Татуированный пес - Пауль Маар

— Интересно, продолжится ли это завтра в том же духе, — сказала мышка, забираясь вечером в кровать.

Утром, когда она открыла глаза, действительно было так же темно, как и в предыдущие три дня.

— Теперь надо хорошенько подумать, чтобы снова не наткнуться на что-нибудь эдакое и не упасть на спину, — сказала мышка, выскочила из кровати, споткнулась о стул и растянулась во весь рост.

Поднявшись, она осторожно, на ощупь, пробралась к правильной двери и натолкнулась на непреодолимую преграду.

— Скоро земля вокруг моей квартиры станет вся в дырочку, как швейцарский сыр, — сокрушалась она, выкапывая рядом с четвёртой дырой пятую.

Выбравшись наружу, она увидела, что и четвёртый выход заперт очередным кокосовым орехом. Мышка даже среди учительниц выделялась необычайным умом, она задумчиво покачала головой и сказала:

— Что-то тут нечисто!

На этот раз она едва успела в школу вовремя.

Как обычно, Мышка-Торопыжка вернулась из школы в четыре пятнадцать и пошла в свою комнату. Но на этот раз не осталась внутри: дождавшись темноты, она тихонько выскользнула из норки и спряталась за камнем возле новой, пятой дыры.

Не прошло и часа, как с дерева спустился Шлевиан с кокосовым орехом в руке. Он остановился перед мышиной норой, еле сдерживая смех, нагнулся и осторожно положил орех на новый вход в мышиную квартиру.

И тут Мышка-Торопыжка рассердилась не на шутку.

Забыв, что она гораздо меньше обезьяны, мышка вскочила на камень, за которым пряталась, и закричала, сверкая глазами от ярости:

— Ах вы, болван! Ни стыда ни совести! Мне стоило бы сейчас же надрать ваши здоровенные уши! Какая наглость! Какая подлость! Немедленно уберите все орехи, вы, бесстыжая обезьяна! Хам!

— У меня вовсе не здоровенные уши, — возразил обиженно Шлевиан, — уж и пошутить нельзя.

— Это называется пошутить! — воскликнула мышка, вне себя от злости. — Ну подождите! Я расквитаюсь с вами, макака вы эдакая!

— А что ты мне сделаешь? — дерзко спросил Шлевиан. — Может, укусишь за большой палец?

Он рассмеялся.

— Уж что-нибудь придумаю, не сомневайтесь!

— Смотри, чтоб голова не заболела, пока думаешь! — ответил Шлевиан, собрал все кокосовые орехи и исчез в густой кроне.

Хотя Шлевиан не очень-то поверил мышкиным угрозам, весь следующий день он был начеку. Он медленно ступал, озираясь по сторонам, потому что боялся, что мышка вдруг выскочит из-за какого-нибудь камня, укусит его за пятку и быстро скроется в своей норе. Сидя на земле, он часто оглядывался, чтобы мышка не подкралась незаметно и не ущипнула его за попу.

Но, судя по всему, это не входило в её планы: она, как и прежде, отправилась в школу без пятнадцати восемь, вернулась домой в четыре пятнадцать и больше уже не выходила на улицу.

Вот почему на следующий день Шлевиан опять заскучал. Он сидел на своей ветке и думал, чем бы таким заняться.

В этот момент мимо проходил носорог Бульбо.

Господин Бульбо — толстый и статный, как и полагается носорогам, был при этом самовлюблённым, отчаянным пижоном, всегда одетым с иголочки. На его неуклюжих ногах красовались лакированные ботинки, начищенные до такого блеска, что он пользовался ими как зеркалом. Бульбо был наряжен в узкие брюки, в которых даже не мог нагнуться, и пиджак из белого шёлка по последней моде. Казалось, что он сошёл прямо с обложки глянцевого журнала. Наряд дополняла высокая зелёная фетровая шляпа с твёрдыми полями и жёлтой лентой. А ещё у Бульбо был позолоченный рог.

И вот когда он во всей красе не спеша проходил под деревом и приятным голосом напевал последний шлягер, Шлевиан скинул кокосовый орех прямо на зелёную шляпу носорога.

Та съехала ему на глаза, и носорог оказался в темноте. Когда ему наконец удалось вернуть помятую шляпу на прежнее место, он посмотрел наверх. Прямо в нахальное, ухмыляющееся лицо Шлевиана, который преспокойно сидел на своей ветке.

Бульбо погрозил обезьяне, но та рассмеялась и крикнула:

— Мне вас плохо слышно! Будьте любезны забраться на дерево, тут мы сможем побеседовать!

Это, конечно, ещё больше разозлило носорога. Но как только он принялся неистово ругаться на обезьяну, та невозмутимо и метко кинула ему на шляпу второй орех. Шляпа снова съехала на глаза, и когда носорогу удалось водрузить её обратно на затылок, она совсем потеряла форму.

Рассвирепевший носорог решил, что пора переходить от слов к делу. Он нагнулся и обхватил ствол, намереваясь стрясти хулигана с дерева. И тут его брюки взяли и лопнули.

Шлевиан удовлетворённо отметил, что толстое дерево даже не шелохнулось, и кинул третий орех. Стоит признать, что стрелком он был отменным: третий орех, как и два предыдущих, угодил точно в шляпу, которая снова съехала носорогу на глаза.

Ярости Бульбо не было предела. Снова и снова он с разбега таранил дерево своим рогом, стараясь скинуть обезьяну на землю. Но ствол был слишком толстый, да и обезьяна держалась крепко. Когда носорог наконец сдался и покинул поле боя, рог у него был погнут, брюки разодраны в клочья, пиджак испачкан, ботинки в пыли, шляпа безвозвратно помята, а красивая жёлтая лента порвана. Шлевиан же был очень доволен — он нашёл, чем развеять свою скуку!

Следующей его жертвой стал слон Данте. Он был тайным советником географии. Маленький и толстый, но зато очень учёный, Данте всегда носил походные штаны, гольфы грубой вязки и полуботинки — в общем, был подготовлен к любым погодным условиям.

Каждый день он исследовал лес, рисовал карты местности всех его частей и писал толстые книги о его обитателях.

За учёные труды ему было присвоено звание тайный советник географии. Он первым установил, что обезьяны начинают есть банан с верхнего конца, и посвятил этому книгу.

Лишь изредка он оставался дома на целый день и ничего не исследовал. Тогда жена, пользуясь таким случаем, торопилась приготовить ему обед, но учёный слон с презрением отвергал подобного рода предложения. «Географы едят на природе!» — говорил он, усаживался на лужайке перед домом и жарил себе на костре колбасу.

И вот однажды слон Данте, проходя мимо дерева Шлевиана, случайно посмотрел наверх и обнаружил, что над ним сидит обезьяна с кокосом в руке.

Слон встал как вкопанный и сказал:

— Ну и дела! Обезьяна с кокосом в руках! И что же это забавное животное собирается с ним делать? Неужто оно его съест? Я должен исследовать эту проблему, пусть даже на это уйдут годы научных наблюдений!

Данте не пришлось тратить так много времени: стоило слону договорить, как орех упал ему на голову, издав глухой звук.