Раз и навсегда - Джудит Макнот

На следующее утро Виктория отправилась в Лондон на рассвете,а когда вернулась, были уже сумерки. В руках она бережно держала предмет,который увидела в одном магазине несколько месяцев назад, впервые попав встолицу.

Он напоминал ей о Джейсоне, но казался ужасно дорогим, икроме того, покупать для него подарок в тот период было бы неудобно. Всепоследние недели ее мысли то и дело возвращались к этому предмету и изводилиее, пока она не решила, что больше ждать нельзя, поскольку его могут продатькому-нибудь еще.

Она еще не знала, когда представится подходящий момент длявручения подарка; но, конечно, не теперь, когда отношения между ними такобострились. Однако долго ждать она не намеревалась. Вспомнив о стоимостипокупки, она вздрогнула. Джейсон дал ей невероятно большую сумму на карманныерасходы, до которой она до сих пор практически не дотрагивалась. Но подарокстоил этих денег, да, по существу, стоил даже гораздо дороже, и хозяин лавчонкибыл безмерно счастлив записать разницу в цене на счет, который с радостьюоткрыл на имя маркизы Уэйкфилд.

– Его милость в кабинете, – сообщил ей Нортроп, открываяпарадную дверь.

– Он хотел видеть меня? – спросила Виктория, несколькоозадаченная тем, что Нортроп ни с того ни с сего вдруг сразу же сообщил ей оего местонахождении.

– Не знаю, миледи, – поеживаясь, ответил старый дворецкий. –Просто он.., м-м.., интересовался, не появились ли вы еще.

Виктория всмотрелась в смущенное лицо Нортропа и вспомнила,как Джейсон обеспокоился, когда она как сквозь землю провалилась, а на делепровела день у капитана Фаррела. Поскольку ее поездка в Лондон заняла вдвоебольше времени, чем ей потребовалось бы, знай она точно, где расположенмагазин, девушка решила, что, видимо, Джейсон опять распекал бедногодворецкого.

– Сколько раз он справлялся обо мне?

– Три, миледи. Только за последний час.

– Понятно, – улыбнулась она, отчего-то умилившись тому, чтоДжейсон еще помнит о ее существовании.

Освободившись с помощью Нортропа от накидки, она пошла ккабинету. Не имея возможности постучать в дверь, поскольку ее руки были занятыподарком, она нажала на ручку и осторожно открыла дверь плечом.

Оказалось, что Джейсон не сидит за столом, как онапредполагала, а стоит у окна, опираясь на раму, и уныло взирает на зеленуюлужайку. При скрипе двери он оглянулся и тут же выпрямился.

– Вернулась, – сказал он, сунув руки в карманы.

– А разве ты сомневался? – вопросительно взглянула она нанего.

Джейсон устало пожал плечами:

– Честно говоря, я даже не представляю, что тебе можетвзбрести в голову в любую минуту.

Памятуя о своих выходках в последнее время, Виктория моглапонять, почему он считает ее самой импульсивной и непредсказуемой женщиной вмире. Взять хотя бы вчерашний день: то она флиртовала с ним и нежничала, товдруг с безумной яростью выбежала из гостиной, оставив его одного. А в этуминуту она ощутила неистовое желание обнять его и попросить прощения. Но вместоэтого, опасаясь, что он так же резко отвергнет ее ласку, как и в прошлый раз,она подавила свой порыв и решила, что нет смысла откладывать, а лучше вручитьподарок именно теперь.

– Мне нужно было купить кое-что в Лондоне, – сияя, сказалаона. – Я давно присматривалась к этой вещице, но мне не хватало денег.

– Могла бы попросить у меня, – заметил Джейсон, уженаправляясь к столу и явно намереваясь снова зарыться в свои бумаги.

Виктория покачала головой.

– Мне не очень удобно было просить у тебя денег на подарокдля тебя же. Вот, – протянула она руки, – это тебе.

Джейсон застыл на месте и уставился на продолговатыйпредмет, завернутый в серебряную бумагу.

– Что? – недоуменно переспросил он, как будто не понялсказанного.