Вкус греха - Уильям Гилл

– Должно быть, вам скучно слушать мою болтовню о друзьях и родственниках, – прервала свой рассказ Пандора.

– Вы говорите искренне или пытаетесь подчеркнуть свое превосходство? Нет ничего легче – сначала показать, как много всего у тебя есть, а потом заявить, что все это не имеет никакого значения. Если уж мы начали играть в игры, давайте по крайней мере играть по правилам, – запротестовал Тед.

Пандора на минутку задумалась.

– Я просто хотела сменить тему разговора, и не более того. Если уж вы заговорили о правилах, то, пожалуй, стоит договориться, кто их устанавливает, – парировала она.

– Слишком сложный вопрос для нашего первого совместного появления на людях, – засмеялся Тед. – Но раз вы ставите его, это дает мне некоторую надежду на будущее. Но сегодня давайте больше не будем играть в игры. Я понял, на что вы недавно намекали, так что попытки вас соблазнить прекращаю.

Карсон на секунду отвернулся, чтобы подозвать официанта, и Пандора почувствовала одновременно облегчение и разочарование.

Было уже около семи вечера, и почти все сотрудники разошлись по домам. Пандора же никак не могла успокоиться после недавно закончившегося разговора с одной из своих служащих: Шарлотту пришлось уволить.

Вскоре после Рождества к ней зашла одна из школьных подруг и попросила взять ее на работу. Она объяснила, что, поскольку дети уже пошли в школу, ей хотелось бы чем-то заняться. Пандора предложила ей должность ассистента в одном из своих магазинов. Утром Пандоре позвонил менеджер и сообщил, что миссис Харрисон, недавно приступившую к исполнению своих обязанностей, поймали за руку на воровстве – она пыталась стащить что-то со склада.

– Я бы решил эту проблему сам, мисс Дойл, но знаю, что миссис Харрисон ваша подруга… – смущенно пробормотал в трубку менеджер.

Пандоре пришлось выдержать безобразную сцену с плачем, мольбами, оправданиями… Теперь она приходила в себя.

Зазвонил телефон. Она взяла трубку и по тягучему австралийскому акценту сразу же узнала говорившего.

– Привет, я вернулся, – раздалось на другом конце провода. – Рад, что вас застал. Означает ли это, что уик-энд у вас свободен?

Сначала Пандора хотела ответить отрицательно, но вдруг поняла, что тоже рада слышать Теда Карсона.

– Да, я свободна.

– Прекрасно. Кое-кто из моих друзей собирается погостить в моем доме в Хэмпшире. Буду очень рад, если вы к ним присоединитесь. Я заберу вас завтра утром, в половине девятого. Полетим на вертолете.

Карсон не стал дожидаться, пока Пандора ответит согласием на его предложение, и она решила простить ему это.

– Я ведь уже говорила вам, что не люблю вертолеты.

– Ничего, вам понравится – надо только привыкнуть. Да, кстати, я кое-что купил для вас в Нью-Йорке. Извините, кто-то прорывается ко мне по другой линии, мне нужно ответить на этот звонок. Увидимся завтра. – И Карсон переключился.

Положив трубку, Пандора стала думать, правильно ли она поступила, приняв приглашение. Хорошо было уже то, что ее не беспокоили больше мысли о Шарлотте.

– Вот мой дом! – заорал Карсон, стараясь перекричать шум двигателя.

Услышав его возглас, пилот чуть наклонил вертолет так, чтобы Пандоре было лучше видно.

– Очень красиво! – крикнула она.

Тед, довольный тем, что Пандора так высоко оценила его жилище, похлопал пилота по плечу.

– Фредди, сделай круг над имением, – сказал он. – Я хочу, чтобы мисс Дойл увидела все.

Неожиданное продление полета заставило Пандору пожалеть о том, что она выразила Теду свое восхищение. После того как вертолет наконец приземлился, Пандора и Тед – разумеется, по настоянию последнего, – прежде чем войти в дом, обошли его кругом. Карсону явно хотелось, чтобы гостья как следует рассмотрела и оценила его обиталище. Тед купил дом у герцога Барнсбери и отреставрировал его. Викторианское крыло здания было снесено. Специалисты полностью восстановили и привели в порядок парк.

Гости уже собрались в зале. Одни играли в триктрак, другие читали «Файнэншл таймс» или «Дейли телеграф». Дамы все до единой были блондинками – одни натуральными, другие крашеными. Все они были одеты в сшитые у дорогих портных брюки и шелковые рубашки и выглядели так, словно прибыли прямиком из самого солнечного уголка земного шара, предварительно прочесав магазины на Слоун-стрит.

Тед представил Пандору собравшимся. Среди них оказался какой-то грек, имя которого она толком не расслышала. Он сопровождал Мелиссу Харви, которая не нуждалась в представлениях, поскольку ее имя постоянно фигурировало на страницах газет и журналов, посвященных светской хронике. Последний из ее многочисленных супругов незадолго до развода был посвящен в рыцари.

– Пожалуйста, называйте меня просто Мелиссой, – с улыбкой сказала она Пандоре.

Среди гостей оказался также Норман Брэгг с супругой. Брэгг был известным специалистом по ремонту, реставрации и реконструкции объектов недвижимости, особенно торговых галерей. Он умудрился охватить своими проектами даже район лондонских доков, где теперь на подъемных кранах красовались эмблемы с его именем.

Пандора не без удивления заметила среди гостей знакомое лицо. Давным-давно, когда она работала в магазине миссис Огилви, Ник Астон-Джоунс был приятелем одной из продавщиц. Теперь он был здесь с Оливией Тредуэлл, скандально известной журналисткой, чья способность шокировать читателей могла сравниться лишь с ее умением доводить до неистовства тех, о ком она писала. Ее роман «Совращение» пользовался бешеным успехом, и имя ее было у всех на устах. Пандора изумилась при виде столь странной пары.

– Ник! Сколько лет, сколько зим! Как поживаешь, чем занимаешься? – воскликнула она, краем глаза заметив, что Тед повел остальных гостей к столу, поверхность которого почти полностью скрывалась под стоявшими на серебряных подносах бутылками и бокалами.

– Я теперь публи-шах, – заявил Ник.

Услышав ответ, Пандора поняла, что связывает его с Оливией. Ей было прекрасно известно, что авторы и издатели всегда держатся рядом, поскольку их интересы лежат в одной и той же сфере. Все трое поболтали немного, а затем присоединились к другим гостям.

Во время ленча Пандора поняла, что заставило Теда собрать столько гостей. Норман Брэгг владел сотней акров в зоне лондонских доков, на берегу Темзы. Площади эти никак не использовались, и теперь Тед и Власос собирались вместе с Брэггом заняться их облагораживанием, чтобы затем с выгодой продать или сдать в аренду. Ник приехал в гости к Теду по той причине, что его издательский дом недавно был приобретен одной из принадлежавших Теду компаний, и теперь Астон-Джоунс считался одним из кандидатов на высший руководящий пост в новом, более крупном издательском предприятии. Оливию он, судя по всему, прихватил с собой в качестве украшения. Пандора обвела взглядом портреты предков Теда на обшитых деревянными панелями стенах и пришла к выводу, что те, кто на них изображен, скорее всего не имели никакого отношения к семье Карсон.