Скандальное лето - Мередит Дьюран

Аластер поднял голову от бумаг. Элизабет, повернувшись, смертельно побледнела.

— Ты подслушивал? — скривился Аластер. — Очаровательно.

— Дай ей деньги, — потребовал Майкл. — Восемьдесят, нет, девяносто тысяч фунтов. Сделай это, или письма будут опубликованы.

— Нет. — Элизабет шагнула к нему. — Нет, это неправильно, Майкл…

— Мне не нужна его помощь, — возразил Майкл. — Проклятие, мне не нужны его деньги! А ты нуждаешься в деньгах.

Элизабет изменилась в лице. Прижав руку к горлу, она попятилась.

— И ты думаешь, я возьму их? От него? Вчера ты думал обо мне лучше!

Он оскорбил Элизабет. Боже, надо же быть таким болваном!

— Нет. — Шагнув вперед, Майкл схватил ее за руки. — Нет, ты неверно поняла меня. Я хотел лишь, чтобы ты… — Элизабет попыталась вырваться, но он крепко держал ее. — Послушай меня! Ты не станешь женой другого мужчины. Я не позволю тебе это сделать. Ты возьмешь эти проклятые деньги! — Послышался скребущий звук. Аластер бросил письма в огонь и теперь ворошил кочергой их остатки. — Есть и другие письма! — воскликнул Майкл. — Видит Бог, я опубликую их сам и расклею на улицах Лондона…

Внезапная боль заставила его опомниться: ногти Элизабет вонзились ему в запястья.

— Нет, ты этого не сделаешь. Ты не будешь в этом участвовать. Он твой брат, Майкл. — Разжав руки, Элизабет посмотрела на Аластера. — Но мое требование остается в силе. Я хочу получить от вас обещание, милорд, что больница леди Марвик откроется вновь и со следующей недели начнет принимать пациентов. Иначе вам придется горько пожалеть. — Она повернулась к Майклу и, протянув руку, легко коснулась его щеки. Но когда тот попытался сжать ее ладонь, Элизабет, покачав головой, отступила. — Я должна идти, — тихо прошептала она, направляясь к дверям.

— Нет. — Дьявольщина! — Не раздумывая, Майкл бросился за ней и, поймав за локоть, повернул к себе. — Ты не уйдешь от меня. Разве ты не слышала? Я нашел способ сохранить больницу. И…

— И ты не нашел решения для меня, — мягко возразила Элизабет. — Майкл, если бы речь шла только о моем будущем, я бы с радостью доверила его тебе. Но…

— Я люблю тебя, — произнес Майкл. — Я найду выход. Найду решение. Ты не можешь уйти. — Элизабет посмотрела ему в глаза. Приоткрытые губы ее дрожали, и у Майкла вдруг больно защемило сердце. Протянув руку, он нежно приложил палец к ее губам. — Доверься мне, как я доверяю тебе, — прошептал он. — Мы найдем выход.

У Элизабет вырвалось рыдание.

— Но… я… если бы это касалось меня одной… но от меня зависит столько людей…

— И мы найдем способ им помочь. — Майкл почти убедил ее. Предчувствие победы бурлило в его крови. — Только скажи, что ты веришь мне, и, клянусь, я никогда тебя не разочарую. — Элизабет моргнула, по щеке ее скатилась слеза. Ее изумительные, зеленые, как нефрит, глаза сверкнули. Не в силах видеть ее плачущей, Майкл медленно наклонился и осушил влагу губами. — Я не позволю тебе плакать и заставлю священника потребовать от тебя эту клятву во время нашего венчания.

Прерывистое дыхание Элизабет обожгло ему щеку.

— О, — прошептала она, — хорошо, если ты… обещаешь.

— Я обещаю тебе все. — С невнятным возгласом Элизабет схватила Майкла за волосы и, притянув его к себе, прижалась губами к его губам. Этот страстный жаркий поцелуй принес Майклу неимоверное облегчение. Элизабет принадлежала ему. Она согласилась остаться. — Ты не покинешь меня, — выдохнул он.

— Нет. