На всю жизнь - Нэн Райан

Туфли Ника были из черной лакированной кожи. Дожидаясь, пока девушки откроют дверь, Ник слегка согнул левую ногу в сверкающей туфле и потер ею о правую штанину, наводя дополнительный глянец. То же самое он проделал и с правой туфлей.

— Это вы, босс! — За дверью стояла невысокого роста женщина с блестящими каштановыми волосами. Она тепло улыбалась Нику и выглядела совершенно счастливой.

Ее звали Роуз Рейли. В афишах ее называли Дикой Ирландской Розой. Всегда веселые и улыбающиеся, ее миндалевидные изумрудные глаза за последние несколько недель засияли каким-то особым блеском. Роуз влюбилась. Влюбилась в кого-то из постоянных посетителей салуна.

— Рози, душечка, — поддразнивал ее Ник, — обещай, что постараешься и немного приободришься перед представлением.

Роуз лукаво захихикала, втащила высокого мужчину в комнату и сказала:

— Девочки, а вот и босс.

— Ник. Да это же Ник, — затаив дыхание, залепетали женщины. Женский смех и взволнованная болтовня постепенно затихли. Дюжина танцовщиц в коротких, усыпанных блестками платьях и сверкающих головных уборах в волнении сгрудилась вокруг высокого, темноволосого Ника.

С ярко накрашенными губами, густо нарумяненными щеками и подведенными угольным карандашом глазами, женщины приветливо улыбались Нику. Каждая открыто обожала своего поразительно красивого хозяина.

Каждая, но только не Роуз.

— Вы выглядите просто великолепно, девочки, — сказал Ник, улыбаясь каждой из них по очереди. Из уст польщенных женщин вырвалось дружное «спасибо». — Вам будет приятно узнать, что салун сегодня вечером переполнен. Именно вы виновницы того, что все они выбрали «Золотую карусель», — сообщил им Ник, дипломатично добавив: — Мне очень повезло. В «Карусели» работают самые очаровательные леди во всем Барбари-Коуст и любого другого побережья.

Послышались хлопки и смех довольных девушек. Ник поднял руки, призывая к молчанию.

— Я горжусь тем, что содержу такой шикарный и престижный салун. Сегодня в наше кабаре пришло несколько важных посетителей. Многие из этих господ взяли с собой жен, поэтому давайте постараемся и покажем им, как здорово мы умеем веселиться.

— Рассчитывайте на нас, босс, — выступила вперед черноволосая женщина, выгнув спину и вильнув задом в сторону Ника.

Ник добродушно рассмеялся. Потом произнес:

— Уже почти десять, так что… — Улыбаясь, он отступил назад, остановился и многозначительно посмотрел на двух только что принятых в «Карусель» девушек. — Я не какой-нибудь там строгий надсмотрщик, крошки. Но чтобы я не видел никаких татуировок. И чтоб не пили из горлышка. — Он помолчал и добавил: — Помните, если будете вести себя, как леди, то клиенты будут платить вам хорошие чаевые. Понятно?

— Да, сэр, — ответили они в один голос.

Ник дружелюбно осклабился, поднял загорелую руку, поцеловал кончик длинного указательного пальца и послал им воздушный поцелуй.

— Я буду смотреть представление из своей ложи. — И с этими словами он вышел.

Оказавшись за дверью, Ник поспешил назад по коридору в клубный зал, пробираясь через толпу к Большому Альфреду. Он хотел узнать у огромного вышибалы, все ли идет хорошо. Наклоняясь к самому уху Ника, Большой Альфред уверил босса, что все в порядке. Пока. Ник кивнул и повернулся, окинув беглым взглядом переполненный зал.

Он сощурился и с интересом посмотрел еще раз.

Только что в зал вошла пара. Они пересекли мраморный вестибюль и остановились на ступеньках перед входом в сводчатый зал. Ник пожирал женщину глазами.

О Боже! Это была настоящая красавица с ангельским лицом нежного персикового оттенка и длинными соблазнительными ногами.

Ник почувствовал, как у него подкосились ноги и похолодело в животе.

На красавице было облегающее вечернее платье из переливающегося белого атласа. Матовые плечи и руки были соблазнительно обнажены. На лебединой шее и в маленьких безупречных по форме ушах сверкали бриллианты. Белокурые волосы непостижимого серебристого оттенка были гладко зачесаны на макушке.

Пока Ник смотрел на нее, белокурая красавица взяла своего спутника под руку. Она улыбнулась высокому стройному мужчине с темно-русыми волосами, одетому в элегантный вечерний костюм.

Повинуясь только инстинкту, Ник энергично протиснулся сквозь толпу. Он подошел к эффектной паре, пока они еще спускались по мраморным ступенькам, ведущим в главный зал «Золотой карусели».

Притворившись, что не замечает белокурой красавицы с серебристыми волосами в обворожительном белом атласе, Ник улыбнулся ее высокому спутнику своей самой сердечной улыбкой и протянул ему руку со словами:

— Ник Мак-Кейб, владелец этого заведения. Добро пожаловать в «Золотую карусель».

— О, спасибо, Мак-Кейб. — Русоволосый мужчина твердо пожал руку Ника. — Мы здесь впервые, так что, может, вы покажете нам все.

— С удовольствием, — сказал Ник, заставляя себя не смотреть на женщину.

— Хорошо. Благодарю вас, — произнес джентльмен. И потом, наконец: — Пат и Адель Паккард, Ник.

— Пат, — без выражения повторил Ник, но его сильно бьющееся сердце замерло от огорчения. Видение в белом атласе было замужем! И ее муж стоял сейчас перед ним. Ник медленно повернулся к прекрасной белокурой женщине. Кивнув, он пробормотал: — Адель. Можно я буду называть вас Адель?

— Разумеется, — ответила она, одаривая его улыбкой, — Ник. — То, как она произнесла его имя, взволновало его до кончиков пальцев.

Она тотчас же перевела взгляд на толпу.

— Боже праведный, сколько людей! Будет ли свободный столик?

— Адель права, Мак-Кейб. — Пат жестом собственника положил руку на ее обнаженное плечо. — Может быть, нам лучше прийти в другой раз?

Борясь с искушением сказать «да» и страшась возможности провести вечер с этим экзотическим созданием, когда он не сможет прикоснуться к ней, Ник любезно пригласил пару разделить с ним его собственную ложу.

— Ну конечно, Ник, мы будем так рады! — произнесла красивая Адель Паккард. — Не правда ли, дорогой?