Разноцветные приключения Кузи - Андрей Щеглов

В одном старом деревянном доме, между пыльными оконными рамами с кусками паутины по углам, жили соринки. Некоторые соринки были гордые и называли себя не иначе как «частички» и постоянно хвастались перед другими:

– Мы были частью настоящего свадебного торта. Его поставили на окно, чтобы все прохожие любовались с улицы и говорили: «Какой красивый и, наверно, очень вкусный торт!» А вы все обычные соринки или, попросту говоря, мусор.

Соринки не обижались на хвастливые остатки торта, а делали вид, что не замечают их обидных слов. Среди других соринок была и самая обыкновенная и самая малюсенькая сориночка, которая имела странную форму, похожую на сморщенное сердечко. Наверно, из-за этого к ней относились особенно презрительно и называли «сердце козявки» или попросту – Кузя.

Но Кузя совсем не обижался на других. На оскорбления он не отвечал и даже немного жалел тех, кто его обижал. Хотя, в глубине души, Кузя очень хотел быть лучшим среди всех своих соседей и поэтому всякий раз поддерживал разговоры и вел себя достойно.

Жители этого пыльного окна день за днем с увлечением рассматривали все, что происходило на улице. Очень часто они обсуждали большую клумбу во дворе дома, где росли разные красивые цветы. Их высаживали каждую весну, и межоконные обитатели всякий раз гадали, что же посадят в этот раз.

Наш Кузя, которого иногда звали Соринка-сердечко, всегда с радостью участвовал в этих разговорах. Но больше всего он любил не просто пофантазировать о цветах на клумбе, а по-настоящему мечтать. Мечтал Кузя о том, что когда-нибудь всех соринок соберут вместе, разложат на белом полотенце и хорошенько рассмотрят. А потом самых красивых положат в большую стеклянную банку и составят композицию, чтобы любоваться.

Что такое «композиция», Кузя понимал не совсем хорошо. Но такие мечты у него начались после появления одной из соринок, которая была частью веточки из засохшего букета и стояла когда-то на этом самом окне в красивой стеклянной вазе. Звали ее странно – Бана.

– Это от японского слова «икебана», – поясняла она. – Но я не вся икебана, а только ее маленькая часть, поэтому имя мое короткое. А икебана – это очень красиво составленная композиция из высохших цветов и веточек. Правда, некоторые не очень культурные личности могут подумать, что это мусор.

Так говорила она, намекая на заносчивое хвастовство соринок от торта.

И именно Бана стала звать Кузю Соринкой-сердечком, потому что так было очень оригинально, по ее словам.

Однажды, когда ничего не предвещало неприятностей и светило яркое мартовское солнце, окно внезапно распахнули и… стали выметать весь мусор и пыль прямо на улицу!

Какая началась паника! Все кричали, гомонили, но поменять уже никто ничего не мог. Самые опытные и старые соринки старались зацепиться за углы и залезть в щели оконной рамы. Некоторым это удавалось. А наш Кузя оказался в самой гуще пыли, и его практически сразу выбросили за окно.

Ветер подхватил его и понес по двору.

Как же у Кузи захватило дух! Как же наш Соринка-сердечко страшился и радовался одновременно! Он никогда в своей жизни не чувствовал чуть морозный воздух, потому что снег еще кое-где лежал. Он никогда не видел такого яркого неба и солнца. Ведь за пыльным окном все выглядело как в тумане из-за грязного стекла. А здесь краски разлились повсюду. И это несмотря на то, что на деревьях еще не распустились клейкие весенние листочки.

Для Кузи этот мир был удивительно красив и одновременно очень пугал его. Хотя даже в мечтах он не мог представить себе нечто подобное.

Ветер последний раз сделал кувырок и опустил комок пыли, в котором застрял Кузя, прямиком на ту самую клумбу, которая еще была черной от земли и грязи.

Кузя совершенно не знал, куда попал, и со страхом и удивлением пытался озираться по сторонам. Но скоро ему стало очень холодно, и он начал засыпать, сквозь сон думая о том, что его жизнь, увы, заканчивается.

В это время внутри оконной рамы происшествие подходило к концу. Пыль с паутиной вымели и начали мыть стекло. Вода смывала остатки сора на улицу, и окно засияло, как новое. Вот только рама как была старой, так и осталась. Ее никто не хотел красить свежей краской.

И конечно же, в некоторых щелях остались наши старые знакомые – соринки. Некоторым хвастливым соринкам также удалось спастись, и внутри окна потекла привычная размеренная жизнь.

А весна тем временем набирала обороты.

Скоро на клумбу во дворе стали высаживать цветы. Обитатели оконной рамы наблюдали за клумбой и, как всегда, живо обсуждали: «Что же вырастет?»

Через несколько дней показались первые крошечные бутоны цветов. Все они были сплошь белые. И среди всех этих низкорослых цветов только один цветок в самой середине клумбы не раскрывался, а продолжал расти.

Прошло время, а этот загадочный цветок так и не распускался, а все вытягивался и вытягивался вверх.

Обитатели оконной рамы уже стали не на шутку ссориться между собой, гадая: «Что же это за такой особенный цветок?»

И вот однажды, когда рассвет только-только забрезжил, а солнце еще не проникло внутрь двора, проснувшиеся соринки увидели, что цветок распустился. Но только из-за утреннего полумрака разглядеть, какого он цвета, было не возможно.