Лоскутушка из Страны Оз - Лаймен Фрэнк Баум

– Задача не из легких. Но на вашем месте я бы нашел первый попавшийся колодец, накрыл его – и он сделается темным.

– Боюсь, это не то, – сказал Страшила. – Колодец должен быть темным от природы, с водой, на которую никогда не падал луч света, иначе волшебство не сработает.

– А сколько надо воды?

– Один гилл.

– А сколько это?

– Надо спросить у Дороти.

Наутро они спросили ее и услышали в ответ:

– Я не знаю, сколько это, но захватила золотую фляжку… Там, наверное, больше, чем гилл. Кривой Колдун может отлить себе столько, сколько нужно. Беда в другом: мы понятия не имеем, где искать этот колодец.

Джек осмотрелся по сторонам и сказал:

– Вы вряд ли найдете здесь темный колодец – вокруг сплошные равнины. Вам нужно пойти в горы.

– А куда? – спросил Оджо.

– В Страну Кводлингов. Она к югу отсюда, – сказал Страшила. – Я так и знал, что нам придется идти в горы.

– Я тоже, – отозвалась Дороти.

– Но в Стране Кводлингов полно опасностей, – сказал Джек. – Правда, я сам там не бывал, но…

– Зато я бывал, – сказал Страшила, – и знаю, что такое Стреляющие Головы. У них нет рук, но бодаются они – будь здоров! Я имел дело с Воюющими Деревьями, которые наклоняются и дерутся ветками, и повидал много чего другого.

– Места там дикие, – согласилась Дороти, – и на нас могут обрушиться разные невзгоды, но делать нечего: раз нам нужна вода из темного колодца – надо идти.

Попрощавшись с Джеком, они двинулись на юг, туда, где раскинулась Страна Кводлингов – с горами, скалами, горными пещерами и лесами. Эти земли хоть и входили в Страну Оз, но были такими неосвоенными и удаленными от Изумрудного Города, что в дремучих лесах там жили самые странные существа, и не подозревавшие, что ими правит Озма. Когда их никто не трогал, эти существа тоже никого не трогали, но тех, кто вторгался в их владения, подстерегали немалые неприятности.

До Страны Кводлингов от домика Джека было два дня пути. Ни Оджо, ни Дороти не могли идти очень быстро, и друзья часто делали привалы. Первую ночь они провели в открытом поле среди лютиков и маргариток, а когда Оджо и Дороти легли спать, Страшила накрыл их тонким, но теплым одеялом из рюкзака, чтобы дети не замерзли. К вечеру второго дня они вышли на песчаную равнину. Идти по песку было трудно, но путники приметили на горизонте рощицу пальм, у подножия которых виднелись какие-то черные точки. Они прибавили шагу, чтобы заночевать под этими пальмами.

Они шли, и точки становились все больше и больше. Хотя уже смеркалось, Дороти казалось, что она видит огромные котлы, перевернутые вверх дном. А за пальмами начинались россыпи огромных камней, за которыми высилась гора.

Путники решили начать подъем с утра, а ночь провести на равнине. К пальмам они подошли уже в сумерках. Дороти решила получше рассмотреть один из странных черных предметов, которых вокруг были десятки. Она подошла к одному из них – а он был высотой с нее, – и в этот момент с грохотом отскочила крышка, и из предмета в воздух взмыло странное темное создание, которое потом плюхнулось на песок рядом с Дороти. За ним из отверстия стали выпрыгивать другие. Точно так же пооткрывались крышки и в других «котлах», и из них, словно чертики из коробки, начали выскакивать загадочные существа. Примерно сотня этих созданий окружила маленький отряд.

Дороти успела понять, что это хоть и крошечные, причудливые, но все-таки люди. Туловища у них были темные, а волосы, стоявшие торчком, как проволока, – красные. На них не было ничего, если не считать набедренных повязок, а также браслетов на руках и ногах, ожерелий и сережек в ушах.

Тотошка прижался к ногам Дороти и заскулил: ему явно не понравились существа. Лоскутушка забормотала что-то вроде: «Хоппити-поппити-прыгскок!» – но никто не обратил на нее внимания. Оджо прижался к Страшиле, тот – к Дороти, а девочка спокойно спросила:

– Кто вы такие?

Существа ответили хором:

Мы – Тоттенготы, озорники,

Весельчаки и игроки.

Днем мы обожаем поспать,

Ну а ночью – шалить и играть.

Солнце – наш заклятый враг.

В нас оно вселяет страх.

Но лишь на небе взойдет луна -

Мы пробуждаемся ото сна.

Ночь напролет мы азартно играем,

Чем незнакомцев страшно пугаем.

Но те, кто готов с нами водиться,

Не прогадают, как говорится.

– Рада познакомиться с вами, уважаемые Тоттенготы, – сказала девочка, – но мы вряд ли сможем играть с вами ночь напролет, ибо мы шли пешком весь день и устали.

– И мы не играем в азартные игры, – вставил Оджо. – Это запрещено законом.

В ответ на это проказливые создания расхохотались, а один из них схватил Страшилу за руку и потянул. К его удивлению, соломенный человек оказался легким-прелегким. Тоттенгот помахал Страшилой в воздухе и швырнул его в толпу. Кто-то поймал беднягу и бросил его дальше. Весело перекликаясь, озорники стали перебрасываться Страшилой, как мячиком.

Другой проказник подхватил Лоскутушку и тоже подбросил ее в воздух. Она оказалась гораздо тяжелее, но тем не менее достаточно легкой, чтобы ею можно было перекидываться, как большой подушкой. Они разыгрались не на шутку, но Дороти, увидев, как обращаются с ее друзьями, решительно вмешалась и, раздавая тумаки и подзатыльники, поспешила на выручку Страшиле и Лоскутушке. Она быстро освободила их и взяла за руки. Возможно, ей это не удалось бы сделать так быстро, если бы не Тотошка. Он залаял и стал кусать проказников за голые ноги, отчего те бросились врассыпную. Что же касается Оджо, то и его пытались превратить в мячик, но когда выяснилось, что он слишком уж тяжел, его просто повалили на землю, и несколько страшилищ уселись на него, чтобы помешать ему прийти на подмогу Дороти.

Маленькие смуглые существа очень удивились, когда получили отпор от девочки и собачки, и те, кому попало особенно крепко, в голос заревели. Вдруг внезапно, издав общий вопль, они снова стали прыгать в свои дома-котелки, захлопывая за собой крышки, отчего окрестности огласились таким хлопаньем, словно кто-то устроил фейерверк с хлопушками.

Путешественники остались одни, и Дороти спросила:

– Никто не ушибся?

– Я – нет, – отозвался Страшила. – Они неплохо встряхнули мою солому, сровняли все бугры, и теперь я в прекрасной форме. Я очень признателен Тоттенготам за их любезные услуги.

– Я тоже, – сказала Лоскутушка. – Моя вата немного свалялась, а они как следует ее взбили. Теперь я пухленькая, как сарделька. Но они немного хватили через край, и потому спасибо, Дороти, что ты вовремя вмешалась.

– На мне сидело их шестеро, – пожаловался Оджо, – но они маленькие, и мне не было больно.