Виктория - королева Английская - Виктория Холт

– Почему вы сидите здесь? – хотела знать Виктория. – Раньше я оставалась совсем одна в своей комнате.

– Разве тебе не хочется иметь компаньонку? Обычно Виктория выражалась очень точно.

– Я не думала о том, хочу я иметь компаньонку или нет, я спрашиваю, почему решили, что я в ней нуждаюсь.

– Ее Высочество герцогиня попросила меня принести сюда свое шитье и посидеть, пока она не придет спать.

– Ясно, – сказала Виктория, – это, должно быть, потому, что она не хочет оставлять меня одну.

– Герцогиня постоянно думает о том, что для вас лучше всего.

– Я знаю, – сказала Виктория.

– И, зная, что это так, разумно принимать все, не задавая вопросов.

Как можно что-то принимать, не задавая вопросов? – гадала Виктория. Ведь если поступать таким образом, то как можно рассчитывать, что обнаружишь причины каких-то событий?

И все-таки в Клэрмонте очень приятно – в Клэрмонте Шарлотты, где она могла бы иметь ребенка, и если бы этот ребенок остался жив – а Луиза Льюис проговорилась, что был мальчик, – Виктория не имела бы такого большого значения, как сейчас, а возможно, что ее не было бы вообще. Какая же Луиза сплетница! Она любила рассказывать истории о жизни семьи, поэтому Виктория знала, как срочно потребовалось жениться ее дядям, включая ее собственного отца, когда умерла Шарлотта.

Мир без Виктории? Невероятно! – думала она. Поэтому бедной Шарлотте пришлось умереть.

Трудно себе представить смерть в Клэрмонте, но смерть возможна везде, даже в Кенсингтонском дворце. Смерть! Тайна! Происходило что-то странное, и все это связано с ней. Это касается ее.

Она вдруг насторожилась. Она видела фигуру, двигавшуюся среди деревьев. Кто это? Не мама, потому что мама сидела на лужайке, она точно знала, где находится мама. Кто-то следил за ней.

Ее сердце забилось быстрее. Кто следит за ней? И почему? И вся эта таинственность немного пугала. Заставляла думать, не готовится ли нечто ужасное.

Она могла бы быстро вернуться на лужайку к маме – или же подъехать ближе к деревьям и посмотреть. Секунду девочка колебалась. Она верхом на лошади и всегда может ускакать или позвать на помощь.

Виктория подскакала галопом к деревьям.

– Кто там? – крикнула она.

– Это я, племянница доктора Стокмара.

Виктория знала доктора Стокмара, врача дяди Леопольда. И дядя Леопольд очень его любил и часами беседовал с ним о ревматизме.

– Вы живете в Клэрмонте?

– Да, Ваше Высочество.

– Он очень красив, не правда ли?

– Очень красив.

– Я вас раньше не видела.

– Нет, Ваше Высочество.

– Полагаю, вы знаете моего дядю Леопольда.

– Конечно, Ваша Светлость.

– Вы знаете, кто я?

– Конечно. Все знают принцессу Викторию.

– Мне приятно слышать эти слова, – сказала Виктория. – Как вас зовут?

– Каролина Бауэр, Ваше Высочество. Виктория нахмурилась.

– Я никогда о вас не слышала, хотя я хорошо знаю вашего дядю.

– В общем-то, нет никаких причин, чтобы Ваше Высочество слышали обо мне, – прозвучало в ответ.

И в этот момент появилась герцогиня Кентская. Услышав голоса и узнав один как голос дочери, она поспешила прийти и посмотреть, с кем разговаривает Виктория.

Она была поражена. Бросив на девушку уничтожающий взгляд, герцогиня сказала:

– Виктория, немедленно скачи в конюшню. Я хочу видеть тебя в своей комнате через пятнадцать минут.

Виктория, собиравшаяся представить Каролину Бауэр герцогине, заколебалась, думая, что мать не могла знать о присутствии молодой женщины.

Но герцогиня холодно сказала:

– Пожалуйста, скачи сейчас же. – И, уезжая, Виктория заметила, что мать повернулась и пошла назад на лужайку, как будто девушки не было вовсе, и Виктория ее выдумала.

Жизнь действительно становилась очень странной.

* * *

Герцогиня смотрела укоризненно на брата.

– В самом деле, Леопольд, – сказала она, – это очень тревожит. В парке Виктория лицом к лицу столкнулась с Каролиной Бауэр.

– Я уверен, что Виктории она понравилась.

– Мы не все потеряли голову, как ты. А надо действительно потерять голову, чтобы держать свою любовницу здесь… где Виктория может встретиться с ней.

– Моя дорогая сестра, – сказал Леопольд, – я сомневаюсь, чтобы Виктория что-нибудь дурно истолковала, если бы ты так резко не ушла и не оставила там Каролину.

– Так, значит, тебе рассказывают сказки о том, что произошло.

– Вряд ли это можно назвать сказками.

– Но, Леопольд, разве так делают? Подумай о Виктории.

– Однажды Виктория узнает кое-что об этом мире.

– Надеюсь, что не такие безнравственные подробности.

– Ну что ж, если твоя дочь собирается узнать историю мира, она обнаружит много такого, что ты предпочитаешь называть безнравственным. И ей даже не придется идти дальше своей собственной семьи.

Герцогиня поежилась.

– Леопольд, иногда я думаю, что с тобой случилось? Ты был совсем другим! Здесь… в доме, где ты жил с Шарлоттой.

– Шарлотта поняла бы меня, – сказал он. – Прошло двенадцать лет со дня ее смерти. Она не корила бы меня за дружбу… как это, кажется, делаешь ты.

– Я думаю о Виктории.

– Чем занимаемся мы все – думаем о Виктории. Должен сказать, что она исключительно умный ребенок.

Он насмешливо посмотрел на сестру; ему удалось сменить тему разговора. Успехи Виктории были безотказной приманкой.

– Из нее выйдет великая королева, – добавил он.

– Я молюсь за то, чтобы ничто не помешало ее восшествию на трон.

– А что может помешать?

– Я боюсь. Все эти слухи. Чувствую опасность… и не уверена, откуда она может исходить. Я не хочу, чтобы ребенок оставался один.

– У тебя слишком богатое воображение.

– Это большая ответственность.

– Конечно, большая, но у тебя есть я, который поможет тебе.

– Если ты сможешь урвать время… от своей любовницы!

– О, пожалуйста, не надоедай мне. Каролина не имеет ничего общего с этим. Ты спрашиваешь, почему я держу ее здесь, в Клэрмонте. А ты не спрашиваешь себя, почему я должен находиться в Клэрмонте? Я мог бы жить в Греции. Ты знаешь, что греки предлагали мне корону? Ты знаешь, что я отказался и знаешь почему?