Ты, я и Гийом - Диана Машкова

– Тогда поехали! – обрадовалась я.

– Ну, – он нахмурился, – поехать с тобой я тоже вряд ли смогу. Пока мы доберемся, закроют метро. Придется мне на коврике у твоего подъезда ночевать.

– А ты далеко от «Щелковской» живешь?

– На другом конце Москвы. На «Академической».

– Да уж, явно нам не по пути.

– Это мы еще посмотрим! – возразил Артем и начал интенсивно рыться в карманах пальто.

– Что ты потерял? – удивленно спросила я.

– Жетон для телефона ищу, – пошарив в карманах брюк, а потом и в бумажнике, ответил он.

– Держи. – Я протянула на ладони два железных кругляшка с ложбинками посередине. – Все равно на тебя планировала истратить.

– Как это? – не понял Артем.

– Ну… хотела тебе из библиотеки позвонить, когда выходила. Но не решилась.

– Что, серьезно? – заулыбался Артем. – Ты просто умница!

– Почему – умница? – смутилась я, опустив глаза.

– И потому, что хотела позвонить, и потому, что не решилась. – Он заботливо поправил сбившийся капюшон у меня на голове. – Меня ведь в лаборатории к тому моменту уже не было. Я около библиотеки на скамейке мерз.

– А куда ты будешь звонить? – сообразив, что не знаю цели звонка, я насторожилась. Вдруг он собрался меня в гостиницу вести?! Не хватало только каких-нибудь приключений в этом роде.

– Домой, – невозмутимо ответил Артем. – Сообщу отцу, что приду не один.

Он подошел к кабинке телефона-автомата. Час от часу не легче!

– Подожди, подожди! – Я испуганно потянула Артема за рукав. – Мы так не договаривались! Я не могу. Мы почти незнакомы.

«И у меня есть муж!» – чуть не брякнула я, спохватившись в последний момент.

– И что? – Артем поднял брови. – Это повод отпускать тебя одну к черту на кулички или самому ночевать на улице?

– Нет, – тихо сказала я и начала злиться на Артема, не в состоянии четко объяснить себе причину этой самой злости.

– Если нет – тогда мы едем ко мне. От метро близко, на автобусе ехать не надо. Так что решено. – Он посмотрел, как я тереблю в руках перчатки, как подрагивают мои веки, как сжимаются губы (я готова была, в секунду все оборвав, повернуться и уйти), и снова заговорил, тихо, но очень твердо:

– Я живу с семьей. Мамы и сестры сегодня нет, а папа дома. Ты будешь спать в моей комнате. Я – в гостиной. Никто тебя не собирается ни уговаривать, ни принуждать. Все будет только так, как захочешь ты. Ясно?

От его прямоты я просто оторопела. Неужели малознакомой женщине можно такое говорить?! С одной стороны, хорошо, конечно, что взяли и разом все выяснили. С другой – все-таки не стоит так однозначно заявлять девушке, что тебе все равно, будет она к тебе благосклонна или нет. Я чувствовала себя и польщенной – «мое мнение – главное», и уязвленной – «я его не интересую». Артем, не обращая больше внимания на мое душевное смятение, взял в руки трубку заледеневшего телефона и начал сосредоточенно давить на кнопки.

– Папа, привет. Что? Нет. Все в порядке. Я скоро буду. Правда, не один. Поэтому хотел предупредить. Да все нормально! Просто девушка очень далеко живет – домой ехать поздно. Ну, все. До встречи. Вот и договорились, – сказал он, обращаясь ко мне. – Вопрос улажен.

– Да? – Я снова начала паниковать. – А что он обо мне подумает?!

– Да ничего не подумает. – Артем нетерпеливо махнул рукой. – Тем более что мы будем спать в разных комнатах. Теперь ты своих знакомых предупреждай, – и он протянул мне оставшийся жетон.

Я позвонила тете Маше. Промямлила в трубку какую-то чепуху насчет того, что случайно встретила в библиотеке свою бывшую одногруппницу и та очень просит поехать к ней. Давно не виделись – хочется поговорить. Родители на такое заявление отреагировали бы бурно – велели бы все бросать и бегом мчаться домой. Но тетя Маша не была моей мамой. Она пожелала мне хорошо провести время, уточнила, где живет подруга, и, спросив, во сколько меня завтра ждать, пожелала спокойной ночи и повесила трубку.

Я вздохнула с облегчением, когда в телефоне раздались короткие гудки. Все-таки неприятно врать хорошим людям.

– Ну что, идем? – весело спросил Артем, беря меня за руку. Я сжала его ладонь и послушно зашагала рядом. На душе, несмотря на «выясненность» всех обстоятельств, было паршиво. И немного тревожно.

Я насупилась и начала гадать, как лучше себя вести и чем все это может закончиться. А еще подумала, что Славику, например, я бы ни за что не позволила так собой распоряжаться. Хотя женаты мы были чуть ли не с младенчества – вот уже почти четыре года.

До метро мы с Артемом дошли молча.