Красавец и ученая дама - Ким Лоренс

Меган невольно следила за его движениями. Вот он положил руку на грудь, и она снова поразилась, как великолепны его скульптурные мускулы, обтянутые белоснежной футболкой. Как притягательна эта поросль в вырезе горловины...

Чтобы успокоиться, Меган глубоко вздохнула и с интересом уставилась на его башмаки.

— Но я могу отдать вам свою рубашку, если хотите.

Она даже вздрогнула от предвкушения надеть на себя то, что хранит тепло и аромат его тела. Ужасная мысль осенила ее. Неужели он понял, что она мысленно уже раздевает его? Неужели все это отразилось на ее лице?

У нее стучали зубы, но уже не от холода, а по вине воображения, которое рисовало ей его тело во всем великолепии. Прекрати сейчас же, Меган! приказала она себе. Не время и не место поддаваться ненужным эмоциям.

— Хотите пойти в дом? — излишне резко спросила она.

— Что с вами случилось? — спросил Люк, изучая ее напряженное лицо.

После того, что он вытворял перед ужином, Меган надеялась, что у него хватит благоразумия не задавать ей вопросы. Ведь, вернувшись в его комнату, как обещала, и не найдя его там, она сразу поняла, какую роковую ошибку совершила. Меган спустилась вниз и обнаружила гостя в окружении смеющейся и возбужденной толпы, ловившей каждое его слово. Ее наихудшие опасения оправдались.

— Со мной все в порядке, — фыркнула она.

— Мне показалось, что вечер удался замечательно.

На его самонадеянное замечание Меган ответила лишь саркастическим смехом.

— Да, я заметила, что у вас было великолепное настроение.

Нечего было и беспокоиться, что он станет чувствовать себя неловко. Собрались все завсегдатаи маминых вечеров. Дипломат, поэт с женой-адвокатом, актриса... хотя чем меньше говоришь об этой болтушке Хилари, тем спокойнее. Был также бывший директор школы и якобы музыкант, который некогда написал несколько рок-баллад, а потом ударился в политику.

Мнимый любовник Меган не только не растерялся, но и стал душой общества. Он с легкостью рассуждал на разные темы, покорив своей осведомленностью не только ее, но и всех остальных.

Она и прежде догадывалась, что он — умный человек. Это можно было понять, пообщавшись с ним пару секунд. У него были удивительно широкая эрудиция и острый ум. Вспомнив о его неотразимом обаянии, Меган недовольно поджала губы. Ведь она все еще на него сердилась.

— Идемте, прогуляемся под солнцем. Вам надо согреться.

— Мне не холодно, — упрямо возразила она, обхватывая себя руками за плечи.

— А вот мне холодно.

Потоптавшись на месте, Меган все же последовала за ним на залитую вечерним солнцем лужайку.

— А теперь расскажите мне, что я такого натворил и за что вы гневаетесь на меня.

— Может быть, вас подводит память. Тогда позвольте вам напомнить, что единственная причина вашего появления здесь — ваше безумное увлечение мною. Для начала хотя бы попытайтесь заметить мое присутствие, — обиженно закончила она свою тираду.

Он действительно вел себя так, будто они незнакомы. Только в конце пригласил ее пройтись.

Его красивые черные брови удивленно поползли вверх.

— Я все делал как надо.

Меган ужасно раздражала его манера поведения.

— Странное у вас представление о чувствах! Вы целый вечер напролет увлеченно развлекаете дам, пялясь им в декольте. Это что, специальный прием?

— Успокойтесь, дорогая! — засмеялся он и, взяв ее за руку, развернул к себе.

— Я совершенно спокойна! — запальчиво воскликнула она.

— Неправда, — возразил Люк. Еще тогда, встретив Меган впервые, он подумал, что хотел бы увидеть ее без привычной защитной оболочки. Это ему удалось. — Безрассудство и злость очень идут вам.

Что-то в его голосе заставило Меган повнимательнее взглянуть на него.

— Я никогда не была ни злой, ни безрассудной. Я просто не люблю тратить время на чепуху.

— Я не тратил время на чепуху.

Ее щеки залились густым румянцем. Она красноречиво посмотрела на его смуглые пальцы, сжимавшие ее обнаженный локоть. Он самый черствый и толстокожий из всех мужчин, которые попадались ей на жизненном пути!

Меган решила быть выше обстоятельств. Она не станет спорить с ним, просто будет пассивно стоять, хотя его пальцы жгли ее кожу, словно раскаленное железо.

— Вы скажете «черное», если я скажу «белое». Вы изо всех сил стараетесь противоречить мне во всем, — сухо заметил Люк. — Но я уже сказал, что на меня это не действует. У нас будут потрясающие отношения. Классический пример, когда противоположности взаимно притягиваются. Я предвижу шумные ссоры на людях и не менее шумные примирения наедине.

— Если вы намереваетесь затеять со мной интрижку, вас ждет разочарование, — предупредила Меган. — Кстати, противоположности не притягиваются, все заканчивается тем, что оба остаются на бобах. Хочу предупредить вот о чем. Насколько я поняла, вы считаете себя божьим даром, но поверьте мне: весь вечер я только и думала, не слишком ли высокую цену я заплачу.

— Показываете коготки... — проговорил он мягким вкрадчивым голосом, от которого мурашки побежали у нее по спине.

Серебряный взгляд Люка коснулся ее маленьких ладошек, которые напряглись и сложились в крепкие кулачки. Неизвестно почему он вдруг ощутил прилив нежности и желание защитить ее.

— Нам нужно вернуться, — сказала Меган. — Иначе люди начнут судачить, куда мы подевались.

На его губах показалась тонкая улыбка.

— Но они и должны о нас судачить, согласно разработанному мной плану.

— А вам не кажется, что, прежде чем воплощать ваш гениальный план, вам следовало бы посоветоваться со мной? — язвительно поинтересовалась она.

— Но тогда не получилось бы сюрприза. Вы плохая актриса.

— Потому что, в отличие от вас, я не привыкла обманывать. Кроме того, мне вовсе не хочется пребывать в ожидании сюрпризов, особенно с вашей стороны.

Люк, казалось, не заметил ее сарказма.

— Не беспокойтесь, я сориентируюсь. У меня очень хорошо получаются импровизации.

— Вот ваши-то импровизации и беспокоят меня более всего.

Люк бросил на нее озорной взгляд. В ответ Меган поджала губы и сурово воззрилась на него. Будучи человеком совершенно другого склада, она не одобряла его легкомыслия.

Скульптурные губы Люка дрогнули. Спустя несколько мгновений он почему-то неуверенно произнес:

— Вы далеко не дурнушка.

Меган картинно похлопала ресницами.

— Ах, что вы! Спасибо за комплимент.

Несмотря на всю иронию, она понимала, что предательское тело выдает ее внутренние чувства.