Кайтусь-чародей - Януш Корчак

Без волшебства приятней. Прошёл месяц. В лес. Заблудился. Гроза. Температура и бред. В больнице

Идёт Кайтусь. Весело насвистывает.

Давно уже ему не было так легко, как сейчас.

– Месяц проживу без хлопот, а заодно подумаю и составлю план, чтобы больше не делать глупостей.

Надо как-то по-другому.

Вбегает он домой, маму целует. Да не один раз, а много-много.

– Хватит, Антось! С чего это такие нежности?

К бабушке пристаёт:

– Бабушка, потанцуй со мной!

– Что это тебе в голову взбрело?

– Ничего. Есть хочется.

– А раз хочется есть, надо не танцевать, а попросить. На, ешь на здоровье. Лекарство, которое доктор прописал, принял?

– Да ну его! Глупости это.

– Перестань капризничать. Смотри, как ты повеселел, аппетит к тебе вернулся…

Поел Антось.

На дом задали мало, и он вышел во двор.

– А мы уж думали, – говорят ребята, – что ты гордый стал.

– Ничего я не гордый.

– Чего ж тогда во двор не выходил?

– Башмаки прохудились, – ответил Антось и тут же подумал: «Теперь буду меньше врать».

Игра прошла просто замечательно. Ни разу никто не помешал.

А вечером Антось разговаривал за чаем. Потом сыграл с папой в шашки.

Спать лёг поздно вечером.

По привычке сунул под подушку руку. Кошелька не было, да к тому же что-то ещё и в палец укололо.

«Может, веретено?» – подумал Антось, высасывая из пальца кровь; ему вспомнилась сказка про спящую красавицу.

Однако заснул он не на сто лет, а всего лишь на ночь. Проснулся бодрый. На пальце ни следа укола.

По дороге в школу Антось решил проверить, осталась ли у него хоть капелька волшебной силы.

«Пусть у этого франта отлетят все пуговицы и упадут брюки».

Тут же одна пуговица отлетела и покатилась по тротуару.

«Пусть у полицейского улетит шапка».

Шапка чуть подпрыгнула на голове, но не упала.

«Власть осталась и через месяц возвратится».

Вечером Антось подсчитал на листке, сколько раз ему удалось волшебство: отдельно – дома, в школе, на улице. Отдельно написал серьёзные случаи, отдельно всякую мелочь. Все сомнительные случаи отбросил.

«Их считать не буду. Может, мне просто показалось».

А дело всё в том, что он забыл, что было раньше, что позже. Да и плохо помнил, как всё происходило.

«Может быть, чародей имеет право проявить свою волшебную силу только девять, или тринадцать, или семь раз в месяц? А может, волшебство удаётся только в понедельник или в пятницу?»

Да, жаль, что он не записывал тайными знаками, чтобы никто, даже если и найдёт листок, не мог понять.

В сказках говорится, что у чародеев всегда есть ученики. Так-то, ясное дело, легче.

Но Кайтусь и без учителя справится.

Только слабакам нравится то, что легко.

Самое интересное, когда трудно!

Да и Краков не сразу строился, как говорит пословица.

Даже на столяра или инженера нужно долго учиться, а чародейская наука посложней будет.

Ему и так уже многое удалось, хоть он и молодой и неопытный, хоть всё постигает сам, без наставника.

Да, сам!

А с кем посоветуешься?

Рассказать по секрету кому-нибудь в классе? Так тот сразу всё разболтает. Или попросит что-нибудь сколдовать, а если не удастся, обсмеёт и скажет, что всё враки. А то пристанет: «Покажи… Научи…»

Учительнице, что ли, рассказать?

Так она же не верит, говорит, что никакого волшебства не бывает. Ей и в голову не придёт, что нюхала она волшебную розу.

Дома признаться?

Тоже нет.

Родители либо не поверят, либо запретят, либо начнут диктовать, что можно, а что нельзя. Да и что они могут посоветовать, когда сами ничего не знают.

Нет, тайну нельзя выдавать.

К тому же у него тьма времени. Целый месяц. Он проверит каждое волшебство в отдельности и извлечёт из него науку на будущее.