В плену у миледи - Ханна Хауэлл

— Непросто терпеть боль, когда тебя таскают с одного места на другое, — проворчал рыцарь.

— Да, конечно… — кивнула Сорча. Повернувшись к стоявшему рядом Роберту, она спросила: — Где Нейл?

— Скоро будет здесь, — ответил оружейник.

— Да, было бы лучше, если бы за мной присматривал мужчина, — подал голос Руари.

Сорча с Робертом взглянули на него и улыбнулись. А Руари, нахмурившись, подумал: «Что их так развеселило?» Он уже хотел спросить об этом, но в этот момент дверь комнаты распахнулась и с оглушительным грохотом ударилась о стену. Вздрогнув от неожиданности, Руари повернул голову и замер с открытым ртом. В комнату вошла огромная женщина — таких он никогда не видел. Ростом она была около шести футов, пожалуй, даже выше. Плечи у нее были широченные, под стать росту, и не было ни малейших сомнений в том, что эта женщина обладала необыкновенной физической силой. Приблизившись к кровати, она подбоченилась и посмотрела на Руари. На мгновение взгляды их встретились, и он увидел, что глаза у нее зеленые, а вовсе не карие, как у большинства родственников Сорчи. Но еще больше его изумили волосы этой женщины. Необычайно густые и довольно длинные, почтило пояса, они были ярко-рыжего цвета — такой яркой рыжины он тоже никогда в жизни не видел.

— Ах, тетя, я очень рада, что ты пришла нам помочь, — сказала Сорча. — Это сэр Руари Керр. — Девушка не выдержала и улыбнулась, глядя на рыцаря, — тот в изумлении таращился на рослую даму. — Сэр Руари это моя тетя, Нейл Хей.

— Нейл?.. — Руари наконец перестал глазеть на женщину и перевел взгляд на Сорчу. — Ты сказала «Нейл»?

— Да, именно так она и сказала, — ответила женщина, с ухмылкой глядя на раненого. — Я была у отца последней из семи дочерей, и ему уже надоело придумывать для нас женские имена. — Нейл пожала плечами. — Но я не жалуюсь… — Взглянув на Сорчу, вдруг спросила: — Ты действительно думаешь, что этот израненный кусок плоти даст тебе достаточно денег, чтобы выкупить моего глупого племянника?

— Да, конечно, — кивнула девушка. — Ведь всем известно, что Керры из Гартмора — очень богатый клан. Они наверняка дадут нам мешок-другой монет за своего лэрда и его двоюродного брата. Мы подождем, когда англичане назначат свою цену за Дугала, и тогда потребуем точно такую же за сэра Руари и Битхема.

— То есть нам никакой прибыли от этого не будет, — проворчала Нейл.

— Я делаю это не ради прибыли, тетя. Мы бедны и поэтому только так сумеем выкупить Дугала.

— Ты все время твердишь о бедности, но я ее что-то не приметил, — сказал Руари. — У вас прекрасная крепость, очень прочная и, наверное, почти неприступная. Ее возведение наверняка обошлось вам очень дорого.

— Да, очень дорого, — ответила Сорча. — Все богатство, которое было у нашего клана, ушло на эту крепость. Это произошло еще до того, как родился мой отец. Ведь мы живем у самой границы, и здесь, в этих местах, без надежной крепости никакие обойтись. Чтобы построить такую, потребовалось очень много денег, и мои предки сумели их добыть. Редко выпадал такой день, чтобы какой-нибудь несчастный не бродил по замку Данвера, ожидая, когда его родственники пришлют за него выкуп. Да, ты прав, мы очень дорого заплатили за право жить в этих местах. Ведь Хеи постоянно совершали набеги на англичан, во время которых погибли многие из наших воинов.

— И ты теперь почувствовала, что в твоих жилах заговорила кровь этих грабителей? — пробурчал Руари.

