Меридон, или Сны о другой жизни - Филиппа Грегори

Пери пришел домой очень поздно, даже позже нас, возвратившихся с безумно скучного бала после половины второго. Поэтому мы увиделись только на следующее утро, когда Пери постучал ко мне.

Он небрежно кивнул горничной, и она поспешно вышла из комнаты. Продолжая поправлять перед зеркалом шляпку, я подумала, что, пожалуй, в жизни не выучусь таким великосветским манерам.

— Сара, у тебя при себе много денег? — отрывисто спросил он. — Я оказался на мели, вчера я опять здорово проигрался.

Я потянулась за перчатками и стала, не торопясь, их разглаживать.

— Я действительно еще не потратила своего содержания за ближайшие месяцы, но оно мне потребуется для оплаты некоторых счетов. Мы с твоей мамой непрестанно покупаем платья с тех пор, как приехали в Лондон.

Пери кивнул, вид у него был нездоровый, руки безостановочно дрожали, а глаза, казалось, налились кровью.

— Ну, будь паинькой, одолжи их мне. Завтра я тебе все верну.

Я заколебалась.

— Не думаю, Пери, что мне стоит это делать. Если ты проиграл все свои деньги в карты, то тебе следует прекратить играть, а не брать взаймы.

— Черт возьми, Сара, ты разговариваешь как моя мать, — зло проговорил он. — Я никогда не говорил, что мне хватает моих денег. То, что ты ведешь себя с деньгами как маленькая ханжа, еще не значит, что я должен делать то же самое.

Я громко рассмеялась в ответ на эту мальчишескую выходку.

— Я вовсе не ханжа. Просто я сомневаюсь, что увижу когда-нибудь свои денежки, если они попадут в твой карман.

— Ну и что из этого? — беззаботно улыбнулся Пери. — Когда мы поженимся и у нас будет много денег, я верну тебе все.

— Легко сказать, — упрямо стояла на своем я. — Если ты будешь продолжать играть, то оставишь нас обоих без гроша. Игроку всегда мало денег.

Неожиданно Пери принял покаянный вид.

— Я знаю, — печально сказал он. — Не вини меня, Сара. Это все из-за этой жизни, которую мы вынуждены вести в Лондоне. Я все время играю и все время пью. Я уже так много должен, что боюсь даже думать об этом. Я весь в дерьме, Сара. Я так хочу, чтобы мы уехали отсюда.

— Тебе нравится играть в карты? — поинтересовалась я.

Еще раньше я встречала людей, погибших из-за игры, но там счет шел на пенни, а тут на сотни фунтов.

— Нет, — откровенно сказал он. — Выигрывать, конечно, приятно, но я ненавижу проигрыши. И я терпеть не могу, когда игра не ладится. Поверь мне хоть один раз, Сара, и я побыстрее заплачу свои долги и больше не стану играть.

— Но это волнующее ощущение, правда?

Я доискивалась до истины, поскольку помнила замечание Уилла, что Пери в душе игрок.

— Только не тогда, когда я проигрываю, — честно ответил он. — Я занимаюсь этим, чтобы убить время, не больше. И потом, ведь все играют. Ты же знаешь это, Сара.

Мне пришлось согласиться с ним. Аристократы проигрывали в карты целые состояния. Я верила, что Пери играет только потому, что это делают другие, потому что это часть лондонской светской жизни. В душе он все же не был игроком. И если я смогу увезти его из Лондона, я спасу его от карт и пьянства.

Кроме того, я ведь обещала не оставлять его. Он просил меня об этом. Мы были помолвлены. Я не хотела омрачать нашу жизнь из-за пригоршни гиней.

— Вот, возьми.

С этими словами я открыла правый ящик моего туалетного столика. Свои деньги я хранила в кошельке, запертом в шкатулке для драгоценностей. Сейчас в нем лежало пятьдесят золотых соверенов, мистер Фортескью был щедр ко мне.

— Ты можешь взять сорок из них, — сказала я. — Остальные я должна заплатить портнихам, иначе стану должником не хуже тебя.

Пери схватил мою руку и попытался поцеловать ее, но когда я ее отняла, не возобновил своей попытки.

— Спасибо тебе, дорогая, — сердечно поблагодарил он. — Этим я смогу расплатиться с самыми неотложными долгами. В следующем месяце я получу свои деньги, да и фортуна должна мне улыбнуться. Я чувствую это. Кроме того, мы ведь скоро поженимся, и я получу все свои деньги, а не это жалкое содержание.

— А почему ты не попросишь леди Кларенс давать тебе больше денег?

Пери уже шел к двери, но остановился и послал мне оттуда одну из своих очаровательных полуулыбок.

— А ей нравится, когда я в долгах. Тогда она может заставить меня делать то, что она захочет.