Королевский путь - Виктория Холт

Он решил немедленно отправить графу Меррейскому письмо. Пора ему возвращаться принимать регентство.

* * *

Во всем мире был еще один человек, прекрасно понимавший Мортона — Елизавета Английская. Семь лет назад она оказалась в схожей истории: при загадочных обстоятельствах умерла жена Роберта Дадлея, ее любовника. Подозрения пали на Елизавету и Роберта. У Марии был уже пример того, как себя вести в такой ситуации. Выйти замуж за Босуэла — значит уничтожить саму себя. То же самое случилось бы с Елизаветой, выйди она замуж за Дадлея.

Королева Англии ни капельки не любила свою шотландскую соперницу, но у нее было страшное желание сберечь честь королевского рода. Она написала письмо Марии, но той не было ровным счетом никакого дела до тревог английской королевы. Елизаветой правило честолюбие, а Мария жила чувствами. Ее руку сжимала рука любовника, она была ведома им, пусть даже к смерти. Он был рядом с нею, и ничего более важного для нее уже не существовало.

* * *

В один из солнечных апрельских дней Мария отправилась в замок Стирлинг навестить сына. На этом настоял Босуэл, сам собираясь съездить в Лиддесдейл. В этом месте шли бои, и нужно было быть там.

С нею вместе в Стирлинг поехали Мэйтленд, Хантлей и Джеймс Мелвил.

Когда они проезжали через Эдинбург, жители города вышли из домов взглянуть на королеву. Милое печальное лицо Марии смягчило их сердца, да так, что они уже с трудом верили, что королева могла быть соучастницей в убийстве короля.

— Да хранит вас Господь! — кричали они, но добавляли: — Если вы невиновны!

Если я невиновна! — повторяла, содрогаясь, Мария. Она была готова отдать все, чтобы быть невиновной, все… кроме любви к Босуэлу.

А граф Мэйтленд, казалось, не обращал на происходящее вокруг никакого внимания, совершенно погрузившись в раздумья. Он весь кипел от ярости на королеву и Босуэла. Теперь ему было прекрасно видно, как Босуэл обвел вокруг пальца всех. Убийство Дарнлея не принесло облегчения Шотландии; оно было на руку лишь Босуэлу и королеве.

Мэйтленд дал себе слово сделать все, что можно, только чтобы эти двое никогда не правили страной.

Он взглянул на Хантлея… У того был вид заговорщика. У Мэйтленда не было сомнений, что Босуэл очень даже нуждался в помощи Хантлея, чтобы избавиться от своей жены… С Хантлеем надо быть начеку.

Вот такие безрадостные мысли крутились в голове у Мэйтленда по дороге в замок Стирлинг.

Опекунами маленького принца были граф Марский и его жена. Они подозрительно взирали на появившуюся в замке королеву. Новости разносятся быстро, и им было уже известно о бумаге, которую заставил подписать Босуэл именитую шотландскую знать. Граф с женой стали, было, подозревать, что королева и Босуэл хотят выкрасть мальчика.

Мария взяла малыша на руки. Ему было уже десять месяцев. Он с любопытством смотрел на мать, а она, улыбаясь, запускала руку ему в кудряшки…

Ах, если бы она только могла забрать его отсюда… поселиться в монастыре… тихо жить там, забыв обо всем и уйдя с головой в заботу о маленьком сыне… Но ей никогда не дадут этого сделать. И вот уже подозрительный граф не разрешает ей быть один на один с мальчиком в детской и отбирает младенца.

— Прошу прощения, Мадам, — говорит он. — Я отвечаю за принца и поклялся денно и нощно оберегать его.

— Даже когда с ним рядом его мать?!

— Все время, Мадам.

Ее унизили! Она — мать, но ей не позволили побыть наедине с собственным ребенком! Она сказала себе:

— Ну ничего, скоро все будет по-другому. Я выйду замуж, и рядом со мной будет муж, и никто больше не посмеет со мной так обращаться.

Через три дня они оставили Стирлинг. Она вновь в седле, и от этого ощущение какой-то удивительной легкости. Ей было известно, что ждет ее впереди…

Сейчас появится Он… во главе кавалькады… Он отвезет ее как пленницу в Данбар… Пусть весь свет думает, что он покорил ее… Все будет хорошо, ведь ее будущее в его руках!

Но на подъезде к Эдинбургу ее охватило какое-то гнетущее чувство. Он должен был встретить ее раньше. Они были уже в миле от Эдинбургского замка, и не появись он сейчас, их планы будут разрушены… На переезде у ручья она вдруг услыхала стук конских копыт. Приглядевшись, она увидала могучую фигуру возлюбленного.

Его свита с обнаженными шпагами окружила Марию и ее спутников. Подъехал Босуэл.

— Что все это значит? — спросила она.

— Мадам, — обратился Босуэл к ней, — я прошу вас следовать за мной в Данбар. Вы у меня в плену, но не пугайтесь. Если вы послушаетесь меня, ничего дурного с вами не случится.

Молоденький капитан из свиты королевы выехал вперед, обнажив шпагу…

— Друг мой, спрячьте вашу шпагу, — сказала ему королева. — Это приказ.

— Я позабочусь об этом юном дуралее, — прорычал Босуэл.

— Только без крови, — взмолилась королева.

Юный солдатик повернулся к Марии, и глаза его светились так хорошо знакомым ей обожанием:

— Мадам, я готов умереть, защищая вас.

Ее улыбка все сказала ему. Он понял, что она хотела стать пленницей Босуэла…

Мэйтленд закричал:

— Что все это значит?

Босуэл подарил ему ослепительную улыбку и сказал:

— Немного терпения, мой милый граф. Вы скоро все узнаете.

Босуэл отпустил почти всех ее спутников, кроме Мэйтленда, Хантлея и Джеймса Мелвила, и они направились в замок Данбар.

* * *

В покоях, специально приготовленных для нее, Мария дожидалась Босуэла.

Ей можно было закрыть глаза и легко представить тот вечер в маленькой мастерской, с которого все и началось. Сегодня это случится еще раз. Они разыграют действо, чтобы весь мир поверил, что это впервые…

Босуэл предстанет как совратитель королевы, а она — его несчастная жертва. Потом она объявит, что должна выйти за него замуж. А что касается нерожденного младенца — так с этим можно будет разобраться попозже.

Она вспомнила, как они ехали в Данбар. Их лошади неслись рядом, и Мария взглянула на суровое лицо возлюбленного… Как ей хотелось быть покоренной! Каким же сладостным было для нее ожидание собственного совращения. А в соседней комнате Босуэл увещевал Мелвила. Рядом стоял Мэйтленд, но ему было все ясно. Мэйтленд понял, что королева и Босуэл уже давно любовники.

Мелвил обратился к Босуэлу:

— Вы понимаете, что это измена? Вы украли королеву! Зачем?

— Я хочу жениться на ней.

— Она никогда не согласится.

— Неважно. Я женюсь на ней независимо от ее желания. Кстати, может, к тому времени, когда я ее выпущу отсюда, она уже захочет выйти за меня замуж…

Мелвил пришел в ужас, осознав смысл этих слов, а Босуэл расхохотался и отправился к королеве.