Унция надежды - Софи Джексон

На следующий день Макс стоял возле входа в ресторан. Сердце колотилось так, что было готово проломить ребра и вырваться наружу. Но стоило сделать шаг в направлении двери, как оно сбивалось с ритма и останавливалось, словно зажатое тисками. Макс едва не валился с ног от усталости. Ночью он не сомкнул глаз ни на минуту, сражаясь с тревогами и без конца представляя, какие слова скажет ему Лиззи и что он ей ответит.

Сделав над собой усилие, Макс толкнул дверь и вошел. В нос ударил аромат кофе и блинчиков, не столько раздразнив аппетит, сколько вызвав бурление в желудке. Струйки пота катились по затылку, переползая на шею. Макс оглядел зал. Она еще не пришла. Радуясь, что у него есть время собраться, Макс прошел в пустой закуток и сел, положив руки на стол. К нему сразу же подошла улыбающаяся официантка. На ее бейдже значилось: «Грейс». Макс даже зажмурился. Ну почему к столику подошла официантка с этим именем?

– Наваждение, блин! – пробормотал Макс.

Он с трудом сглотнул и заказал кофе. Хорошо бы, если бы Бог мог сотворить маленькое чудо и добавить в кофе коньяка. Это позволило бы Максу успокоить нервы и прогнать воспоминание о Грейс. Сегодня утром, едва поднявшись, он увидел перед собой ее сосредоточенное лицо. У нее всегда было такое лицо, когда она щелкала свои чертовы снимки.

Макс ерзал на стуле, ощущая необходимость поддержки. Картер брался проводить его, дождаться появления Лиззи и сразу уйти. Может, он напрасно отказался от помощи друга? Одно это ожидание способно свести его в могилу. Макс сидел как на иголках. Официантка Грейс принесла заказанный кофе, и в ту же минуту звякнул колокольчик у входа.

Макс безошибочно знал: это Лиззи. Кожа на его теле вдруг превратилась в панцирь. Максу стало тяжело дышать.

Он медленно повернул голову и поймал ее взгляд.

Выругался сквозь зубы.

Она была такой, какой он ее помнил. И все же что-то в ней изменилось.

К столику она шла с заметной робостью. Светлые волосы уже не закрывали плечи, а были довольно коротко и замысловато подстрижены, оканчиваясь на уровне подбородка. Лицо Лиззи осталось таким же худощавым, но теперь там добавилось морщин. Синие глаза, которые он обожал, были уже не столь лучистыми. В них прибавилось спокойствия и зрелости. А главное – исчезло выражение смертельной усталости и отрешенности, сохранявшееся все последние месяцы их совместной жизни. Макс почувствовал несказанное облегчение.

Идя к столику, Лиззи смотрела только на Макса. Она смотрела и теперь, остановившись с другой стороны. Максу даже не хватило сил встать, чего требовали правила приличия. Откинувшись на спинку стула, он смотрел на Лиззи, не зная, как себя вести и что говорить.

– Ну здравствуй, – тихо сказала она, убирая прядку за ухо.

«Хорошенькое начало», – подумал Макс.

– Здравствуй, – хрипло произнес он.

Ее губы сложились в робкую улыбку.

– Можно мне присесть?

– Конечно.

Лиззи поставила свою красную сумку на другой свободный стул и села сама. Макс неторопливо рассматривал ее, пытаясь увидеть женщину, которую столько лет боготворил. Он не знал, удалось ли ему это. Лиззи и сейчас оставалась на редкость привлекательной. Ее белая майка не скрывала безупречную кожу и тонкие ключицы. Выбеленные джинсы с потертостями на коленях подчеркивали миниатюрность ее фигуры.

Макс испытывал парадоксальное ощущение. Его лицом к лицу столкнули с частью его прошлого. С той частью, что когда-то занимала все его мысли и чувства, которую он холил, лелеял, любил и желал. И вместе с тем Лиззи, сидевшая напротив него, почему-то казалась незнакомой. Более того, казалось, она ему мерещится. Их встреча, едва успев начаться, уже давила на Макса, словно свинцовая гиря.

Появление официантки по имени Грейс помешало им продолжить разговор.

– Принесите мне еще чашку кофе, – попросил Макс.

– И мне тоже, – сказала Лиззи.

Вокруг них ходили, вставали, садились, разговаривали. Макс и Лиззи смотрели друг на друга без симпатии, но и без неприязни. Лиззи вертела кольцо на указательном пальце. Ее безымянный палец был пуст. Макс на мгновение задумался о судьбе кольца, которое подарил ей по случаю помолвки.

Им принесли кофе.

– Спасибо, что согласился встретиться со мной, – тихо произнесла Лиззи, глядя в чашку. – Я сомневалась, что ты придешь.

– Я и сам сомневался, – признался Макс хрипловатым от напряжения голосом.

– Если бы не пришел, я бы не стала тебя упрекать, – сказала она, добавляя в чашку молоко.

Лиззи тоже нервничала. Ее взгляд блуждал, останавливаясь то на лице Макса, то утыкаясь ему в грудь.

– А ты хорошо выглядишь. Изменился, но в лучшую сторону.

Макс оглядел себя, прикидывая, какие изменения она могла заметить.

– Да и ты неплохо выглядишь, – признался он, ненавидя свой голос за предательское дрожание.