Правдивая история про девочку Эмили и ее хвост - Лиз Кесслер

— Мама, я не…

Но тут я увидела ее лицо. Оно было совершенно белое, совсем как у живых статуй, что развлекают народ в парках.

— Никто и никогда не сможет заменить мне твоего отца, — проговорила она нежным, совсем непохожим на свой собственный, голосом, не отрывая взгляда от огней на воде.

— Моего отца?!

На мгновение всё вокруг замерло — море больше не волновалось; мистер Бистон выпустил из рук румпель; мы с мамой уставились друг другу в глаза, словно увиделись впервые в жизни.

Первым пришел в себя мистер Бистон.

— Ну, всё, — заорал он. — Перебираюсь на яхту.

— Стойте! — закричала я, и в этот момент большущая волна ударила в борт. «Король» накренился в одну сторону, парус рванулся в другую.

Мистер Бистон как раз перекинул тело через поручни, как вдруг — бэмс! — гик с размаху треснул его по лбу.

— А-а! — схватившись за голову, он рухнул на палубу и замер там в полной неподвижности.

Мама с воплем вскочила на ноги, — лодка под ней закачалась как бешеная.

— Осторожнее, мама! — Я перегнулась через борт. — Лезь сюда! — Моторка как раз поравнялась с «Королем».

Но мама словно окаменела.

— Ты должна перелезть! Мама, давай! — я протянула ей руку. — Я помогу!

— Не могу, — пробормотала она безо всякого выражения.

— Можешь! Должна! — Порывшись под откидной скамьей, я выудила спасательный пояс.

«Король» мотался из стороны в сторону, как деревянный конек на аттракционе «Родео». Гик по-прежнему летал у меня над головой, близкий, но недоступный. Крепко держась одной рукой за перила, я швырнула маме спасательный пояс.

— Всё будет в порядке, — крикнула я. — Только перелезай скорее, пока лодку не отнесло от «Короля».

Мама посмотрела на меня непонимающим взглядом.

— Скорее!

Неумело нацепив пояс, мама с мгновение постояла в качающейся лодке, а затем вдруг рванулась к борту.

Схватив ее за руку, я крепко держала, пока она перебиралась на палубу яхты.

— Эмили, прости меня! — простонала она.

— За что?

— Это я во всём виновата, — одной рукой мама держалась за меня, а другой цеплялась за поручень.

— Ни в чём ты не виновата! Если уж на то пошло, то во всём виноват мистер Бистон. Он притворялся, мама, он…

Мама прижала палец к моим губам.

— Я знаю, почему мы здесь.

— Ты… ты…

— Я вспомнила.

Она крепко обняла меня. Через ее плечо я видела, как искрится и мерцает вода перед Великим Русалочьим Рифом. Я вывернулась из маминых объятий.

— Что ты вспомнила?

Она замялась.

— Всё пока как в тумане.

Небо осветила яркая вспышка.

— Смотри! — я махнула рукой в сторону рифа. У самой поверхности море переливалось розовыми огнями, чуть выше в воздухе вспыхивали искры всех возможных цветов и оттенков.

— Знаю, — мамин голос дрогнул. — Он приводил меня сюда.

— Кто? Мистер Бистон? — я боязливо покосилась на распростертое тело.

Тут яхту снова качнуло, и мама ухватилась за поручень. Лицо ее было влажным от морских брызг — а может, от слез.

— Наша первая годовщина, — прошептала она.

Мама была здесь с Джейком?!

— Он рассказал мне, куда его отправят.

— Кто отправит?

— Куда его отправят, если нас обнаружат. Он знал, что рано или поздно это случится. Мы оба знали, но ничего не могли с собой поделать. Мы слишком любили друг друга.

Мама вдруг пошатнулась, и я обхватила ее за талию.

— Я хотела его найти, — сказала я, не разжимая объятий. — И поэтому угнала яхту. Я сделала это для всех нас.

— Это невыносимо, — простонала мама. — Я всё вспомнила. Но как я могла его забыть?! Его схватили за то, что он меня любил, а я его забыла. Никогда себе не этого прощу.

— Ты не виновата! Ты его не просто забыла!

— Просто, — всхлипнула мама. — Ты сама это знаешь. Ты меня спрашивала о нём, а я даже не могла ответить, потому что ничего не помнила.

— Это не твоя вина.

— А тогда чья же? — мама откинула с лица мокрую прядь.

— Мистера Бистона, — шепнула я, ткнув пальцем себе за спину.

— Ох, Эмили, только не начинай всю эту чушь заново!

— Никакая это не чушь! — я тут же понизила голос, чтобы мистер Бистон, не дай бог, не очнулся и не испортил нам разговор. — Это правда! Он не тот, за кого себя выдает.

— Эмили, пожалуйста, не надо. Мне и без того тошно.

— Да послушай же ты меня! — вспылила я.

Мама внимательно посмотрела мне в глаза, потом перевела взгляд на лежащего без сознания мистера Бистона.

— Нужно посмотреть, как он там. — Расцепив мои объятия, она, пошатываясь, направилась к распростертому на палубе телу.

— С ним всё будет в порядке, — бросила я. — С такими всегда всё в порядке — можешь не волноваться.

Не обращая внимания на мои слова, мама опустилась возле мистера Бистона на колени и прижалась ухом к его груди. Я подошла и присела рядом. Мама подняла голову. Ее лицо было белее звезд, мерцающих у нас над головой.

— О Господи, — прошептала она. — Кажется, мы его убили.

Глава двенадцатая

— Сердце не бьется, — проговорила мама, отшатываясь.

Я только рот разинула. А что тут скажешь?

В этот момент с грохотом распахнулась дверь, ведущая во внутренние помещения «Короля». Мы с мамой схватились за руки.

В дверях стояла Ясновидящая Милли.

— Вы ничего не хотите мне рассказать? — поинтересовалась она, одергивая юбку и выходя на палубу.

Мы переглянулись.

— Я чую какое-то смятение в воздухе…

— Некогда, — мама поманила Милли к себе. — Нужно что-то делать. С мистером Бистоном случилось несчастье. По-моему, он умер. — Она в ужасе прижала руку к губам.

Шатаясь и поскальзываясь на мокрой палубе, Милли с трудом добралась до нас.

— Сейчас посмотрим.

Склонившись над мистером Бистоном, она расстегнула ему куртку и задрала свитер. Под свитером оказалась плотная, словно подбитая чем-то жилетка. Заметив на кармане изображение трезубца, я вздрогнула.