Оливье, или Сокровища тамплиеров - Жюльетта Бенцони

— Что же вы предлагаете? — проворчал Ковен.

— Подождать еще немного. По крайней мере эту ночь, а завтра снова попытаться что-нибудь узнать. Мы сегодня насквозь прочесали порт, но безрезультатно. Завтра попробуем тщательно осмотреть город, чтобы узнать, не видел ли его кто-нибудь?

— Разумное предложение, — одобрил Реми. — Может быть, мы слишком быстро впали в панику, а он вдруг явится?

— Почему бы и нет, в конце концов? — подавил зевок Ковен. — Во всяком случае, ворота закрыты, так воспользуемся этим и попробуем выспаться. Утро вечера мудренее... будем надеяться.

На этом и порешили. Ковен, который ночевал у одного из каменщиков, повернул к дому, а Реми предложил Оливье, который собирался ночевать на постоялом дворе, остаться у себя.

Но утром Матье не вернулся. Зато только лишь прозвонил главный колокол, как на стройку явился мальчик-служка из церкви Сент-Этьен-д'Эссон и спросил мэтра Бернара. Ему указали на сарай, где находились Реми и Оливье. Он доложил, что кюре и бальи дали мэтру разрешение взять несколько камней из бывшего, почти разрушенного командорства тамплиеров в Сен-Жан-ан-Лиле.

— В этом месте было командорство? — не удержался от вопроса Оливье.

— О, небольшое, но с красивыми зданиями. Обчистив его сверху донизу, люди короля подожгли строение, а потом деревенские поживились, чем могли, пока бальи не запретил им прикасаться к руинам. А когда пришел мэтр Бернар...

— Когда это случилось? — спросил Реми.

— Два или три дня назад, думаю... Подождите, сейчас вспомню точно. Да, два дня назад, утром. Он разговаривал в церкви с нашим кюре, когда я вошел, все еще не придя в себя от того, что увидел, как по большой дороге проехал эскорт нашего короля.

— Кого? — выкрикнули, не сговариваясь, в два голоса Оливье и Реми.

Мальчишка-певчий подпрыгнул от неожиданности и взглянул на них с беспокойством:

— Ну... эскорт короля. Не очень большой, но все-таки. Всадники, богато одетые, со знаменами, украшенными королевскими лилиями, а среди них — наш сир. Такой благородный, такой высокий! Его было легко узнать.

— Вы его раньше видели? — спросил Оливье.

— Нет, но с такой свитой! И люди так радовались и кричали ему вслед: «Да здравствует король!» Ну, так как насчет камней?

— Мы пошлем за ними. Спасибо, что сообщили, — сказал Реми.

— Не за что! — ответил служка с сияющей улыбкой. — Можно мне немножко посмотреть, как работают ваши люди? У них все так красиво получается!

— Смотрите, сколько хотите!

Когда он исчез за углом церкви, Оливье и Реми замолчали, но только на секунду, и потом Реми вздохнул:

— Ни к чему продолжать поиски! Мой отец в Фонтенбло.

— Не может быть! — рассвирепел Оливье. — Как Филипп мог проехать по этой дороге, тогда как все знают, что он находится на берегах Уазы?

— Он ведь король, — пожал плечами Реми. — Почему бы ему не передумать и не отправиться в свой любимый замок без предупреждения? Крепкие ноги его коней одолеют любую дорогу. Может статься, ему что-нибудь пришлось не по вкусу, и он изменил свои планы? Поди узнай!

— Как бы там ни было, это просто катастрофа. Теперь нам остается только поспешить в Фонтенбло в надежде, что еще не слишком поздно!

— Нет, еще не поздно! Если бы он уже нанес удар, то об этом сразу же стало бы известно: такие новости ветром разносятся, и все колокола уже звонили бы отходную.

— Они могут зазвонить в любую минуту! Я сейчас же отправляюсь в путь!

— Дайте мне только предупредить Ковена, и я отправлюсь с вами. Вдвоем нам будет легче его найти.

Реми направился к строительным лесам, а Оливье вернулся в дом. И тут тайна, которая минуту назад как будто прояснилась, снова покрылась мраком, когда перед ним возник Пьер де Монту, еще более пыльный, чем обычно.

— Наконец-то я нашел вас, — проворчал он. — Вы можете гордиться, что заставили меня бежать. Почему вы не дождались меня?

— Я подумал, что, может быть, дела задержат вас дольше, чем вы того хотели, а мне нужно было вернуться сюда, чтобы успокоить Реми и тех, кого беспокоят намерения Матье... К сожалению, вы ошиблись...

— В чем?

— А в том, что король, несмотря на ваши утверждения, приехал в Фонтенбло.

— Это невозможно! Король во дворце Сите, куда его привезли на барже из Пон-Сен-Максанса. Я видел, как его переносили на носилках в дом.

— Вы что-то перепутали! Молодой служка, который сейчас наблюдает за работой наших каменщиков, видел его два дня назад: он пересекал Эсону верхом, в сопровождении свиты.

— А как он его узнал? Он видел его раньше?

— Не знаю, но все было как положено: величественный вид, красивая свита, флаги с цветами лилии...

— Не только Филипп имеет право на цветы лилии, и ваш будущий кюре, кажется, простофиля. Говорю вам, что раз короля доставили в Париж по воде, так это потому, что он болен.

— Он? Болен? Вот еще! Да он же железный!

— Но и железо может проржаветь насквозь. Я, к вашему сведению, постарался собрать побольше информации, и вот что выяснилось: охотясь, он, как обычно, углубился в лес один со своими собаками, как вдруг егеря услышали вой. Они бросились в ту сторону и нашли короля лежащим на"'земле около своего коня. Утро было холодным, землю покрывал иней, и деревья уже облетели. Так вот, когда егеря нашли Филиппа, они увидели оленя, убегавшего в лес, и один отросток его рогов имел форму креста, на котором играло солнце. Они были так испуганы, что никто и не подумал о том, чтобы преследовать зверя. Кроме того, нашлись дела и поважнее. Больного перенесли в замок, и ночью он пришел в сознание, но был так слаб, что его отнесли в лодку, спустились вниз по Уазе, поднялись по Сене до самого Сите... Что вы думаете об этой истории, мессир Куртене? Странно, не так ли?

Побледневший Оливье ответил не сразу. Он, казалось, с трудом перевел дыхание. Потом испуганно перекрестился:

— Да исполнится предсказание Великого магистра о смерти короля... и да свершится воля Господня без участия мэтра Матье. Правда, этот сумасшедший отправился недавно в Фонтенбло, чтобы преследовать... теперь уж не знаю кого!

— Думаю, что это монсеньор д'Эвре. У него поместье недалеко от замка. Если Матье де Монтрей бросился в погоню, думая, что преследует короля, он очень быстро обнаружит свою ошибку и вернется обратно.

— Вы так считаете?

— Он очень хорошо знает того, на кого охотится, впрочем, как и Людовика д'Эвре и Карла де Валуа. Он не может ошибиться.

— Но он сам не свой из-за своей идеи отмщения, она просто пожирает его. Но совершить ошибку, перепутав одного с другим, — в этом нет ничего невозможного.

— Если я правильно понял, то он бродит где-то в окрестностях замка Фонтенбло. Так как там нет никого, кроме охранников, он быстро поймет, что ошибся.