От себя - Карина Верная

— С женихом на дегустацию меню идём. Ну и ещё уйма всяких предсвадебных дел… — злорадно смакую каждое слово, искоса следя за реакцией мужчины.

Наверное, ожидаю, что новость о моей приближающейся свадьбе хоть как-то выведет Константина Станиславовича на эмоции.

— А нас вот дочь в театр вытащить решила на какой-то комедийный спектакль. Будем окультуриваться! — произносит он спокойно, будто давным-давно в курсе, что я скоро замуж выхожу, и ему на это наплевать.

Господи! Да так оно и есть! Со мной-то что не так?!

— А ты давно была в театре?

— Давно. Когда ещё в университете училась.

— Ну это не так и давно… — явно потешается надо мной.

Я решила больше не поддерживать этот унылый разговор и уткнулась в окно.

Собственно, чтобы быстрее закончить нашу поездку, я сделала вид, что последний вариант ресторана мне понравился больше всего для проведения новогоднего корпоратива. Константин Станиславович спорить не стал: видимо, тоже уже устал ездить со мной и торопился к жене. Он внёс предоплату, и мы с ним с чувством выполненного долга вернулись к его машине.

— Давай, до дома тебя докину! Ты где живешь?

— Нет, лучше до ближайшего метро.

Хватит с меня уже этой пытки! Быстрее бы выдохнуть подальше от него и мозги на место поставить.

— А когда у тебя свадьба? Уже совсем скоро? — в отличие от меня мужчину, наоборот, прорвало на разговор.

Смотрит выжидающе, с тенью легкой улыбки на лице.

— В конце января.

— Да? Не боишься, что холодно будет? Любишь зиму?

— С детства обожаю снег.

— Я тоже. Мне кажется, что лучше уж мороз, чем тридцатиградусная жара.

Украдкой гляжу на Константина Станиславовича, который невозмутимо следит за дорогой.

— Ну я в крайности не бросаюсь. Тепло тоже люблю. Недавно на море летали отдыхать — мне очень понравилось… Особенно море и экзотические фрукты.

Симанович оставляет мой ответ без внимания.

— Может, всё-таки до дома? — уточняет, останавливая автомобиль недалеко от метро.

Решительно мотаю головой.

— Нет, спасибо!

Пока я отстегиваю ремень, мужчина успевает выскочить из машины и, обогнув её, открыть мне дверь.

Ещё раз благодарю его и, упорно избегая зрительного контакта, прощаюсь.

Но не успеваю сделать и пяти шагов в сторону, как мне в спину прилетает самый настоящий снежок.

Снежок!

Я тут же изумленно оборачиваюсь, но Константин Станиславович запрыгивает в машину, всем своим видом демонстрируя, что это якобы был не он.

Нормально вообще?

Мужчина даже не смотрит в мою сторону, пока я недоуменно хлопаю ресницами. Темно-синяя Тойота быстро исчезает за ближайшим поворотом.

И что это было?

Всю поездку на метро я гружусь и одновременно злюсь на себя.

Хватит, блин, об этом думать! У него своя жизнь, у меня — своя!

Да мне вообще никогда не нравились мужчины старше. Я всегда предпочитала плюс — минус ровесников. Почему же сейчас все мысли тянет в его сторону? Что в нем такого-то?!

Пора пресекать этот бред на корню! Я взрослый человек и смогу себя контролировать.

Добравшись до квартиры, вижу, что Даня ещё не вернулся. Дозвониться до него у меня не получается, поэтому не придумываю ничего лучше, чем настрочить очередное письмо Вале. Долго и упорно набираю его, перечитываю, вношу правки…

С одной стороны, мне хочется, чтобы она прочитала всю эту чушь про тягу к Симановичу, и облагоразумила меня. Дала виртуального пинка. Но, с другой, — мне стыдно признаваться в своём влечении. Я же сама прекрасно понимаю, насколько всё это бессмысленно, несвоевременно и нездорово. Да и ужасно несправедливо по отношению к Дане.

Пока курсор компьютерной мышки завис в нерешительности над «отправить», я уже было передумала это делать. Но услышала звук открывания входной двери и от испуга шлепнула по левой клавише.

Ладно, теперь подруга меня отчитает, и я с чистой совестью буду вести себя как положено. Так ведь?

— Привет! — Даня возникает на пороге комнаты, подозрительно воодушевлённый и розовощёкий. — Курьер ещё не приезжал?

— Курьер?

— Да, я заказал тебе твои любимые роллы с угрем, запечённые суши, а себе — вок. Ты же голодная и уставшая у меня сегодня?

— Нет, никого не было, — растерянно отвечаю, отложив ноут в сторону. Затем встаю с кровати, чтобы тактильно поприветствовать своего жениха. — Спасибо, вкусняшки будут очень кстати, а то я что-то залипла в комп, и ничего не приготовила.

— Я так и подумал! — Даня сверкает своей белоснежной улыбкой и прижимает меня к себе.

Вечер мы проводим очень душевно. Сидим в обнимку, уплетаем заказанную еду и смеёмся над очередной тупой комедией. Мне легко и спокойно рядом с Даней, а все остальное сейчас кажется таким маловажным и незначительным.

— Ну, чего ты так на меня смотришь? — шутливо пихаю женишка в бок после того, как мы порезвились на нашей кровати, и готовимся ко сну.

— Жду — не дождусь, когда ты уже, наконец, станешь Васильковой.

— Да что изменится-то? Это всё формальности. Или ты намекаешь на то, что официально заберёшь у меня свободу и перекроешь кислород? — иронизируя, я ложусь на бок, чтобы лучше видеть Даню.

— Не без этого! — заливисто смеётся, поворачиваясь лицом ко мне. — На самом деле, мне не терпится назвать тебя своей женой. Есть в этом что-то… Ты поменяешь фамилию, и все будут знать, что ты моя. Василькова Соня.

— Фамилия, честно говоря, так себе…

— Чего-о? — начинает возмущённо щекотать меня, я брыкаюсь и визжу как ребёнок.

— Ладно, ладно! Я пошутила! Даня хватит! Нормальная фамилия! Отпусти!

— Так-то лучше! — довольно резюмирует Васильков, притягивая меня ближе. — А вот отпускать не хочу! Придётся тебе с этим смириться!

— Да я и не против! — весело хохочу, обнимая Даню в ответ.

Выходные в предсвадебных хлопотах пролетают незаметно. Моё душевное равновесие приходит в норму вместе с осознанием того, что я вполне себе счастлива.

Мне больше не хочется выглядеть как-то особенно на работе, поэтому под пуховик я надеваю свои любимые темные джинсы и старенький, но очень тёплый и дорогой моему сердцу сиреневый джемпер. Мне его на восемнадцатилетие подарил отец, и я до сих пор в нём чувствую себя превосходно.

Тяжело вздыхаю перед зеркалом от воспоминаний, но заставляю себя слабо улыбнуться своему отражению. Он бы хотел, чтобы я улыбалась… Он постоянно твердил, какая красивая у меня улыбка…