Одна ночь в Санта-Монике - Нико Дарк

— Ладно, обещаю не раскрывать секретов, скорее всего расписание в общем чате.

Я предпринимаю еще одну попытку вырваться, но руки Оуэна слишком сильные, а еще он проводит носом по волосам, касается губами шеи, и я просто теряю силу в руках, чтобы сопротивляться. Плевать, если они узнают, что я соврала. Через боксеры чувствую, как он возбуждается, и я сама перестаю думать о чем-либо. Тем временем Аарон победоносно восклицает:

— Ага, смена у тебя завтра, а сегодня первый выходной за две недели.

Я должна была возмущаться, что ложь раскрыта, что они не должны были себе позволять такого, что даже если мне не надо на работу, у меня могут быть дела. Но каждая трезвая и разумная мысль, которая рождалась в голове тут же гасла.

Оуэн уже давно меня не держит, его руки скользят по телу и ныряют в трусики. Ауч! Кажется, это был мой стон. Мне уже все равно, последняя мысль которая мелькнула в голове, было желание почистить зубы и принять душ, но уже через секунду все мое существо желает лишь одного.

Оуэн перекатывает меня на живот и стягивает белье, он покрывает спину поцелуями, сжимает ягодицы и трется об меня возбужденным членом. Я выгибаюсь ему навстречу, я готова его принять. Он надевает презерватив и входит. Как долго я этого ждала! Каждое движение отзывается эхом во всем теле, я раскачиваюсь на волнах наслаждения.

На мгновенье я приоткрываю глаза, Аарон, подложив руку под голову, наблюдает за нами, на лице полуулыбка. Он наслаждается видом, а когда замечает, что я смотрю на него, то произносит:

— Оуэн, накажи ее хорошенько за то, что она такая мелкая врушка.

— С удовольствием, — и после этого его движения становятся сильнее, резче, жестче, а я все ближе подбираюсь к тому, чтобы кончить. Мои стоны становятся громче, я слышу, как неровно дышит Оуэн, а перед глазами застыло лицо Аарона. И все эти ощущения, звуки, взгляды, прикосновения и жар растет во мне, пока не взрывается яркими вспышками, и сладкой негой не растекается по всему телу. Оуэну требуется чуть больше времени, но я уже в каком-то забытьи. Ощущений слишком много, а силы полностью меня оставляют.

— Знаешь, я хотел бы еще кое-что посмотреть в твоем телефоне, — Аарон целует меня в плечо. Я мысленно возмущаюсь, но не могу даже пошевелиться. Что еще интересного он может там найти? Все как у всех: звонки, сообщения, музыка, соцсети, покупки, новости… — Оливия, ты же не против? Я просто гляну историю твоих звонков вчера. Вчера в «Херес» мы пришли сразу после открытия, примерно в 19:30, пробыли там два часа, верно Оуэн?

— Да, все так, в девять мы должны были быть на встрече, — голос Оуэна звучал где-то в районе ванной комнаты.

В моих звонках нет ничего примечательного. В избранном списке — подруги, брат, тетя и рабочие контакты. Я совершенно не понимаю, чего хочет добиться Аарон. А он тем временем зачитывает список и время звонков:

— 10:47 незнакомый номер, 16:54 — незнакомый номер, 17:10 — Босс, 18:04 — Катрин. И больше ни одного входящего или исходящего.

— И? — хотела сказать я, но вместо этого промычала что-то невнятное.

— А это значит, — Оуэн ложится по другую сторону от меня, и начинает вырисовывать узоры на спине, — что у тебя вчера не было никакой встречи с подругой, ты пришла в «Херес», потому что искала нас. Не так ли?

Я совсем забыла, что вчера тоже бессовестно врала. А кто бы на моем месте сказал правду? А они такие дотошные, все помнят, все пытаются проверить и ищут улики, они точно не соврали о своей профессии.

— А еще это значит, что ты врушка в квадрате, — шепчет Оуэн, — а за это полагается двойное наказание.

«Нет!» — хочется крикнуть мне, но я же знала, что подписывалась на двойное удовольствие, я сама этого хотела. Чувствую, как прогибается матрас со стороны Аарона, слышу как рвется упаковка от презерватива, он подступает медленно, оставляя поцелуи на коже. Переворачивает меня на спину и входит осторожно, будто прочитал мысли и решил пощадить. Я тону в ощущениях, в нежном ритме, в точных движениях, а когда наступает оргазм, я буквально проваливаюсь в другую реальность. Я просто отключаюсь, засыпаю или теряю сознание. И еще долгое время во сне мне кажется, что я качаюсь на невидимых качелях, и удовольствие не кончается даже во сне.