотки могут быть видны, каждая леди это знает. Позволить джентльмену увидеть больше — неприлично!

— Многое переменилось, — сказал Нед. — Видишь ли, сейчас совсем другая мода.

— Мне кажется, что всё другое. Например, что это за странный предмет в углу гостиной? Какая-то большая квадратная коробка со стеклянным окном!

— Это телевизор.

— Телевизор? Что это?

— Ну, — начал Нед, — сначала было изобретено радио…

— Радио? А это что?

— Такое устройство, которое включаешь и можешь слушать музыку, как разговаривают люди и всё такое. А потом изобрели телевизор, и теперь можно не только слышать людей, но и видеть, да ещё и в цвете. Можно видеть то, что происходит во всём мире, в прямой передаче, сигнал передаётся через спутник. Давай, Леди Дейзи, я включу телик, и ты сама всё увидишь. Только подождём, пока бабушка уйдёт куда-нибудь. Кстати, я тебе так благодарен, что ты не разговаривала с ней, когда она тебя подняла.

— Почему?

— Потому что хочу, чтобы это было нашим секретом. Не хочу, чтобы другие знали об этом.