Счастье для двоих. Большая книга романов о любви для девочек - Вадим Селин

Теперь свой кошелек открыла мама и извлекла из него купюру крупного достоинства.

– Столько хватит за почти мертвого лемура? – с вызовом спросила она.

Паша недовольно скривился и, чуть подумав, нехотя взял деньги.

– Э… Ну… Хватит. А вам что, деньги некуда девать? Он же уже почти… того…

С этими словами он сунул деньги в кошелек и, лопая пузыри жвачки, вышел из кабинета.

Я бросилась к лемуру и взяла его. Он был теплым, мягким и еле-еле дышал.

Душу переполнила жалость к несчастному замученному животному, которое приносило деньги живодеру, а когда заболело, то перестало быть нужным, как изношенные тапки.

– Ваня, ты можешь что-то сделать? – со слезами в голосе обратилась я к ветеринару.

– Вот же подлец, – глядя на дверь, за которую вышел Паша, сказала мама.

– Они иногда приносят нам экзотических животных, это уже не первый случай, – вздохнул Иван. – Они их замучивают, а потом выбрасывают и покупают новых. Они зарабатывают на этих малютках огромные деньги. Лемуры страдают больше всего, – ветеринар взял лемура и принялся осматривать. Затем, тщательно подбирая слова, сообщил: – Если честно, он в очень плохом состоянии. Буквально… Ну, вы понимаете… Эти люди не приносят животных, если их еще можно использовать…

Мы с мамой посмотрели на лемура.

– Но ты хоть попытайся что-то сделать! – едва не плача, попросила я.

– Лемур действительно измученный. У лемуров же сейчас спячка. А их будят. Сейчас у нас лето, а на Мадагаскаре или Коморских островах, откуда они родом, зима, и они спят…

– Ты это раньше рассказывал, – кивнула я.

– У меня есть один препарат, но он очень дорогой, и я не знаю, поможет ли это… – растерянно проговорил Иван. – Тут пятьдесят на пятьдесят…

– Пробуй! – дала указание мама. – Я деньги привезу через полчаса, а то все, что с собой было, этому живодеру отдала.

– Хорошо. Значит, используем этот препарат…

Ваня направился к шкафчику с лекарствами.

Мама обняла меня.

Ветеринар набрал в шприц лекарство соломенного цвета и ввел иголку в тело лемура. Он даже не пошевелился, хотя любое животное среагировало бы на боль.

– Позвоните мне завтра утром, – закончив вводить лекарство, дал указание Иван. – Если лемуру не станет лучше, его действительно будет лучше… это самое…

– Бедный малыш, – шмыгнула мама носом. – А это мальчик или девочка?

– Самец, – ответил Иван. – Мальчик. Да, и самое главное. Положите его куда-нибудь, где тихо и где его никто не потревожит. Ему наконец надо дать выспаться…

– Мы дадим!

– Не забудьте – позвоните утром. Лекарство или подействует, или не подействует. Состояние у него очень тяжелое, поэтому что-либо спрогнозировать трудно. Если не подействует, значит… Сами понимаете… Готовьтесь к худшему, но надейтесь на лучшее.

Мы вышли из больницы. Переноску с Муркой поставили на заднее сиденье, а лемура я держала в руках.

Мы с мамой были потрясены.

– Кто бы мог подумать, что придем в лечебницу с кошкой, а вернемся и с кошкой, и с лемуром? – изумленно проговорила мама.

– Лишь бы он выжил.

– Будем верить в лучшее, – вздохнула мама, выезжая за пределы территории клиники. – Все, что могли, мы сделали.

Глаза лемура, которые были чуть приоткрытыми, закрылись.

Мы поехали домой.