Любовь творит чудеса - Кэйтлин Битнер Рот

Жозетта кивнула.

– Да, верю.

– Но ведь Одали отравила ее за то, что она родила моего ребенка.

– Соланж решительно вознамерилась родить от богатого мужчины. Она была убеждена, что это единственный способ избежать убогой жизни на болотах. Не обмани она тебя, в ее сети попался бы кто-то другой. Так что не вини себя в ее смерти. Одали сошла с ума. Она не только убила собственную дочь, но и подсыпала яда моей матери. Судя по всему, таким образом она отделывается от тех, кто ей чем-то досадил. И теперь я начинаю подозревать, что скоропостижная смерть моей бабушки тоже не была случайной.

– Господи Иисусе! Просто удивительно, что она пощадила тебя.

– Веннар пригрозил ей расправиться с сыновьями, если она причинит мне вред.

Кэмерон промолчал, и тогда Жозетта обняла его за талию и принялась поглаживать тугие мышцы его широкой спины. Да поможет ей Господь. Зато она сказала правду.

Они стояли так долго, сжимая друг друга в объятиях. Наконец, Кэмерон глубоко вздохнул и отпустил Жозетту. Она почувствовала, как он расслабился, как если бы примирился с тем, что она рассказала.

Сделав шаг назад, Кэмерон потянул за пояс ее халат. Стащив с себя рубашку и отшвырнув ее в сторону, он вновь заключил Жозетту в объятия.

– Я знаю в Париже одно кафе, где подают восхитительные десерты. – Несмотря на улыбку, голос Кэмерона звучал хрипло, поднимаясь откуда-то из глубин его груди. Он откашлялся и продолжил: – К большой досаде владельца я иногда кормлю крошками голубей. Не хочешь присоединиться ко мне?

О господи, да она поедет куда угодно, лишь бы с ним!

– Я много раз думала о том, как поеду в Венецию.

При виде плоского живота и мускулистой груди Кэмерона Жозетту охватило странное эгоистичное чувство.

«Он мой».

«Все это мое».

Пальцы мужчины начали описывать чувственные круги по ее груди.

– В Венецию лучше всего ехать в октябре, когда не так жарко. На площади Сан-Марко есть небольшой ресторанчик, основанный в 1600 году. Веришь или нет, но они до сих пор готовят там блюда по старинным рецептам. Их равиоли с шафраном стоят того, чтобы отправиться на другой конец света.

– У меня и без того путались мысли, а теперь от твоих предложений моя голова и вовсе пошла кругом.

Кэмерон погладил щеку Жозетты костяшками пальцев.

– Мы можем путешествовать по свету, дорогая. И у нас огромный выбор мест, где мы могли бы поселиться. О существовании некоторых ты даже не подозреваешь, но иногда случается так, что оказываешься где-то и сразу чувствуешь себя как дома.

Кэмерон провел языком по изгибу шеи Жозетты.

– Ты очень красивая женщина, и моя душа начинает болеть, когда ты не со мной. Так что ты могла бы выйти за меня замуж и положить конец этим мукам.

Пальцы Кэмерона скользнули по губам Жозетты, и его ноздри еле заметно задрожали.

– Я хочу тебя, – хрипло произнес он. – Но не только твое тело, а всю тебя без остатка. Я хочу, чтобы по жизни ты всегда шла со мной рядом. Ты очень нужна мне, Жозетта. Скажи «да».

Все это по-настоящему. Он настоящий. Этот чудесный красивый мужчина, преследовавший ее в снах и оставивший в ее сердце пустоту после своего отъезда в Англию, вернулся. И вот теперь он хочет, чтобы она была рядом. Всегда. При виде его горящих любовью глаз слова застряли у Жозетты в горле.

Она молчала, и губы Кэмерона сжались. Внезапно его охватили робость и неуверенность.

– Ради всего святого, скажи хоть что-нибудь.

Судорожно сглотнув, Жозетта открыла рот, чтобы заговорить, но слова не шли. Она набрала полную грудь воздуха, готовая выкрикнуть ответ, если понадобится. Однако внезапно напряжение отпустило, и Жозетта тихо выдохнула:

– Да.

По лицу Кэмерона разлилось довольство, как если бы луна вдруг превратилась в солнце и ярко осветила его черты. Он крепко прижал Жозетту к себе и положил подбородок на ее голову.

– Слава богу.

Он некоторое время молчал, просто сжимая любимую в объятиях, а потом произнес:

– Свадьбу мы устроим на борту корабля. Поэтому, вместо того чтобы уехать завтра, я даю тебе неделю.

Отстранившись, Жозетта заглянула Кэмерону в глаза.

– На борту корабля? Ты хочешь жениться на мне на борту «Колетт»? Ведь на ней отправятся в плавание Бастьен и Рене.

Кэмерон кивнул.

– Я не рассказывал тебе, что мои родители тоже поженились на корабле? Это традиция семьи Андруз. Правда, сомневаюсь, что у нас принято возить с собой всю семью невесты. Но путешествие продлится немногим больше недели, так что я надеюсь поладить с твоими братьями до того, как мы высадимся на Бермудах.

Жозетта засмеялась и закричала одновременно. Он любил ее. Беспокоился о ней. Он спрятал все ее сомнения и опасения в мешок, перевязал лентой обещаний и вручил ей. А через неделю он заберет ее с собой в кругосветное путешествие.

Наверное, она самая счастливая женщина на свете.

Кэмерон сунул руку в карман и бросил что-то на стеклянную полку этажерки.

– Что это?

В глазах Кэмерона заплясали озорные искорки.

– Французское письмо. Можешь добавить его к той коллекции, что дал тебе Бастьен. Я купил его некоторое время назад, но теперь понимаю, что нам это не нужно.

– В самом деле? – Жозетта провела рукой по брюкам Кэмерона, остановилась на твердой выпуклости и сжала ее пальцами.

Кэмерон со свистом втянул в себя воздух, подхватил любимую на руки и направился к постели.

– Да, ведь теперь ты моя жена.

Он уложил Жозетту на матрас, уперся в него обеими руками и наклонился над ней. Его сладкое, теплое дыхание с привкусом рома обвевало ее губы.

– Я люблю тебя, Жозетта.

Когда слова, которых она даже не надеялась услышать, сорвались с губ Кэмерона, Жозетта застыла. Ее охватило такое сладостное умиротворение, словно с небес вдруг полилась святая вода, смывшая с нее наполненное невзгодами прошлое. Жозетта обвила руками шею любимого, смакуя драгоценные мгновения изысканной близости.

– Я тоже люблю тебя, Кэмерон.

Прижавшись своим лбом ко лбу Жозетты, Кэмерон взял ее лицо в свои сильные нежные руки.

– Ты хотя бы представляешь, насколько чудесно произносить и слышать эти слова?

Но Жозетте все равно их не хватило бы, чтобы высказать, как сильно она любила этого мужчину. Поэтому она просто ответила:

– Думаю, да.