Кенни и дракон - Тони ДиТерлицци

Юный кролик достал старенький томик из своего ранца. Он потянул закладку-ленту и открыл книгу на странице, озаглавленной «Драконы».

— Пожалуйста, не сожги ее. Я взял ее почитать у моего друга.

— Сжечь ее? За какого безрассудного Змея Горыныча ты меня принимаешь? Да я скорее сожгу свой собственный хвост, чем книгу.

Он посмотрел на обложку с названием «Королевская книга зверей».

— Хмм. Посмотрим-ка, о чем здесь говорится.

Дракон вытянул свой длинный извивающийся хвост и просунул его в отверстие, скрытое в скалах и булыжниках на склоне. Оттуда он вытащил очки в металлической оправе и разместил их на мохнатой переносице. Для кролика стекла казались размером с две тарелки.

Кенни снял кастрюлю с головы и медленно сел на нее. Он не хотел делать резких движений, но готов был бежать, если чудовище проявит какую-либо агрессию.

— Знаешь, книга-то есть, но света, чтобы прочесть ее, явно недостаточно. Не мог бы ты зажечь свой фонарь?

— О, да, — ответил Кенни. — Конечно.

Когда он зажег фонарь, на вершину холма слетелись светлячки. Они спокойно кружили вокруг гигантской головы чудища, освещая зубастую улыбку, в то время как дракон изучал страницы.

Кенни как мог изображал спокойствие, сев на кастрюлю и сорвав стебелек травы. Беззаботно жуя его, он спросил:

— Надолго ты здесь?

— Трудно сказать… — пробормотал дракон, просматривая страницы. — Хм-фу! — фыркнул он. — Ерунда! Хорошо написано, но факты совсем не верны.

— О чем ты? — спросил Кенни.

— Вот, смотри. Здесь говорится, что сила дракона заключается в его длинном опасном хвосте. Если завязать хвост в узел, то это обезопасит мерзкое животное. Но будьте осторожны, своими хвостами-кольцами они убивают все живое, что им попадается на пути. Это неправда. Вот, например, ты, маленький дурень, убиваешь все живое, что встречаешь?

— Да вроде нет, — ответил Кенни. Крепко прижав щит из крышки от мусорного ведра, он пожалел, что сейчас у него на голове не была надета кастрюля.

— Вот именно, — сказал дракон. — Но я вполне допускаю, что остальные убивают все живое, что им попадается на пути, например, когда они встречаются с такими, как я. Ведь я тебя сейчас не убиваю, правда же?

Кенни задумался. Не было ли здесь какого-нибудь подвоха? Его сердце бешено стучало в груди, и он был готов умчаться прочь, оставив все позади. Родители, конечно, очень расстроились бы, если бы он бросил кастрюлю и фонарь на холме. И Джордж, скорее всего, рассердился бы, ведь Кенни обязательно надо было вернуть книгу, которую он взял. Он посмотрел на дракона:

— Нет, сейчас ты меня не убиваешь.

— Я и не собираюсь этого делать. Правда в том, что я никогда никого не убивал, — сказал дракон, закрыв книгу и взглянув на Кенни. — Это было принято у драконов много лет назад. Ты знаешь, они действительно сжигали замки, сражались с рыцарями и съедали красавиц-принцесс. Но я никогда этого не делал. Я, что называется, «человек эпохи Возрождения». Мне нравится смотреть на мир и наслаждаться им, а не разрушать его. Поэтому, вместо того чтобы сжечь замок, я лучше буду восхищаться его архитектурой. Вместо того чтобы сражаться с рыцарем, я лучше предложу ему поиграть в шахматы. И я бы никогда не съел принцессу. Вместо этого я украсил бы ее дворец цветами под цвет штор.

— Правда? — удивился Кенни. Он не ожидал увидеть такого дракона. Не наказание, не дьявол и даже неприятностью не назовешь.

— Вот так, — сказал дракон со вздохом, — это и было моим девизом: живи сам и дай жить другим. Все было хорошо, даже замечательно, пока я не попал в ловушку.

Кенни снял свой щит-крышку и ослабил веревку, которой у него была привязана сковородка к груди.

— Продолжай.

— Меня застали врасплох. Представляешь, я прилег под деревом, таким же как эта ива, как вдруг земля буквально расступилась и поглотила меня.

— Разлом, — сказал Кенни. — Это, наверное, было землетрясение! Вот это да! — Он встал на кастрюлю. — Как же тебе удалось спастись?

— Я выпил лаву и съел кремний, после чего я первый раз в жизни задышал огнем. Конечно, из-за этого у меня появилась изжога, которая и по сей день мучит меня, но это ничего, потому что лава и кремний спасли мне жизнь.

— Правда?

— Конечно, правда. Я сидел там под землей и… на самом деле впервые спокойно заснул. Так вот я спал там много лет, но продолжал мечтать о жизни здесь, наверху, — о великолепных закатах, о шелестящих деревьях, о весело поющих птицах, о нарциссах… ох, и о крем-брюле. — Сказав это, он встал в полный рост, при этом светлячки закружились и затанцевали вокруг него. Дракон посмотрел вверх, и Кенни тоже взглянул на небо, на котором Млечный Путь светился так ярко, что трудно было сказать, где заканчиваются светлячки и начинаются звезды. Дракон глубоко вздохнул и снова посмотрел на Кенни. — И вот я наконец проснулся. Своим пламенным дыханием я устроил взрыв и прожег туннель на поверхность земли. Я подумал, как я мог жить без всего этого? Вот так я оказался здесь.

— Вот так история, — сказал Кенни. — И что ты собираешься тут делать?

— Ничего особенного. Наслаждаться свежим деревенским воздухом, есть хорошую еду, наверстывать упущенное в чтении, писать стихи. На самом деле я считаю себя поэтом. Хочешь послушать мои стихи? Я попытался тут прочесть одному приятелю постарше, который приходил уже сюда сегодня, но он убежал. Даже спустя годы, похоже, я все еще способен произвести впечатление на кого-то.

— Это был мой папа, — сказал Кенни. — Ты сильно испугал его.

— Испугал его? О, господи! Неужели моя рифма была такой плохой? — спросил дракон.

— Думаю, ты не совсем понимаешь свое положение, — вздохнул Кенни. — Тебя считают дьяволом, наказанием для других. Прямо как в этой книге. Обычно люди стараются поймать тебя.

Дракон прикрыл рот когтями и, дымя, захихикал.

— Поймать меня? За что? За непристойное поведение? Так ведь это они пишут ужасные книги о драконах, полные недостоверных фактов. Это я должен за ними гоняться.

— Но ты этого не делаешь.

«Кен-нет!» — прозвучало над пастбищем со стороны фермы.

— Это моя мама. Мне нужно идти, а то родители будут волноваться. Кроме того, мне пора спать, — сказал Кенни, подбирая фонарь. — Дракон, можно мне взять мою книгу?

— Грэм, — ответил дракон. — Меня зовут Грэм, почти как название крекера «Грэхем», только без «хе» в середине. Было здорово поболтать с тобой, гм…

— Кенни. Вообще-то Кеннет. Но все называют меня Кенни.