Повелитель драконов - Корнелия Функе

— Погоди-ка! — Бен посадил Мухоножку на хвост Лунгу, влез на ствол поваленной пальмы и пробежал по нему несколько шагов. — Глядите! — сказал он, показывая на другой берег. — Там, между красных цветов.

Лунг ступил в воду и вытянул шею.

Да, вот он. Большой серый автомобиль, обвитый лианами, покрытый опавшими цветами и ящерицами, гревшимися на солнышке на капоте.

Бен, покачиваясь, прошел по стволу и спрыгнул на противоположный берег. Дракон с Серношерсткой и Мухоножкой перешел вброд мелкую воду и остановился на берегу, выжидая. Бен раздвинул лианы и осторожно заглянул в салон автомобиля. На переднем сиденье сидела большая ящерица. Она зашипела на мальчика, когда он приблизил лицо к боковому окну. Бен испуганно отпрянул. Ящерица одним прыжком скрылась между сиденьями.

— Стекла выбиты, — негромко воскликнул Бен. — В точности как говорил профессор.

Он снова осторожно просунул голову в окно машины. Ящерица исчезла, но на заднем сиденье свились клубком две змеи. Бен крепко сжал зубы, просунул руку в окно и нажал на сигнал. И поскорее отпрыгнул.

Тучи птиц с криками взвились в воздух. Ящерицы соскользнули с горячего металла и юркнули в заросли лиан. И снова стало тихо.

Бен осторожно отходил от автомобиля. Они должны ждать на расстоянии семнадцати шагов, сказал профессор. Один… два… три… четыре… Семнадцать шагов — это много. Он нарочно старался шагать не слишком широко. Отсчитав семнадцать, он сел на камень и стал ждать. Лунг прилег за его спиной среди цветов и листьев. Серношерстка и Мухоножка уселись ему на лапы. Все как зачарованные глядели на автомобиль.

Азиф не заставил себя долго ждать.

Из окон автомобиля показался голубоватый дым и стал подниматься все выше и выше, пока Бену, следившему за ним, не пришлось запрокинуть голову. Между вершинами пальм клубы дыма сбились вместе и закружились во все убыстрявшемся водовороте, пока из огромного столба дыма не образовалось тело, синее, как ночное небо, и такое большое, что закрыло своей тенью все ущелье. На коже, на плечах, на руках и на толстом животе Азифа блестела тысяча глаз, круглых и сияющих, как драгоценные камни.

Бен отшатнулся, почувствовав спиной панцирь Лунга. Серношерстка и Мухоножка сжались комочками на спине у дракона. Только Лунг не шевелился и, высоко подняв голову, смотрел на джинна.

— А-а-а-ах! Гля-а-а-ади-ка! — джинн склонился над ними. Тысяча глаз с тысячью отражений мерцала у них над головами, а дыхание Азифа проносилось от одного конца ущелья до другого, как горячий ветер пустыни. — Кто-о-о к на-а-а-ам пришел! — раздался его громовый голос. — Дракон, настоящий дракон! Во-о-от ка-а-а-ак!

Голос у него был гулкий, как эхо, и одна каменная стена ущелья отбрасывала его к другой.

— Из-за те-е-е-ебя у меня так зудела кожа, что тысяче слуг пришлось меня чесать!

— Это я не нарочно, джинн! — крикнул ему Лунг. — Мы пришли, чтобы задать тебе вопрос.

— О-о-о-о! — губы джинна растянулись в улыбку. — Я только людям отвечаю на вопросы.

— Это мы знаем! — Бен вскочил, откинул волосы со лба и посмотрел вверх на огромного джинна. — Вопрос задам я, Азиф.

— О-о-о-о! — выдохнул джинн. — Эта букашка зна-а-а-ает наше имя. И что у тебя за вопро-о-о-ос? Мои условия тебе известны?

— Да! — ответил Бен.

