Жемчужина любви - Эллен Сандерс

– У вас есть любимый человек. Он ждет за дверью.

Колетт перестала плакать.

– Жан-Пьер?

– Да. Он ведь ваш жених.

– Не совсем.

Оливье откашлялся.

– Извините, это не мое дело… Просто мсье Норто так переживает из-за случившегося. Нам даже пришлось сделать ему укол успокоительного. Он ведь не справился с управлением из-за того, что вы поссорились в машине, верно?

– Жан-Пьер ни в чем не виноват! – с жаром воскликнула Колетт.

Оливье изумленно вскинул брови.

– Зачем же так кричать, мадмуазель? Я ведь не прокурор, чтобы кого-то обвинять. – Он выглядел сконфуженным.

– Мы оба виноваты в равной степени. Ссорятся ведь двое?

– Как минимум. Хотя порой я так себя ругаю… – Оливье усмехнулся, но тут же стер с лица улыбку, заметив, что его шутка не произвела на Колетт должного впечатления.

– Почему вы нянчитесь со мной? – неожиданно спросила Колетт, уловив во взгляде доктора Лорана не свойственную медикам нежность и ласку.

Он опешил, словно его поймали за неподобающим для пай-мальчика занятием.

– Я… Вы мне нравитесь, Колетт. С первого взгляда…

– Ах да, я помню эту слезливую историю про воробышка на операционном столе. – Колетт улыбнулась.

– У вас чудесная улыбка. Обещайте, что будете чаще радовать меня ею.

– Вы со всеми своими пациентами так любезны, доктор Лоран?

– Нет, только с такими молоденькими и красивыми, как вы, – отшутился он.

На самом деле Оливье ругал себя за излишне фамильярный тон, который позволил себе с самого начала при общении с Колетт Вернон. Еще будучи студентом, Оливье поклялся, что никогда не переступит границы между пациенткой и врачом. Куда только подевались все его хваленые принципы?

Стоило ему увидеть худенькую Колетт с огромными карими глазами, чьи волосы были испачканы кровью, как в его сердце что-то сломалось, споткнулось… И лишь после успешного завершения операции он смог вздохнуть спокойно. Знала ли Колетт, что известие о ее параличе потрясло его до глубины души, едва ли не сильнее, чем саму пострадавшую?

В палату с опаской заглянул Жан-Пьер.

– Извините, я могу войти? – робко спросил он.

Доктор кивнул и подмигнул Колетт, пока Жан-Пьер не видел.

– Я к вам еще зайду.

– После того как навестите всех молоденьких и красивых пациенток больницы?

Оливье рассмеялся, чем удивил застывшего на пороге Жан-Пьера. Он впервые видел смеявшегося врача, чья пациентка, возможно, до конца жизни будет прикована к кровати. Верно говорят, что врачи самые настоящие извращенцы и циники. Для них ковыряться инструментами в человеческих внутренностях – все равно что столовыми приборами в спагетти. А кровь вызывает в них не больше содрогания, чем кетчуп.

– Колетт, любимая. – Жан-Пьер не решался приблизиться к ней. Колебания «жениха» не укрылись от Колетт.

– Не бойся. Я не заразна.

– Прости… я так сожалею… – Жан-Пьер приблизился к ее постели. – Колетт, сможешь ли ты простить меня когда-нибудь?

– Мне не за что тебя прощать.

– Если бы я был внимательнее на дороге…

– Уже ничего не изменить. Врачи заверяют, что я снова смогу ходить.

– Конечно. Я нисколько в этом не сомневаюсь, – быстро ответил Жан-Пьер. Однако в его голосе не было и намека на уверенность.

Колетт отвернулась от него и взглянула в окно.

На улице смеркалось. Красно-оранжевые отблески заходящего солнца играли на стекле… Колетт обожала летние вечера, когда дневной зной спадает и можно гулять по улицам любимого Парижа до поздней ночи, не торопясь укрыться в кондиционированном помещении супермаркета или кафе. Прохладный ветерок треплет волосы и заигрывает с короткими юбками… Влюбленные парочки прогуливаются по паркам Тюильри или Белльвиля, стараясь укрыться от любопытных глаз в лабиринтах подстриженных кустарников…

– Колетт, почему ты плачешь? – едва слышно спросил Жан-Пьер. – У тебя что-то болит? Может быть, вызвать врача? Давай я догоню его… пусть сделает тебе укол обезболивающего.

– Нет-нет, Жан-Пьер, у меня ничего не болит… кроме души. От этого мне не поможет ни одно лекарство.

– Колетт, я хочу, чтобы ты знала. – Жан-Пьер сглотнул слюну. – Я… я не оставлю тебя. Я по-прежнему хочу жениться на тебе. Хочу, чтобы ты стала моей женой. Я буду заботиться о тебе…

– Нет.

– Нет? Колетт, в каком смысле?

– Я не выйду за тебя замуж, Жан-Пьер.

– Но почему?

– Ты сам прекрасно знаешь причину.

– Нет, не знаю.

– Мне не нужна твоя жалость. А тебе не нужно искупать свою вину, жертвуя будущим.

– О чем ты говоришь, Колетт?! Я люблю тебя. Ты поправишься… и мы будем вместе до конца жизни.

– Жан-Пьер, ты и сам не веришь в то, что сейчас говоришь, – спокойно ответила Колетт. – Кроме того… я не люблю тебя. Да и ты вряд ли любишь меня по-настоящему. Так что расстанемся друзьями. Конечно, мы слишком привыкли друг к другу. Но ты ведь бросил курить… Считай, что и я – твоя вредная привычка.

– Колетт, ты с ума сошла? Как ты можешь сравнивать себя и… – Жан-Пьер схватился за голову. – Ты, наверное, до сих пор в состоянии шока.

– Я ни в чем тебя не виню. Слышишь? – Колетт погладила Жан-Пьера по руке.

– Колетт, я ведь люблю тебя.

– Ты любишь ощущение собственной значимости, нужности для другого человека. Так вот: ты мне не нужен. Я справлюсь сама. У меня отличный лечащий врач… Мадлен и Натали наверняка в лепешку расшибутся, чтобы поставить меня на ноги.

– Мадлен, Натали… Ты готова принять помощь от кого угодно, но только не от меня! Ты меня презираешь, признайся!

– Неправда. Я всего лишь не хочу быть для тебя обузой. Мне ни к чему твои жертвы. Считай, что я дарю тебе свободу. Можешь распоряжаться ею, как сочтешь нужным. Наверняка найдется масса желающих занять мое место в твоем сердце. Может быть, одна из них даже ближе, чем я… или ты сам подозреваешь.

Жан-Пьер похолодел. Неужели Колетт каким-то образом узнала о Флоранс и поэтому отвергает сейчас его помощь? Какой же он болван! Распинается перед ней… Колетт же смеется над ним. Уступает его без боя сопернице…

– А теперь извини, но я устала.

– Колетт, мы ведь не закончили.

Она нажала на заветную кнопку возле изголовья кровати. Интересно, на этот раз снова придет Оливье? Однако, к разочарованию Колетт, на пороге появилась молодая женщина.

– Мадмуазель Вернон, вам что-то требуется?

– Да. Будьте любезны, проводите мсье Норто. Я хочу отдохнуть.