Тусиана. История зубной феи - Уильям Джойс

Кэтрин украдена Королем кошмаров – самое страшное, что мог вообразить Лучик, произошло. Неожиданно страх сжал его сердце. Светящийся мальчик никогда прежде не чувствовал подобного, и это его неприятно удивило. Он знал, что девочке так не хватало отцовской любви, а Бука, в свою очередь, потерял дочь. Станет ли очередная ловушка Короля кошмаров смертельной для маленькой Хранительницы? Лучик вспомнил, что увидел в слезе Кэтрин, и замотал головой, силясь отогнать дурные мысли.

Он уселся на верхушке башни лунного ламадария и посмотрел на Луну в поиске поддержки, но светило скрывали быстро бегущие облака. Дул неприятный холодный ветер, и у Лучика создалось неприятное ощущение, что за ним подсматривают и, более того, что его мысли читают. Временами он испытывал подобное, но только когда оставался один. И надо признаться, чувство было достаточно неприятным. Несколько раз казалось, что он видит лицо женщины в облаках, различает его смутные очертания в вихре кружащихся листьев и даже в пелене снегопада. Поначалу Лучик не вполне был уверен, не пригрезилось ли ему, но теперь даже задрал голову в надежде разглядеть знакомый профиль в небе. Он чувствовал: появление этой странной женщины каким-то образом связано с Кэтрин и Букой. Светящийся мальчик отправил мысли бежать по Вселенной, надеясь поймать отклик подруги, но девочка молчала. Только неясное, смутное чувство, что кто-то недружественный, выжидая, смотрит на него.

Он в нетерпении мерял шагами вершину башни ламадария. Нужно успокоиться, Лучик еще не готов ко всем новым странным ощущениям и взрослым мыслям, что лезли в его голову. Впервые в жизни он не знал, что делать. Как помочь Кэтрин? Стоит ли очертя голову лететь неизвестно куда и одному вступить в бой с Букой? Конечно же, Лучик был храбрым и отважным, но на этот раз чувствовал – ему не справиться. Он то и дело возвращался мыслями к женщине-птице – Тусиане, королеве с материнским сердцем, но повадками воина. Может быть, фея знает способ спасти девочку? Но теперь у нее ранено крыло, и она не может летать.

Он подумал о Кайлаш. Снежная гусыня всегда спала рядом с хозяйкой, но этой ночью осталась в своем старом гнезде вместе с другими снежными гусями, которых не видела очень давно. Она так любила Кэтрин! Внезапно ему в голову пришла идея, которую можно было назвать одновременно и наивной, и мудрой.

Дети Сантофф Клауссена сбились в кучку вокруг Кайлаш в ее гнезде. Чудовищные известия о похищении Кэтрин мгновенно распространились по ламадарию.

Когда Лучик вернулся к ребятам, то обнаружил, что Саша и Петер готовят седла, а Каланча-Вилл, пытаясь не выказать страха, помогает им. Ребята решили отправиться на помощь девочке, Кайлаш должна была отнести их в убежище Буки. Но странное дело – светящийся мальчик не посмеялся над ними. Кажется, он что-то задумал. Лучик подошел к гусыне и погладил ее перья. Птица издала тихий протяжный крик и нежно уткнулась головой в его плечо.

Светящийся мальчик верил – его план сработает. Он собрал снежных гусей, детей, и вместе они двинулись через ламадарий. Странное это было зрелище – Лучик, ведущий за собой дюжину или около того ребят, а также вереница семенящих великих снежных гусей. Маленькая армия прошествовала мимо Йети, натирающих до блеска оружие, затачивающих клинки мечей и готовящихся к грандиозной битве; мимо лунных лам, которые отчаянно листали древние манускрипты и пытались найти способ помочь Кэтрин; жителей Сантофф Клауссена, взволнованно перешептывающихся и обсуждающих произошедшее. Армия не остановилась даже, чтобы ответить на вопрос старшины Уильяма, куда это они направляются, пока не достигли спальни Кэтрин. Там обнаружили королеву Тусиану. Она сидела спиной к вошедшим – одно из ее радужных крыльев безвольно свисало, а Северянин, проявляя величайшую деликатность, на которую только был способен, спрашивал у женщины-птицы:

– Но ради всей магии мира, почему Бука охотился за тобой?

Она отвечала и голос звучал глухо:

– Когда мне удалось сбежать от Короля обезьян, я отправилась в Пунджам Хи Лу. Там я нашла Летуний, своих сестер. Как же они были счастливы вновь обрести меня, но, несмотря на все улыбки, я почувствовала их тоску. Летунии спросили меня о судьбе матери. И когда я ответила, самая старшая из Летуний грустно вздохнула: «Мы так и предполагали, но теперь узнали наверняка».

Глаза зубной феи наполнились слезами, но она продолжала:

– Сестры образовали вокруг летающего слона круг, и у меня на глазах одна за другой превратились в деревья, точнее статуи, вырезанные в стволах деревьев. Во все стороны потянулись ветки, сплетаясь друг с другом, образуя стенки гигантской корзины. И когда последняя начала обращаться вслед за сестрами, она промолвила: «Если одна из нас умирает, то все мы следуем за ней. Теперь ты здесь королева. Ухаживай за летающим слоном, он сохранит наши воспоминания, воспоминания о том, что было», – здоровое крыло Тусианы затрепетало.

– Слон не забудет, – продолжала она. – Это он коснулся магического зуба, который оставили мне родители. Это он увидел все воспоминания, заключенные внутри.

– Но кому принадлежал этот магический зуб? – воскликнул в нетерпении Омбрик.

– Тому, кто живет на Луне, – почти прошептала королева.