Королевство Семи озер - Софья Прокофьева

На дне, заросшем длинными водорослями, тесно прижавшись друг к другу, лежали спящие русалки.

Как их много! Даже дна не видно. Похоже, они спят уже давно, потому что их затянуло травами, засыпало жемчугом. Жемчуг блестел у них на плечах, на груди, в уголках губ, засыпал закрытые глаза. У многих на головах тускло мерцали жемчужные венцы и короны.

Лучи солнца, пробиваясь сквозь воду, освещали их неподвижные лица, полные тайны и молчания.

Прямо под веслом Алёшка разглядел красавицу-русалку. Она спала, доверчиво положив голову на плечо подруги, обвив её шею руками.

А вот маленькая русалочка, совсем крошка. Она лежала, свернувшись колечком, обхватив руками тонкий, раздвоенный на конце хвост.

— Греби тихо, — шёпотом предупредила Елена. — Разбудишь — во шуму будет!

«Красивые, — подумал Алёшка. — Вот если бы только не хвосты. Совсем эти хвосты ни к чему…»

Алёшка грёб осторожно, боясь плеснуть веслом. Русалки мягко светились сквозь воду.

— Такая вот вышла история! — послышался сверху знакомый голос.

— Выворотень! Ну, противный! — с досадой прошептала Елена. — Увидишь, какую-нибудь пакость подстроит…

Над озером летел Выворотень. В утренних лучах блестели его светлые прямые волосы, в пустых глазах отражалась зеленоватая вода. Куцая холщовая рубашка с широкими рукавами не закрывала толстый живот, и был виден круглый пупок.

— Такая вот вышла история, — повторил Выворотень и засмеялся придурковатым дребезжащим смехом. — Собрал ложки, вилки по всему королевству. Пусть все едят руками. Хорошо это или плохо? А мне всё равно!

Продолжая негромко смеяться, Выворотень протянул руки. Из его ладоней, из рукавов посыпались ножи, вилки, ложки, блестящие, тусклые, позеленевшие от времени.

— Вот идиотина! — вскрикнула Елена, закрывая руками голову от этого острого дождя. Ножи и вилки стучали по днищу ладьи, с плеском падали в воду.

Русалки зашевелились, раздвигая озёрные травы. Открыли сверкающие изумрудные глаза.

— Хорошо это или плохо? А мне всё равно! — улетая, прохихикал Выворотень.

— Ну, сейчас начнётся! — воскликнула Елена.

И правда, сразу несколько русалок по пояс высунулись из воды. Отталкивая друг друга, они старались поближе подобраться к ладье, цепко хватались за деревянные борта. Маленькая русалочка обняла резную фигурку на носу ладьи, улыбаясь, уставилась на Алёшку весёлыми зелёными глазами.

Русалки стягивали с мокрых волос жемчужные венцы и короны, протягивали их Елене и Алёшке, покачивали длинными переливчатыми бусами.

— Возьми, возьми! — красавица русалка протянула Алёшке ожерелье из розового жемчуга. Сощурила плутоватые зелёные глаза, пощёлкала языком, как торговка, расхваливающая свой товар. — Смотри, какой розовый! Сама по штучке на дне собирала. Своей красивой девочке подаришь!

— Не смей! Не бери! — предостерегая, отчаянно крикнула Елена.

Но поздно! Русалка успела мокрыми пальчиками затолкать в руку Алёшки ожерелье.

— Взял! Взял! — ликующе взвизгнула русалка. — Сестрицы, теперь он наш! Хватайте его, тащите в воду! Он наш!

Вода вокруг ладьи закипела. Множество холодных, мокрых рук вцепилось в Алёшку. Ладья накренилась, ещё немного — и черпнёт бортом воду.

Теперь русалки уже не казались такими красивыми. Хищность, жестокость проступили на их лицах. Они смеялись, скалили зубы, а зубы были из круглого жемчуга, и от этого русалки казались ещё страшнее.

Русалки уже стащили Алёшку со скамьи, он повис, перегнувшись через борт, понимая, что сейчас он окажется в воде, во власти русалок. Всё, погиб! Конец! Ему не спастись…

И вдруг, перекрывая пронзительный хохот русалок, послышался властный и грозный голос Елены:

— Мерзкие твари! Прочь! Как вы посмели? Не видите разве, он — мой! Мой!

Елена сорвала с головы венок и принялась яростно хлестать им по обнажённым рукам русалок. Венок рассекал непрочную зеленоватую кожу, из ранок лилась вода.