Ник Северянин и битва с Королем кошмаров - Лора Герингер

Омбрик услышал нарастающий шум и обернулся. У входа в ламадарий, между высоченных колонн, собирались странные белоснежные создания, причем они подходили уже в полной боевой готовности. Снежные люди, или, как их еще называют, Йети! Омбрик читал о них, но никогда не видел собственными глазами. Мохнатые гиганты славились отличным арсеналом оружия. У них были светящиеся дубинки, мечи на любой вкус, копья, луки и стрелы, но по-настоящему смертоносной для порождений тьмы была звездная пыль, из которой и выковывалось оружие.

Йети и их оружие

^{Некоторые Йети ходят прямо}

^{Большинство Йети предпочитают передвигаться на четвереньках}

^{Арбалет Йети с дальностью «гора-гора»}

^Колчан

^{Сабля с кастетом}

^Меч

^{Обеденный нож}

Дело в том, что ни один самый острый клинок не мог победить призрачных прислужников Буки. Обычное земное оружие не приносило им ни малейшего вреда, и только звездная пыль могла побороть порождения мрака.

Ламы задули в рога — битва началась! Лучик повел Йети в наступление, Страшилки и Кошмарики разлетались прочь, спеша вернуться на вершину, где остался их повелитель. Лунное воинство преодолевало гору за горой, надеясь успеть вовремя, пока не случилось непоправимое — ведь Кэтрин осталась один на один с Королем кошмаров! Ламы не отставали от Йети ни на шаг. Что удивительно, каждый лама кружился вокруг своей оси, подобно смерчу, дервишу^[6] или банши^[7], и при этом умудрялся идти вместе со всеми!

Омбрик пристроился в конце войска. Маг успел как раз вовремя — Ник уже превратился обратно из куклы в человека, правда, волшебник не мог увидеть этого, находясь высоко в небе. Он боялся, что потерял друзей навсегда, поэтому с отчаяния разбил пещеру вдребезги. И хотя старый маг всегда не любил признавать свои ошибки, на этот раз он согласился, что немного переусердствовал.

— Дурацкий фокус, — заключил Омбрик, заканчивая свой рассказ. — Такие опрометчивые поступки больше подходят тебе, мой ученик Николас… Я ведь мог кого-нибудь ранить, например оленей или даже тебя, Кэтрин. Не понимаю, что на меня нашло.

Оказывается, даже астральная проекция может краснеть, что и случилось с Омбриком впервые за многие сотни лет. Ник довольно захохотал.

— Да ты красный, как заходящее солнце, — подколол разбойник.

— Он просто беспокоился за нас, — попыталась сгладить неловкость Кэтрин.

Омбрик кашлянул, прочищая горло, а затем принялся искать среди осколков скал и снега свою уменьшенную копию. Найдя наконец местами сломанную и изуродованную куклу, маг спроецировал свою астральную сущность прямо на нее. Через несколько мгновений перед друзьями в полный рост стоял целый и невредимый маг.

Ник внимательно посмотрел на Омбрика:

— Как ты это сделал? И, если уж забегать вперед, как сделаю это я?

Волшебник молча оглядел своего ученика, а затем, немного помедлив, произнес:

— Ты знаешь, иногда мечты могут стать самым несокрушимым оружием на всем белом свете. Надо только верить в свою мечту, а чтобы разрушить чары заклятия порабощения, нужно верить в… свободу.

Ник кивнул. Его учитель прав. Но он также твердо верил, что его спасли не только мечты, а кое-кто еще. Разбойник посмотрел на Кэтрин:

— Ты спасла мне не только жизнь. — Он коснулся золотого компаса, висящего у девочки на шее. Его подарок сослужил им обоим хорошую службу. Кэтрин совершила первое в своей жизни путешествие, а он обрел друга на всю жизнь. Ник повернулся к старому волшебнику: — Я пришел в вашу деревню за золотом, а нашел поистине бесценное сокровище.

Несколько секунд Омбрик смотрел себе под ноги, а когда заговорил, его голос прозвучал очень сердечно и тепло:

— Помнишь, однажды я говорил тебе, что в мире нет той магии, которая могла бы изменить человеческое сердце. Сегодня ты доказал мне обратное. — И маг улыбнулся глупой улыбкой впервые за всю историю земного шара.

Но друзьям не удалось насладиться этим чудным моментом душевной близости, они должны были спешить в лунный ламадарий. Ламы оказали им великую честь, разрешив участвовать в их церемонии.

— Нигде на Земле свет не светит так ярко, как здесь, в Гималаях, — радостно сообщил Омбрик, когда он, Николас и Кэтрин остановились на вершине башни лунного ламадария. — И ни одно место не находится в такой близости к Луне. Сейчас мы стоим на самой высокой точке мира.

И, пожалуй, самой прекрасной. Ламадарий представлял собой дворец, украшенный мозаиками из ляпис-лазури и опалов, а необычная конструкция сохраняла под его сводами прохладные лунные лучи даже в свете яркого дневного солнца.

Пронзительно зазвучали колокола и гонги из храма, который находился в самом центре ламадария. Кэтрин не могла отвести взгляда от крыш, украшенных сотнями тысяч маленьких серебряных колокольчиков, — они звенели при малейшем дуновении ветерка.

— Как думаешь, что там будет? — спросила девочка Ника.

— Надеюсь, еда, — пошутил тот. — Омбрик уже съел все, до чего сумел дотянуться, если так пойдет и дальше, я начну жевать свой плащ.

В этот момент они вошли во внутренний двор ламадария, и маг цыкнул на них, призывая замолчать.