Правдивая история про девочку Эмили и морское чудовище - Лиз Кесслер

Не знаю как вы, но я представляла себе роскошный круиз совсем по-другому.

Бассейн? К сожалению, нет. Еды и напитков выше крыши? Что-то непохоже. Шикарный корабль? Как же, как же.

Нас бессовестно надули. Наш потрясающий круиз, это «райское наслаждение», в реальности оказался двухнедельным плаванием старого рыбачьего корыта со мной, мамой и папой на борту. И с дедом, который управляет этим корытом. Восхитительно.

Делать абсолютно нечего. Мы плаваем, наверное, дня два, но точнее сказать сложно, поскольку здесь скука смертная, и одна минута на этой развалине ничем не отличается от всех остальных. Никогда не прощу родителей за эту поездку. Особенно папу. И зачем он нашел тот журнал?

Только он один и радуется. Мама по большей части сидит в каюте — готовит или спит. Или, время от времени, зеленеет и по пояс перевешивается с борта в море. И с чего я взяла, что мы все втроем будем здесь счастливы? Когда же я наконец пойму, что со мной никогда ничего хорошего не произойдет и произойти не может?

Ну, хоть бы когда-нибудь произошло. Хоть один разочек.

Капитан ведет себя, как настоящий морской волк. Стоит у штурвала, вперив взгляд в горизонт. Правда, смотреть больше и не на что. И с нами он практически не разговаривает. Вообще-то, ему не меньше пятидесяти, так что мне с ним говорить не больно и хотелось. Но он мог бы быть чуточку повежливей.

А папа, по-моему, даже не замечает, как другим плохо. Он совсем не обращает внимания на маму, а только носится со своей рыбачьей сетью и приходит в восторг по всяким пустякам. Вот, например, лежу я на палубе и читаю журнал. Точнее, пытаюсь читать — это не так-то просто, когда качка валяет тебя по полу, а тебе еще приходится уворачиваться от летящих отовсюду брызг. Папа стоит рядом, у борта, глядя в бинокль. На нем желтые шорты, которые прекрасно сочетаются по цвету с докрасна обгорелой спиной.

Вдруг он подскакивает на месте.

— Мэнди, милая. Иди скорее! Посмотри!

Я опускаю журнал. Может, он заметил тот самый лайнер, на котором мы должны были бы совершать круиз? Может, все это — лишь глупая шутка, и сейчас начнется настоящий отдых на настоящем корабле? Я смотрю на море.

— Там ничего нет, пап.

— Погоди. Она сейчас снова появится.

В результате оказывается, что он увидел морскую черепаху. Черепаху! Ах ты, Господи, радость-то, какая!

Я решаю уйти в каюту. Там, пожалуй, еще скучнее, но мама хоть не станет убеждать меня, что я классно провожу время.

Но тут что-то останавливает меня. Я уже протиснулась мимо капитана и взялась за ручку двери, как вдруг замечаю кое-что. Не какую-то дурацкую черепаху, а, как бы это сказать, ничего. Впереди сплошная темнота. Море кажется черным и блестящим, а небо внезапно покрывается тяжелыми тучами. Ну, отлично. Только шторма нам и не хватало.

Я поворачиваюсь к капитану и вижу, что он сдвинул фуражку на затылок. Он трет глаза.

— Что это? — спрашиваю я, подходя.

— Посмотри! — он указывает мне на окошечко прибора, в котором, сменяясь с бешеной скоростью, скачут цифры.

— Что это значит?

Капитан, склонившись над прибором, рассматривает цифры.

— Они должны оставаться примерно одинаковыми. Наверное, контакт отошел.

— А это? — я показываю на компас. Стрелка в нем вертится как сумасшедшая.