Загадочный незнакомец - Виктория Александер

Все присутствующие тоже подняли свои бокалы, и Тедди показалось, что не у нее одной на глаза навернулись слезы.

А полковник, откашлявшись, заявил:

– Нам с Найджелом хотелось бы возродить рождественскую традицию, которую мы помним по нашему детству в Милверте.

– О господи, только не традиции, – пробормотала себе под нос Берил.

– Когда мы были детьми, – продолжал полковник, – в канун Рождества рассказывались истории о тех, кто уже ушел. – Он немного помолчал, как всегда делали хорошие рассказчики. – Да, о тех, кто ушел, но все еще среди нас.

Ди громко застонала, а Камилл радостно воскликнула:

– Истории о привидениях?! О, я обожаю истории о привидениях!

– Как и все мы, дорогая, – улыбнулась леди Бристон. – Продолжай, Бэзил.

– Вообще-то мы думали, что начну я, – сказал лорд Бристон. – И начнем мы с истории о разлученных влюбленных.

– Томас и Энн?! – оживилась Ди.

– Да, конечно. – Граф хохотнул и начал рассказ о несчастных влюбленных (он был из Милверта, а она – из соседнего поместья), которым пришлось дожидаться смерти, чтобы воссоединиться; причем после этого их частенько видели по ночам и в особняке, и в окрестностях.

Тедди, слышавшая эту историю и раньше, украдкой наблюдала за Джеком, внимательно слушавшим своего дядю. Возможно, когда-нибудь Джек будет рассказывать эту историю своим детям. Детям с темными волосами и голубыми глазами. Детям, которых родит не она, Тедди, а какая-то другая женщина… При этой мысли у нее перехватило горло, а на глаза снова навернулись слезы.

Когда история о давно почивших в бозе влюбленных закончилась, полковник Чаннинг начал рассказывать другую – про призраков, которых они с братом видели в детстве и которые были куда страшнее, чем несчастные Томас и Энн.

Где-то в середине этого рассказа Джек перехватил ее взгляд, кивнул в сторону коридора и тихонько вышел из гостиной. Тедди немножко подождала, затем выскользнула вслед за ним. Он встретил ее у великолепно украшенной елки, как всегда, поставленной в галерее.

– Тебе бы следовало дослушать, Джек, – тихо сказала Тедди. – Ведь в конце концов, эти рассказы – твое наследство.

Он криво усмехнулся.

– Сдается мне, что я еще успею узнать обо всех духах, населяющих Милверт. Но сейчас я хочу сделать кое-что другое…

– Что именно? – Тедди посмотрела на него вопросительно.

– Боюсь, я совершил ужасную ошибку, Теодоусия.

Она вскинула брови.

– Неужели?

– Да, увы… Видишь ли, я…

– Простите, что помешала, – послышался у Тедди за спиной голос миссис Чаннинг, – но я не уверена, что мне выпадет другая такая возможность…

Тедди пожала плечами и пробормотала:

– Наверное, мне лучше оставить вас вдвоем…

– Нет, дорогая, останьтесь, – возразила миссис Чаннинг. – Это займет всего минуту. Кроме того, сейчас вы самая важная женщина в его жизни.

– И что ты хочешь этим сказать, мама? – с улыбкой спросил Джек.

– Я знаю, Джексон, что ты никогда не простишь меня до конца, но все же мы должны жить дальше, не так ли?

Джек кивнул.

– Да, мама, конечно.

– Видишь ли, Джексон, твой отец и я… – Мать сделала глубокий вдох. – Мы с твоим отцом решили, что раз уж совершили в прошлом ошибку… Причем моя была особенно вопиющей… В общем, мы решили попытаться начать все сначала. Для начала – как друзья, а там посмотрим, к чему это нас приведет.

Джек прищурился.

– А как же дядя Дэн?

– Мы с ним долго разговаривали после того, как ты покинул Нью-Йорк. Несколько раз разговаривали. И я перед ним извинилась. Но знаешь… Как ни странно, Дэниел всегда подозревал, что моя настоящая любовь отдана не ему. – Мать тихо вздохнула. – Думаю, я так никогда и не смогла забыть твоего отца, хотя и пыталась. Пыталась в течение тридцати лет, но… Ты, Джексон, очень на него похож. Может быть, поэтому я и не хотела тобой делиться. – Элизабет посмотрела сыну в глаза. – Конечно, я не смогу изменить прошлое, но кое-что мне хотелось бы сделать. – Она отошла в сторону, наклонилась и вытащила из-под елки небольшой красиво упакованный сверток. – Я кое-что тебе привезла. Не могу вернуть тебе все прошедшие годы, но это ты, возможно, захочешь получить. – Она протянула сверток Джеку.

Тот взвесил его на ладони и спросил:

– А что это?

– Письма, которые ты писал отцу на Рождество.

Тедди вздрогнула и к горлу ее подкатил комок. А Джек, в изумлении глядя на мать, пробормотал:

– Откуда ты про них знаешь? Я никогда никому не рассказывал…

– Ведь я твоя мать. – Элизабет пожала плечами. – И, как мать, я знаю о тебе все. Я подумала, что ты, возможно, захочешь отдать их отцу…

Джек долго молчал, глядя на сверток, затем посмотрел матери в глаза:

– Спасибо, мама.

– Это пустяки… А я теперь… – Уголки губ миссис Чаннинг приподнялись в улыбке. – Я должна вернуться к остальным. Не хочу пропустить очередную историю о привидениях. – Она перевела взгляд на Тедди и добавила: – Полагаю, вы с Джексоном тоже скоро вернетесь.

Тедди кивнула.

– Да, конечно.

– Вот и хорошо. – Элизабет повернулась, собираясь уйти, но тут же снова взглянула на Джека.

– Счастливого тебе Рождества, сын.

– И тебе, мам, счастливого Рождества. – Джек шагнул к ней, поцеловал в щеку и что-то пробормотал на ухо.

Глаза ее расширились, и она замерла на мгновение. Затем вдруг шмыгнула носом, молча кивнула и пошла обратно в гостиную.

Джек опять посмотрел на сверток в руке.

– Знаешь, это… никак не ожидал.

– Думаю, это настоящее чудо.

– Да, верно, – кивнул Джек. – Правда, это почти ничего не меняет, но все же…

– Я думаю, она очень старается.

– Тогда и я должен. – Он сокрушенно покачал головой. – А ведь я даже не догадывался…

– Ты простил ее, правда?

– Ну, она же моя мать… – Джек затолкал сверток с письмами в карман жилета.

– Ты хороший человек, Джексон Чаннинг. – Тедди прижала ладони к его щекам и заглянула в голубые глаза. – Огромная честь быть твоей невестой, пусть даже и не по-настоящему. – Она вздохнула и отступила на шаг. – Что ж, нам действительно следует вернуться…

– Еще нет. – Он улыбнулся. – Я хотел сделать признание.

– Мне всегда ужасно нравились твои признания. – Тедди склонила голову к плечу и внимательно посмотрела на него. – Что-то насчет ошибки, так?

– Огромной ошибки. – Джек наклонился, сунул руку под елку и, вытащив небольшую черную бархатную коробочку, перевязанную красной ленточкой, протянул ее Тедди. – Мне хотелось подарить это тебе сейчас, наедине.