Свадьба по завещанию - Людмила Ситникова

Алиса чувствовала себя героиней детской сказки. Еще несколько часов назад без денег, без крыши над головой, в полном отчаянии она брела, еле передвигая ноги, и вот обрела пристанище. И какое пристанище!

Походкой пантеры в спальню прошла Кристина и остановилась у трюмо.

— Пришла поговорить с тобой откровенно. Надеюсь, мне ты не станешь вешать лапшу на уши, я не Радмила, фальшь за километр чувствую.

— Фальшь?

Кристина повернулась лицом к зеркалу, жеманно поправила прическу.

— Значит, говоришь, зарабатывала на жизнь тем, что шила половики?

— Не совсем, впрочем, это не важно.

— Скажи, ты давно знаешь Радмилу?

— Познакомились несколько часов назад в открытом кафе.

Кристина расхохоталась:

— Грандиозно! Да вас можно считать настоящими подругами. А в той душещипательной истории, поведанной Радой, есть хотя бы толика правды?

— Все правда, — ответила Алиса, а про себя подумала: «Скорее бы она ушла».

К счастью, в комнате появилась Райская:

— Кристина, что ты здесь делаешь?

— Странный вопрос, хотела поближе познакомиться с гостьей. Ой, извините, я неправильно выразилась, с новым членом семьи.

— Познакомилась?

— Вполне.

— Не смеем тебя задерживать.

Не торопясь, Кристина вышла из комнаты, бросив на прощание:

— Увидимся за обедом, мастер лоскутной техники.

— Ее зовут Алиса!

— Ах да… совсем забыла. Тысячу извинений.

Как только дверь закрылась, Райская спросила:

— О чем вы говорили?

— Похоже, принимает меня за аферистку.

— Она в своем репертуаре. Старайся держать удар, не стесняйся парировать, и максимум через месяц Кристя потеряет к тебе интерес.

Алисе не улыбалась перспектива вести словесные перепалки с Кристиной. За восемь лет существования под одной крышей с Верой Эдуардовной общение подобного рода набило оскомину. Хотелось наконец обрести покой, просыпаясь по утрам, не выходить из комнаты, как на поле боя. Кристина, конечно, не свекровь, но что-то подсказывало — эта красотка окажется похлеще Веры Эдуардовны.

— Как я не подумала, — сокрушалась Рада, — тебе не во что переодеться. Сегодня как-нибудь выкрутимся, а завтра придется устроить шопинг. Отличная терапия от психозов и депрессий. Дай мне волю, я бы не вылезала из бутиков. Сказывается бедная молодость, были времена, когда нам с Вадькой на хлеб не хватало. Все это, — Рада обвела рукой комнату, — появилось много позже, а вначале приходилось ох как не сладко.

— Радмила Анатольевна, а кто ваш сын, о каких героях он говорил?

— Вадим — писатель, пишет детективы.

— Не может быть! Так вот откуда мне знакомо его лицо. Ну конечно, известный писатель Вадим Райский. Невероятно!

— Увлекаешься литературой детективного жанра?

— Мне больше по душе романтические мелодрамы, но иногда читаю книги вашего сына. Он очень талантлив.

— Я ему передам.

— А моя подруга Любашка просто обожает его книги.

— Как матери, мне приятно это слышать, Вадька талантливый малый, и если бы не Кристина… все в его жизни было бы иначе.

— Вы ее недолюбливаете?

Рада сморщила нос:

— Недолюбливаю — мягко сказано, я ее… впрочем, не будем о грустном.

— Она тоже писательница?

— Боже упаси! Кристина администратор в одном из моих салонов. Должна признаться, местечко она получила исключительно благодаря просьбам Вадима.

— А…

— Все! Никаких вопросов! Через час обед, иди в ванную, приводи себя в порядок.

После ночи, проведенной на вокзале, горячая ванна с несколькими каплями эвкалиптового масла оказалась как нельзя кстати. В столовую Алиса спустилась ровно в два, немного посвежевшая, но все еще во власти тяжелых мыслей. Ее появление заставило замолчать присутствующих. Не поднимая головы, Вадим сухо бросил:

— А вот и наша Золушка.

— Чистенькая, как майская розочка, — прошипела Кристина.

— Прекратите оба! — Рада кивнула кухарке: — Лариса, можешь подавать обед.

Трапеза началась, и Кристина «открыла огонь», она без конца сыпала колкостями, да и Вадим не скрывал неприязни.

Радмила Анатольевна покинула столовую первой. Алиса изо всех сил пыталась сохранять спокойствие.

Закинув ногу на ногу, Вадим закурил.

— А теперь, девочка-красавица, выкладывай начистоту, чем опоила мать, почему она называет тебя дочерью?

— Радмила Анатольевна просто посочувствовала мне, я ей признательна и уверяю вас, я приняла ее приглашение, потому что действительно оказалась в безвыходном положении. Это правда.

— Не мешало бы документики проверить, на паспорт полюбоваться.

— Сейчас принесу.

Вадим сделал ленивый жест рукой.

— Успеется. Документы, конечно, проверим, но… — Он многозначительно улыбнулся. — Заруби себе на носу, обиженная судьбой бедняжка: если задумала какую-нибудь подлость, сразу от нее откажись, в противном случае пожалеешь, что на свет появилась.

— Угрожаете?

— Ни боже мой! Пока только предупреждаю.

Алиса встала из-за стола и направилась к лестнице. Уже на площадке второго этажа услышала громкий возглас Кристины:

— Надеюсь, Рада скоро поймет, что превращать коттедж в ночлежку для бродяг непозволительно?

Алиса захлопнула дверь. Вот и состоялась первая беседа. История повторяется: она в новом доме, и его обитатели ее ненавидят. Правда, теперь вместо одной Веры Эдуардовны у нее появилось двое недоброжелателей.