— Отли-и-и-ично! — джинн склонился еще ниже. Дыхание его было горячим, как пар из кастрюли. Бен отер пот с кончика носа.

— Спра-а-а-ашивай! — сказал джинн. — Мне пригодится еще один слуга! Например, чтобы чистить мне уши. Рост у те-е-е-ебя как раз подходящий.

Бен судорожно сглотнул. Лицо Азифа находилось теперь прямо у него над головой. В ноздрях у него росли синие волосы толщиной со ствол молодого дерева, а острые уши, стоявшие торчком высоко над лысой головой, были больше крыльев Лунга. Два огромных глаза, зеленые, как у гигантской кошки, насмешливо смотрели с высоты на мальчика. Он увидел в них свое крошечное, затерянное отражение. В других глазах Азифа снег засыпал незнакомые города и тонули корабли в море.

Бен смахнул каплю пота с кончика носа и громко сказал:

— Где мы могли бы найти Подол неба?

Серношерстка зажмурилась. Лунг затаил дыхание, а Мухоножка задрожал всем телом. Бен с бьющимся сердцем ждал ответа джинна.

— Подол неба? — повторил Азиф. Он еще на несколько метров поднялся в небо, а потом рассмеялся так громко, что со стен ущелья сорвались камни и полетели в пропасть. Его толстый живот колыхался у Бена над головой, как будто, того гляди, отвалится.

— Ах, человечек, человечек! — прогремел Азиф, снова склоняясь над мальчиком. Лунг встал перед Беном, защищая его, но Азиф мягко оттолкнул дракона своей огромной рукой в сторону.

— Подол неба — повторил он еще раз. — Ты ведь это не для себя спрашиваешь, правда?

Бен покачал головой.

— Нет, — сказал он. — Это нужно знать моим друзьям. А что?

— Что? — джинн уперся ему в грудь огромным указательным пальцем, но Бен почувствовал лишь теплое дуновение в том месте, где великан прикасался к нему.

— Что-о-о? — прогремел Азиф так громко, что Мухоножка зажал уши руками. — То, что ты-ы-ы-ы пе-е-е-ервый! Пе-е-е-ервый, кто спрашивает не для себя, человечек-букашка! Пе-е-е-ервый за сто-о-о-олько тысяч лет, что я и сам уже не могу сосчита-а-а-ать их. И поэтому я с особенным удовольствием отвечу на твой вопрос. Хотя ты бы мне о-о-очень пригодился как слуга.

— Ты, ты… Ты знаешь ответ? — у Бена язык прилип к гортани.

— Зна-а-а-ю ли я-а-а ответ? — джинн снова рассмеялся. — Посмотри сю-у-у-уда! — сказал он. — В мой двести двадцать третий глаз. Что ты там видишь?

Бен склонился над большим пальцем Азифа.

— Я вижу реку, — прошептал он так тихо, что Лунгу пришлось напрячь слух, чтобы разобрать его слова. — Она течет между зелеными горами, все дальше и дальше. Теперь горы становятся выше. Вокруг все пусто и голо. Горы тут такой странной формы, как… как…

Но тут картина в глазу изменилась.

— Река течет мимо дома, — невнятно сказал Бен. — Это не простой дом. Наверное, замок или что-то в этом роде.

Джинн кивнул.

— Посмотри на него внимательно, — сказал он. — Очень внимательно.

Бен так и делал, пока отражение не исчезло. Тогда Азиф протянул к нему указательный палец.

— Это мой двести пятьдесят пятый глаз, — сказал он. — Что ты в нем видишь?

— Я вижу долину, — сказал Бен. — Она окружена девятью высокими горами со снежными вершинами. Все они почти одной высоты. Долина вся в тумане.

— Хоро-о-о-ошо! — Азиф моргнул. И отражение, как и девятьсот девяносто девять других в остальных его глазах, исчезло, а на его месте появилось новое. Бен широко распахнул глаза.