Изюмка и гном - Агнеш Балинт

Остров Стрекоз славился среди остальных островов Дуная самой вкусной и сочной травой. Некоторые даже подумывали назвать его «Островом шелковистых трав». Однако стрекозы заявили, что тогда они переселятся в другое место. Но всем нравилось наблюдать за их лёгким и изящным парением. Ради стрекоз приезжали на остров даже туристы. Так старое название осталось неизменным.

— Конечно! Это даже лучше! — часто говорила мама Коза, жившая на острове со своим маленьким сыном — козлёнком Гидуци. — Так лучше, говорю я. Ведь никогда не знаешь, когда может случиться засуха и уничтожить траву на корню. Вот тогда напрасно гордились бы мы своей шелковистой и сочной травкой.

Мама Коза всегда боялась засухи, хотя за всё время пребывания на острове ей ни разу не пришлось пережить такое горе. Воздух здесь всегда был влажным, приятным, и зелень хорошо поднималась.

Домик мамы Козы стоял на берегу реки под ясенем. Крыша дома с одной стороны касалась земли, и на ней росла сказочно изумрудная травка, да какая травка! Это была не крыша, а чудесный газон, которым очень гордилась мама Коза. Она даже своему сынку не позволяла там пастись.

— Есть трава и на лугу, если ты голоден, — внушала она козлёнку. — Эта же трава не для пищи — она краса нашего дома!

Да, что правда, то правда: на лугу в густых и высоких зарослях даже козлёнка не было видно. Он любил пощипать там травку, но на самом деле продолжал мечтать о сочной, зелёной траве на крыше дома.

«Там она намного вкуснее! — думал козлёнок. — И растёт ближе к солнцу, и аромат совсем не такой, как на лугу».

Как-то раз Коза нарвала пушистый букет чудно пахнущей сирени и отправилась к мамаше Серне, жившей когда-то далеко в горах. Но теперь, когда состарилась, Серна перебралась поближе к реке. Она болела, даже из дома не выходила.

— Сынок, береги наш дом! — наказала мама козлёнку. — Если кто-то захочет пощипать траву на крыше, прогони! Если хочешь, можешь даже забодать проказника, ведь у тебя уже есть рожки!

И хотя у маленького козлёнка рожки были не больше напёрстка, но он ими очень гордился. Когда мама ушла, козлик встал перед домом и начал жадно высматривать, кого бы забодать.

Но время шло, и никто так и не появился. Жители острова в этот жаркий полдень отдыхали после обеда или купались, нежились на солнце на живописном южном берегу. Козлёнок скучал. И, подумав немного, побежал за дом, в своё излюбленное место. Здесь он обожал залезать на связку хвороста и наблюдать окрестности с высоты.

Как всегда, так и теперь он приготовился к прыжку, чтобы потом оказаться на зелёной пушистой крыше.

Но вдруг он заметил возле своего дома соседскую овечку Барику.

— Ага! Она хочет пощипать нашу травку! — оживился козлёнок. — Но я сейчас её прогоню! — И он быстро соскочил с хвороста, чтобы забодать овечку, которая уже радостно скакала к нему навстречу.

— Дуци, Дуци, Гидуци! Как хорошо, что я увидела тебя! Я уже подумала, что тебя нет дома! Мама послала меня к вам за решетом!

Гидуци передал Барике решето, а в душе пожалел, что она пришла только за этим.

«Неужели так никто и не захочет пощипать нашу травку? И я никого не смогу забодать?» — досадовал он, когда Барики уже не было рядом. Но вдруг вспомнил: есть тут один, кто не прочь это сделать. И это не кто иной, как он сам! Размышляя дальше, он понял, что должен забодать сам себя.

Такая неожиданная мысль заставила Гидуци забежать в дом и встать перед большим зеркалом. Оттуда на него смотрел маленький чёрный козлёнок с яркими белыми пятнами!

— Так, значит, это ты хотел пощипать травку на нашей крыше? — сказал он своему отражению. — Только попробуй! Я тебе такое задам!