Сердце язычницы - Патриция Мэтьюз

Встревожившись, девушка поднялась на ноги. Возможно, капитан корабля незнаком с этой частью океана и не знает, какой опасности подвергается?

Судно и в самом деле шло прямо к рифу. Внезапно, будто осознав свою ошибку, капитан сделал крутой поворот. Лилиа ожидала, что вскоре увидит удаляющуюся корму, но судно убрало паруса и теперь дрейфовало бортом к берегу.

И тут Лилиа замерла от изумления. С корабля спускали шлюпку! Что это, новая партия прокаженных?

Однако в шлюпку спустился только один человек. Из-под козырька ладони девушка наблюдала за тем, как он направил ее прямо на риф, явно намереваясь преодолеть его. Безумец! Его шансы достичь берега равны нулю!

У самого рифа гребцу удалось приостановить бег суденышка и дождаться высокой волны, которая перебросила его через безжалостные коралловые челюсти. К несчастью, за первой волной нахлынула столь же большая, и лодка, соскользнувшая было во впадину между ними, оказалась в ее власти. На гребне этой громадины утлое суденышко летело вперед, на прибрежные утесы, с пугающей скоростью. Еще через несколько мгновений волна накрыла его и подмяла под себя. Лилиа закричала от ужаса, когда гребец исчез во взбаламученных, беснующихся водах.

Она бросилась к самому краю скалы, не думая о том, что ее смоет в море. Сама того не сознавая, девушка приняла позу ныряльщика перед прыжком.

– Нет, Лилиа! Не делайте этого! – раздалось сзади, и ее крепко схватили за руку. – Вы ничем не поможете несчастному, а сами погибнете. Боже мой, что за болван решился добираться сюда в шлюпке?

Девушка не ответила, лихорадочно обшаривая взглядом бурное море у самого берега. Прошла минута, но неизвестный смельчак так и не появился на поверхности. Очевидно, он нашел свою гибель. Лилиа понурила голову.

– Как ни печально, но Нептун залучил к себе еще одного гостя, – заметил Калеб, выпуская ее руку. – Все это, однако, очень странно, вы не находите? В этих местах для прокаженных закон один: за борт – и спасайся кто может. Уж не врач ли это был наконец-то?.. В таком случае его примеру не скоро последуют.

Лилиа вдруг заметила в воде у самого берега темную тень.

– Калеб, взгляните-ка...

– Точно, это он, наш утопленник! Давайте немного ему поможем. Внимание... вот и волна!

Оба разом бросились ничком на камень, протянув руки так далеко, как только могли. Очередная волна подхватила и высоко подбросила тело. Калеб вцепился в волосы, а Лилиа – в брюки, и вдвоем они вытащили незнакомца на берег.

Девушка так и не разглядела, кого они спасают. Незнакомец сначала плавал лицом вниз, потом его заслонил Калеб, опустившийся на корточки, чтобы пощупать пульс. Она поняла только, что это белый. Вода сорвала с него рубашку и обувь, оставив в одних брюках. Девушка заглянула через плечо Калеба, и взгляд ее упал на бледное до синевы лицо. Она затрепетала.

Калеб между тем почти оседлал распростертое тело и энергично нажимал на грудную клетку, помогая спасенному освободиться от воды. Скоро тот зашевелился и закашлялся.

– Вот и молодец, вот и умница, – приговаривал Калеб. – Давай-ка теперь сядем...

– Дэвид! – вырвалось у Лилиа, когда спасенный уселся.

– Как, вы знаете его? – изумился Калеб.

Девушка, потрясенная до глубины души, не ответила ему.

– Дэвид! – прошептала она, опускаясь рядом на колени.

– Лилиа... – На девушку устремился затуманенный взгляд. – Боже мой, после всего, что было, я наконец... наконец нашел тебя...

Сильнейшая судорога вдруг прошла по его телу, и глаза закрылись. Калеб подхватил Дэвида, не позволив откинуться на землю.

– Надо забрать его отсюда, – встревожено заметил он. – Для начала согреть, а потом уж посмотрим, что еще можно сделать.

Он осторожно похлопал Дэвида по щекам, и тот открыл глаза. Вскоре все трое двинулись к противоположной стороне мыса. Калеб поддерживал Дэвида под руку, а ошеломленная Лилиа шла позади. Она едва верила в то, что снова видит Дэвида, и не знала, что при этом чувствует. Удивление сменилось радостью, и сердце девушки неистово забилось. Потом радость уступила место надежде, но надежда так и не расправила крылья. Лилиа печально напомнила себе, что радоваться нечему. Во-первых, встреча произошла не при таких романтических обстоятельствах, чтобы земля ушла из-под ног от счастья. Она теперь отщепенка, пожизненно заключенная. Во-вторых, с тех пор как они не виделись, случилось много такого, что изменило не только жизнь Лилиа, но и ее самое.

А Дэвид! Зачем он последовал за ней в преисподнюю, где услышит, что к прошлому нет возврата?

Лилиа подумала, что, не зная местного наречия, он прельстился названием Калаупапа, не подозревая, какие тайны кроются за ним. В таком случае ему еще предстоит узнать о своей страшной ошибке. Лилиа совсем не хотелось объяснять ему все это. У нее даже мелькнула мысль скрыться, затеряться на острове. Но можно ли скрыться на небольшой территории от человека, пересекшего океан?

Не находя в себе сил для выяснения отношений, девушка не пошла за Калебом в дом, а уселась чуть поодаль под деревом и оставалась там, пока он сам не вышел к ней.

– Он выживет, я полагаю. Вот это везение так везение! Если бы судьба была так милостива к каждому... – Калеб помолчал, испытующе глядя на Лилиа, потом осторожно добавил: – Насколько я понимаю, он пошел на это ради встречи с вами. Должно быть, вы по-настоящему дороги ему.

Девушка не успела ответить, как из дома донесся слабый голос Дэвида, окликавший ее. Она вошла в дом.

Дэвид лежал на матрасе Калеба и выглядел лучше, но все еще был очень слаб.

– Наконец-то я снова с тобой! – Он сел и взял руку Лилиа. – Когда-нибудь я расскажу, сколько всего со мной случилось по дороге сюда...

– Дэвид! – Девушка отняла руку. – Ты не понимаешь, где оказался!

– Нет, почему же. Это колония прокаженных, так ведь?

– А ты знаешь, что назад дороги нет?

– Знаю, конечно. Что ж, зато здесь мы снова будем вместе.

– Боже мой, как это глупо, как нелепо! – прошептала Лилиа, борясь со слезами. – Ты глуп, Дэвид Тревелайн!

– Разве? По-твоему, если не мыслишь себе жизни без другого человека, это глупость? Правда, я не сразу понял это, но главное, что все-таки понял. Я люблю тебя всем сердцем и прошу прощения, что причинил тебе боль.

– Прощения? Разве все так просто? Думаешь, от слов «я прощаю тебя» все сразу изменится? Думаешь, они сотрут целую страницу жизни?

Наступило молчание. Дэвид пристально разглядывал Лилиа и наконец заметил:

– Ты ведь не больна?

– Это проявляется не сразу.

– Тот, кто привел меня сюда, похоже, живет здесь довольно долго. И тоже не болен...

– И это все, что тебя интересует?

Лилиа, напряженная до предела, внезапно выбежала из дома, заливаясь слезами.