О девочке Васюшке и её снах - Алена Бессонова

– За что? – удивлённо спросил ёжик.

– За что?! – взбесилась Зябша. – Твоя Василиска оскорбила меня, унизила! Вчера, когда я прогуливалась по вашему двору, она прогнала меня веником. Она гнала меня до самой дыры в заборе. Меня! Крысу Зябшу! Целый час куры смеялись надо мною. Куры, которые подчиняются малейшему шевелению моего хвоста. Когда хочу – поют, когда хочу – танцуют! И хоть бы палкой гнала, а то веником! Не прощу, никогда! Теперь вы все будете подчиняться мне беспрекословно, а то….

– А то, что? – уверенно спросил ёжик.

– Сегодня загрызу попугая, завтра тебя, найдёныш! Ты думаешь, иголки помешают мне добраться до твоего мягкого живота?

Егор вспомнил слова мамы:

– Если нужно защитить жизнь друга от врага, никогда не пугай сынок – бей!

Ёжик сгруппировал в клубок все свои иголки, и со скоростью выпущенного снаряда ударил Зябшу прямо в наглую морду. Крыса от неожиданности закатила глаза и отлетела в другой угол комнаты, прямо к клетке попугая Кешки. Кешка, недолго думая, клюнул Зябшу в правый глаз. Окривевшая крыса взъярилась, двумя прыжками настигла ёжика, ухватила его за лапку и с силой бросила об стенку. От удара Егорка потерял сознание.

– Ну вот, твой мягкий живот и открылся! Тебе конец, найдёныш! – ликующая крыса приготовилась к последнему прыжку.

– Й-й-я! – прямо под ноги крысе, на ребре своего панциря, выкатилась красноухая черепаха Мастер Говей, крыса споткнулась и тут же получила удар по затылку панцирем плашмя от Мастера Шефу. Зябша замешкалась. Этого мгновения хватило собаке Сайде, она ухватила крысу за хвост, и натянула его как струну. Очнувшийся Егор, вмиг перегрыз натянутый хвост у самого основания.

– Ой, не могу! – захихикал попугай Кешка. – Ой, умора! При помощи чего ты теперь будешь управлять курами, повелительница Зябша? Где твой хвост?! Даже у сусликов есть хвосты! Куры со смеху подохнут! Жалко кур!

Зябша, затравленно озираясь по сторонам, выпрыгнула в раскрытое окно.

Звук, с которым Зябша шмякнулась о землю, напоминал звук пыльного мешка, а точнее звук пыльного мешка с дребезжащим внутри него будильником.

* * *

– Ух, ты! – Василиса проснулась и вскочила с постели. – Вот это сон!

Она бросилась к коробке, в которой спал Егорка. Всё было в порядке, ёжик мирно почивал, причмокивая ротиком. Тихонько, что бы никого не разбудить (пусть ещё минут пятнадцать домочадцы подремлют). Василиса через внутреннюю дверь, соединяющую дом с гаражом, спустилась проверить, как поживает её любимый велосипед – подарок родителей.

Велосипед стоял на месте, рамы его сияли красным перламутром. Сидение, обтянутое белой кожей, было мягким и удобным. На блестящем руле красовался большой звонок и изящное в резной металлической рамке зеркальце.

– Не скучай! – тихонько сказала девочка и ласково провела ладонью по рулю велосипеда, – Сегодня после школы покатаемся…

Потом она на минутку забежала на кухню и затем поднялась к себе в комнату. Тут она застала взволнованную маму:

– Батюшки! – воскликнула мама, – Я уж и не знала, что думать! Будильник только прозвенел, а тебя уже нет в постели!

– Не беспокойся, мамочка, я ведь теперь для Егорки тоже мама. Ходила на кухню яблочко ему потереть. – Василиса показала маме плошку с натёртым яблоком. – Мама, в эту ночь я видела зелёный сон. Получается, что все сны цветов радуги я уже пересмотрела. И, что, это всё?!

– Знаешь, доченька, кто родители у радуги? – улыбнулась мама. – Солнце и Дождь. Только после солнечного дождя возникает радуга. А разве солнце и дождь могут исчезнуть? Нет! Поэтому радуга будет всегда. Ты зови её, доченька, и она снова придёт!

Конец первой сказки