Нейл вдруг замахнулась на рыцаря кулаком, но Роберт вовремя перехватил ее руку, и какое-то время оружейник и женщина пристально смотрели друг на друга, но никто из них не произнес ни слова.

Сорча же, взглянув на Руари, с усмешкой проговорила:

— Люди из моего клана не могут сносить оскорблений. Слишком уж велика была цена за эту крепость. В конце концов мы осознали, что обескровили Данвер, положили ради крепости самых лучших наших мужчин.

— Девочка, ему не обязательно знать все это, — сказала Нейл.

— Сэр Руари и так скоро многое узнает, — возразила Сорча. — Он и его кузен проживут с нами какое-то время. Но они же не слепые, поэтому многое увидят и поймут. А что касается крепости, то Руари уже, наверное, заметил, что Данвер могут оборонять даже дети.

— Да, это я заметил, — с явной неохотой согласился рыцарь. — И я не мог не обратить внимание на то, как мало у вас вооруженных мужчин. Сначала я решил, что они все ушли на войну с Дугалом, но потом вспомнил, что он сбежал туда один.

— Дугал знал, что ни один мужчина не пошел бы с ним на битву и ни один из них не позволил бы отправиться туда ему самому, если бы он кому-нибудь рассказал о своих планах. — Сорча подошла к резному деревянному сундуку, что стоял под узким оконным проемом, и достала оттуда одеяло. — Мы рассчитываем, что Дугал женится и восполнит недостаток мужчин в Данвере, что возместит кровь, которую наши предки так беспечно проливали на поле боя. — С помощью Нейл Сорча накрыла Руари одеялом. — Мы потребуем за вас выкуп, потому что у нас нет иного выхода. Почти пятьдесят лет наш маленький клан не играл в эту игру, которую многие в Шотландии считают вполне честной, даже благородной.

— И вы в нее сейчас сыграете?

— Да, Руари, и не думай, что если в нашем отряде только одни юнцы, старики, калеки и женщины, то мы обязательно проиграем. Но поверьте, с вами будут обращаться хорошо и с должным уважением. Только не путайте уважение со слабостью. Если вы попробуете сбежать, мы вас остановим. Если вам удастся выбраться из крепости, мы вас выследим и вернем. Вы наши пленники, и я вам не советую совершать глупые поступки. Предупреждаю: если попытаетесь сбежать, вы об этом пожалеете.

В какой-то момент Сорча вдруг поняла, что смотрит на губы рыцаря. У него были очень чувственные губы — казалось, они звали, манили к себе, и Сорче ужасно хотелось склониться над Руари, хотелось приблизиться к этим губам… Заглянув в зеленые глаза Руари, она поняла: он заметил, какие чувства ею овладели. И сейчас он смотрел на нее с удивлением и с любопытством.

Сорча тотчас отвела глаза и, отступив от кровати, проговорила:

— Я надеюсь, что ты меня понял.

— Да, прекрасно понял, — ответил Руари.

— Вот и хорошо. А теперь, если тетя меня отпустит, я оставлю тебя на ее попечение.

— Иди, девочка, — сказала Нейл. — Я за ним присмотрю. А ты пока поговори с Робертом. Он хочет тебе кое-что рассказать.

— О Юфимии?

— Да, о маленькой Юффи. Боюсь, нас ждут очень беспокойные дни.

Сорча кивнула и вышла из комнаты вместе с оружейником. Она боялась этого разговора, но понимала, что он неизбежен. И еще она чувствовала, что ей не хочется покидать Руари. Конечно же, он ужасно на нее злился, но это не имело значения, потому что ей нравилось находиться рядом с ним. Три дня она ухаживала за ним и заботилась о нем, и вот теперь ей пришлось его покинуть. Сорча понимала, что ей нравится Руари, и это очень ее тревожило. «Но ведь между нами не может быть никаких серьезных отношений», — напомнила она себе. Она твердо решила, что будет держаться подальше от Руари, встречаться с ним лишь в случае крайней необходимости.