Пока падают звезды… - Робин Грейди

— Все еще не хватает смелости?

Да. Нет.

Низ живота свела судорога.

— Я никогда не делала этого раньше.

Его улыбка застыла.

— Ты девственница?

— Я имею в виду, что никогда не спала с тем, кого знаю меньше суток.

Его рука скользнула по ее волосам. Потянув за мокрые пряди, Бентон заставил Селест откинуть голову назад. Наградой за смелость стал новый поцелуй.

— Тогда мне очень повезло, — сказал он, оторвавшись от ее губ. Он взял ее руку и опустил вниз.

Глаза Селест расширились.

— Думаешь, я тоже должна сказать, что мне повезло?

— Прямо сейчас тебе вряд ли удастся что-либо сказать.

Он поцеловал ее снова. Его руки ласкали ее спину и ягодицы. Отбросив смущение, Селест наслаждалась каждым мгновением. Теплое дыхание Бентона коснулось ее уха.

— Ты предохраняешься?

Предохраняется? О черт! Она прикусила губу.

— Извини.

Он мягко поцеловал ее в щеку.

— У меня на яхте есть презервативы.

Она подавила приступ разочарования. Значит, он приехал сюда не один, или же заниматься сексом нa яхте с незнакомками — для него обычное дело.

Бентон тем временем подхватил ее на руки и понес к трапу. Потом опустил глаза и посмотрел на нее.

— Не думаю, что смогу взобраться по ступенькам вместе с тобой.

— Опусти меня. Я пойду сама.

— У меня есть идея получше.

Одним движением Бентон перекинул ее через плечо, как если бы она была тряпичной куклой. Ее голая попка смотрела прямо в небо. Вцепившись в твердые мышцы его бедер, Селест почувствовала, как разгорелись ее щеки.

— Мне так неудобно.

Бентон и ухом не повел.

— Должен признаться, что испытываю просто непреодолимое желание похлопать тебя по хвостику.

Она поймала его руку.

— Не посмеешь!

Ответом ей стал звонкий смех.

Одной рукой придерживая ее за ноги, Бентон поднялся по трапу. Он отпустил ее только тогда, когда включил воду и снял плавки.

О боже!

Но прежде чем она успела налюбоваться им, Бентон увлек ее под душ. Намылив руки, он начал растирать Селест с головы до ног. Это было что-то восхитительное. Она словно умерла и попала на небеса.

— Можно и мне присоединиться к этой игре? — спросила она.

Его руки скользнули по ее бедрам.

— В любое время.

Она выдавила немного геля и погладила его широкие плечи. Потом ее пальцы описали несколько кругов на его груди, пробежались по твердому брюшному прессу, спустились еще ниже…

— Не останавливайся, — выдохнул Бентон.

Его глаза оставались закрытыми, дыхание участилось. Через несколько мгновений с его губ сорвался хриплый стон.

— А теперь тебе лучше остановиться.

Быстро ополоснувшись, они вытерлись и оказались в просторной каюте с огромной постелью.

Бентон задернул шторы на овальном окне. Селест легла на спину, и он продолжил исследование ее тела. Вскоре его губы оказались на ее груди. Кончик языка скользил вокруг соска, белые зубы покусывали чувствительную плоть.

Охваченная жаром снаружи и внутри, она выгнула спину.

— Я умру, если ты сделаешь это снова.

— Ты об этом? — Он приник к другой груди. Она потянула его за волосы.

— Где… презервативы?

Через несколько секунд Бентон снова присоединился к ней. Когда их тела слились в одно, Селест задержала дыхание от восторга.

— Я словно попала на небеса…

Он сделал еще толчок.

— Еще… несколько… секунд.

Селест вдруг подумала, что именно так хотела бы провести остаток жизни. В этих изумительных мужских руках. В этой постели. Обхватив Бентона ногами за талию, она прошептала ему на ухо:

— Я знаю, мы еще не закончили, но ведь мы можем сделать это снова?

Он улыбнулся и легонько поцеловал ее в кончик носа. Их тела двигались в унисон, и скоро волна чувственного наслаждения накрыла обоих с головой…

Они подходили друг другу так, как если бы были половинками одного целого. Селест впервые в жизни позволила себе отдаться романтическим мечтам. Она понимала, что это нелепо. Но ничего не могла с собой поделать.

Позже, когда Бентон снова предложил поплавать, Селест голышом нырнула в прохладную воду океана. Они ели сэндвичи и шоколад на берегу, потом вернулись на яхту и снова любили друг друга — на этот раз медленно и лениво, растягивая удовольствие, удерживая награду как можно дольше… И награда была потрясающей вдвойне.

Сексуальные способности Бентона превзошли все ее ожидания. Он знал, как доставить женщине наивысшее наслаждение. И Селест буквально купалась в его ласках.

Когда солнце огромным раскаленным шаром стало опускаться в море, они наконец покинули каюту. Бентон снова надел легкие брюки; на Селест была рубашка и ничего больше. Она никогда не чувствовала себя так свободно с мужчиной. И это казалось совершенно естественным.

Они устроились в низких шезлонгах и, переплетя пальцы, смотрели, как стремительно темнеет розовое небо.

Селест положила левую руку себе под голову.

— Уже появляются звезды.

Неужели они всегда такие красивые? Маленькие мерцающие огоньки, которые словно говорили ей: «Все будет хорошо, Селест. Все будет хорошо».

— Как ты себя чувствуешь? — спросил он.

— Живой!

Он легонько сжал ее руку.

— Вот и хорошо.

— Но в то же время мне немного неловко.

— Неловко? Почему?

— Ты знаешь обо мне так много, а я не знаю О тебе ничего.

Она хотела бы знать о нем все, начиная с того, в каком возрасте он научился завязывать шнурки, и кончая его планами на завтра. Были ли у пет когда-нибудь длительные отношения? Сама ОНА никогда раньше по-настоящему не влюбляла Но в такого мужчину, как Бентон, она, пож< могла бы влюбиться.

— Рассказывать особенно нечего. Селест повернулась к нему.

— А ты попробуй. Бентон рассмеялся.

— В моей истории нет ничего интересного.

— Ты скромничаешь.

Он улыбнулся и посмотрел на нее.

— А почему бы тебе снова не воспользоваться своим волшебным хрустальным шаром?

Она успела перехватить его взгляд, прежде чем Бентон опять уставился в темнеющее небо. Скромность здесь ни при чем. Что такого произошло в его прошлом, о чем он не хотел рассказывать? И не слишком ли настойчиво она себя ведет?