Внебрачная дочь миллиардера - Анастасия Ридд

— Здравствуй, Алиса! — приветливо улыбаюсь я, игнорируя ее тяжелый взгляд.

— Что ты здесь делаешь? — тихо шипит Алиса, чем вызывает недоумение у своего брата.

— Я, конечно, предполагал, что ты не слишком гостеприимна, сестричка, но не до такой степени, чтобы не поздороваться с моей спутницей, — Глеб крепче сжимает мою руку, жестом показывая, что мне нечего опасаться.

Она с яростью зыркает в сторону брата, но ничего не отвечает ему. Внимание супруги Воскресенского сосредоточено исключительно на мне. Я чувствую запах ее приторных духов, и мне хочется сделать несколько шагов назад. Аромат такой же как в спальне. Кажется, я теперь долгое время не смогу от него избавиться.

— Я ещё раз повторяю, Агния, что ты здесь делаешь? — с нажимом спрашивает она.

— Меня пригласил Глеб, — я равнодушно пожимаю плечами, все же искренне надеясь, что она не станет устраивать сцен в присутствии такого количества людей. Тем более, в праздник, о котором, кстати говоря, я до сих пор так и не узнала.

— Вы знакомы? — спокойным тоном интересуется Глеб.

— Знакомы, Глеб, — в моем голосе появляется едва заметная дрожь. Черт возьми, как некстати!

В глазах жены Воскресенского загорается недобрый блеск, потому как эта стерва понимает, ее брату неизвестно о том, что было в прошлом. Девушка моментально меняется в лице, зная, чем сейчас можно ударить в ответ, и без промедления делает это.

— Конечно, знакомы, братец! — злобно усмехается Алиса.

— Правда? И откуда ты знаешь Агнию? — интересуется мужчина.

— Сейчас расскажу, милый братик! — отвечает она. — Мне так жаль, что тебя все твои женщины постоянно водят за нос, оставляя в дураках. Ну что ж, ты сам виноват, что не умеешь их выбирать.

— Что ты имеешь в виду? — почти рычит в ответ Глеб. Честно говоря, на его месте я бы как следует встряхнула эту стерву. Что она себе позволяет, а, главное, откуда в этом человеке столько негатива и желчи по отношению к брату?

— Я все объясню тебе чуть позже, — шепчу мужчине на ухо и крепко вцепляюсь в его запястье.

— Агния — бывшая жена Даниила, — ее лицо кривится в недоброй гримасе, а мое сердце, кажется, на несколько секунд останавливается в ожидании того, что на это ответит Глеб.

Мужчина даже не ведёт и бровью. Вероятно, он привык к нападкам своей стервозной сестрички.

— Ну и? Слушаю дальше, — безэмоционально отвечает Глеб. Даже если он и удивлен, то никак не выказывает этого. — Если это все, то мы отлучимся ненадолго.

— Нравится ходить обманутым? — Алиса сбавляет тон и, понимая, что не получила желаемого, пытается держать “лицо”. — Для тебя это не в первый раз, так ведь?

Последней фразой Алиса переходит все границы, действуя на Глеба как красная тряпка на быка. Глаза Ланского наливаются кровью, а желваки на скулах уже заходятся в бешеном ритме. Эта стерва вообще не знает слова "стоп". И я понимаю, если сейчас не увести его подальше от сестры, то последствия будут самые плачевные.

— Глеб, я забыла сумочку в машине, выйдем? — обращаюсь к мужчине, и он в ответ поспешно кивает головой.

Я пристально всматриваюсь в лицо Алисы, ища хоть какой-то намек на сожаление, после чего на автомате кидаю взгляд за ее спину, встречаясь глазами с Даниилом. На мгновение приходит мысль, что эти двое идеально подходят друг другу: беспринципная стерва и бесчувственный подонок.

Я переплетаю наши пальцы и тяну Ланского в сторону выхода. Свежий летний ветерок бьет в лицо, и все напряжение моментально уходит на второй план. Мы бредем по вымощенной из камня дорожке к бассейну, не говоря друг другу ни слова. Я понимаю, что Глебу нужно прийти в себя и перестроиться на свой обычный лад. Я присаживаюсь на огромную качелю, а Ланской встает рядом, подпирая плечом железную стойку. Он несколько минут изучает мое лицо

— Почему не сказала, Агния? В этом ведь нет ничего страшного. У каждого из нас есть свое прошлое, — в голосе слышится спокойствие. Глеб не собирается предъявлять претензии, и не потому что он на это не имеет права, а потому что он, в самом деле, не считает мое молчание обманом.

— Я не успела рассказать, — говорю я, поднимая голову вверх. — Хотела, но не было случая.

— Давно? — интересуется он, присаживаясь рядом со мной.

— Чуть больше пяти с половиной лет назад мы поженились, а через полгода развелись. Это был не совсем настоящий брак, Глеб. Да тут и рассказывать не о чем, — я разглядываю звезды на небе, количество которых за городом почему-то в разы увеличивается.

— Фиктивный брак с Воскресенским? — усмехается Глеб. — Это что-то новенькое.

— Почему ты так говоришь? — удивленно спрашиваю я, резко переводя взгляд на своего собеседника.

— Да потому что Даниил ни за что не женился бы без личного интереса. Либо у него были к тебе чувства, Агги, либо причина крылась в чем-то другом, — Глеб изучающе смотрит на меня, склонив голову набок, а мои щеки внезапно вспыхивают от его последних слов.

— Ты, наверное, еще не знал его пять лет назад. По крайней мере, о тебе я ничего не слышала, — быстро говорю я.

— Знал. Мы довольно давно дружили с Даней, а потом нас развела судьба на несколько лет. Судя по всему, как раз в тот период, когда вы с ним были женаты, — невозмутимо произносит мужчина.

— Значит, вы друзья? — осторожно спрашиваю я.

— Это слишком громко сказано. Скорее, просто товарищи, у которых иногда возникают общие дела, — Глеб замолкает, после чего кладет свою ладно поверх моей руки. — Агния, я больше не хочу говорить о Дане. Я здесь с тобой, и ты мне нравишься. Я хочу, чтобы ты знала об этом.

— Я знаю, — несмело улыбаюсь я.

— И, поверь, мне плевать, за кем ты была замужем, и кто является отцом твоего ребенка, потому что…

Глеб замолкает, не заканчивая свою фразу. Я чувствую, как мужчина напрягается, а меня охватывает паника. Разумеется, мой собеседник умеет считать. Очевидный вопрос вертится на языке, но он не задает его. Ланской, кажется, все понимает и без моего подтверждения.

— Он не знает? — Глеб нервно сглатывает.

— Нет, — я опускаю глаза и отрицательно машу головой.

— И ты хочешь, чтоб все так и оставалось? — в его тоне нет ни капли осуждения.

— Пока что, да. Другого варианта сейчас быть не может, — тихо отвечаю я, даже не осмеливаясь просить Глеба о молчании.

— Не волнуйся, Агния. Это не мой секрет, поэтому можешь быть спокойна. От меня он не узнает о твоей дочери.