Тайные наслаждения - Бертрис Смолл

Нет, черт возьми, это не ее вина! Виноват Джефф, и Нора всегда это знала! Он использовал ее, чтобы утолить похоть, и ничего больше. В молодости она, неопытная девушка, не понимала этого. Но потом, слушая разговоры подруг, поняла, что нужно больше знать о сексе. В попытке придать остроты их отношениям она предложила Джеффу отшлепать ее и, сунув палец в рот, сообщила, что была ужасно скверной девчонкой. Джефф в ужасе отшатнулся и стал допытываться, где она набралась такой извращенной пакости. После этого она не посмела попросить, чтобы он ласкал ее языком. Она где-то читала, что ощущения при этом просто божественные. Но муж не терпел даже французских поцелуев.

Нора открыла глаза, снова посмотрелась в зеркало и медленно повернулась, восхищаясь собой. Боже, какую фигуру она себе навоображала! Идеальную! Она и в двадцать лет так не выглядела!

Теперь она стояла лицом к Кайлу. Ее руки лежали на полотенце, обмотанном вокруг его стройных бедер. Она проворно стянула полотенце.

— Я за честную игру!

— На самом деле ты хочешь увидеть моего «дружка», испорченное создание! — ответил он с коварной улыбкой и отступил, давая ей возможность увидеть его во всем блеске.

Сердце Норы учащенно забилось при виде его мужского достоинства. Она всегда считала, что у Джеффа оно было вполне нормального размера, а вот у Кайла… поистине огромное. Даже в нынешнем спокойном состоянии оно казалось очень длинным и толстым. Она медленно провела пальцами по всей длине, и его плоть почти сразу же затвердела. Она легонько сжала двойной мешочек. Ничего не скажешь, он хорошо оснащен!

— Очень мило, — улыбнулась она. — Очень-очень мило.

Кайл хмыкнул, и этот густой низкий звук мгновенно ее согрел.

— Мы хорошо позабавимся, Рыжая Разбойница, верно?

— Да, — согласилась Нора, — и еще как! Я по-прежнему не понимаю, как это возможно, но думаю, что не стоит и пытаться. Теперь мне абсолютно все равно.

Она снова сжала двойной мешочек.

— Молодец, — одобрил он и, взяв ее руку, попросил: — Пойдем, Нора. Нам обоим не терпится поскорее заняться любовью. И смотри, что наделала твоя шаловливая ручка!

Нора опустила глаза и удивленно приоткрыла рот. Его плоть набухла и поднялась. Головка теперь была рубиново-красной. Да, определение «сверхогромен» в применении к Кайлу было весьма скромным! Она и представить не могла чего-то подобного!

Кайл подвел ее к двойным дверям. За ними оказалась просторная, роскошно меблированная спальня, за окнами которой виднелся все тот же городской пейзаж.

Высокие стеклянные двери вели на заставленную растениями в горшках террасу. Ветви сакуры в полном цвету прижимались к стеклу. Но у Норы не было времени хорошенько осмотреться: Кайл толкнул ее на кровать, застеленную черным атласным бельем.

— Откройся пошире для папочки, — попросил он, целуя ее. Его губы оказались жадными и влажными. У Норы перехватило дыхание. Кайл, сжав ее голову большими ладонями, продолжал покрывать поцелуями ее веки, щеки, кончик носа.

Теперь Нора твердо верила, что попала в рай. Страсть неумолимо завладевала ею. Она смутно ощутила, как он раздвинул коленями ее ноги и одним мощным выпадом заполнил лоно. Нора застонала. Всего несколько толчков его могучей плоти, и она кончила. Он мгновенно взорвался в ней, и их соки смешались.

— О, Кайл, это было так хорошо, — прошептала она, наслаждаясь тяжестью его тела.

Немного погодя Нора осознала, что он продолжал оставаться в ней, горячий и пульсирующий. Она вопросительно взглянула на Кайла.

— Я говорил, что в первый раз все будет быстро, потому что мы оба в этом нуждаемся, — напомнил он, — но сейчас все будет очень-очень медленно. Я заставлю тебя кричать, Нора. Кричать от наслаждения. Поверь мне. Я — человек слова.

По-прежнему оставаясь в ней, он слегка приподнял ее, подался вперед и стал лизать соски. Губы сомкнулись на соске, и он принялся яростно сосать.

— Еще! — прошипела она. — Сделай это со мной!

— Не сейчас, — возразил он, глядя ей в глаза. — Я хочу, чтобы ты усвоила, что спешить вовсе не обязательно. Что не нужно жадно стремиться к удовлетворению. Оно придет само, как только ты этого захочешь.

Губы накрыли второй сосок. Он стал сосать, и Нора потеряла голову. Ощущение его большого «дружка», наполнявшего ее, но не дарившего наслаждения, сводило с ума.

— Сделай это со мной, — настаивала она, извиваясь. — Сейчас!

Она распутница! И всегда хотела быть распутной! Всегда любила секс, но за все годы брака ни разу не испытала того, что испытывает сейчас. Но больше этому не бывать! Ее фантазии стали реальностью, и Нора Бакли получит все, на что рассчитывает! Вот были бы удивлены подруги, узнав, что скромница Нора изголодалась по сексу!

Нора громко рассмеялась.

— Сделай это, Кайл! — скомандовала она. — Сейчас! Я хочу, чтобы меня затрахали до умопомрачения! Ты можешь сделать это! Можешь!

Он больно укусил ее за сосок, но тут же расплылся в медленной улыбке:

— Как угодно моей госпоже.

— Да! — вскричала Нора. — Разве не для этого ты здесь? Не для того, чтобы служить мне беспрекословно, когда угодно и где угодно?

Дрожь предвкушения охватила ее.

— Именно для этого я здесь, Нора, — сдался он, снова укладывая ее на спину и яростно целуя.

Секс! Чистый, беспримесный секс без всяких обязательств! Без угрызений совести. Секс с человеком, чья единственная цель — ублажить ее. Заставить почувствовать себя настоящей женщиной. И любовь не имеет, с этим абсолютно ничего общего. Да и долг тоже. Вместе со всем тем, чего ожидают от нее окружающие. Впервые в жизни у нее на губах вкус свободы! Неужели это она бесстыдно распростерта на черных атласных простынях? Неужели это над ней трудится красавец с очень большой и очень возбужденной плотью? Все-таки жизнь хороша!

Его губы блуждали по ее лицу, горлу, груди. Сильные выпады бросали в лихорадку наслаждения, подобного которому она еще не знала. Почему она не может получать его с Джеффом? С Джеффом, которого когда-то любила… Но любовь прошла. Это Нора поняла только сейчас. Другие мужья и жены оставались любовниками. Почему не они? Но какая теперь разница?

Она со стоном обвила ногами мускулистый торс Кайла, давая ему больший доступ к своему телу. Он вонзался все глубже во влажные глубины ее раскаленного лона.

— Сделай это! Сделай! — пронзительно вскрикнула она, кусая мочку его уха. Ее пальцы вонзились в его сильные плечи. Ногти раздирали спину. Она напряглась, почти сопротивляясь ему.

— Маленькая сучка! — прорычал он, начиная двигаться быстрее. — Тебе все мало, верно? Но это только начало. Все, что я собираюсь сделать с тобой и заставлю тебя делать со мной, беби… тебе понравится. Ты такая горячая штучка, Нора.

Он яростно врезался в нее, заметив едва уловимые изменения, мелькнувшие на лице. Ощутив слабый трепет, зародившийся в глубинах ее тела.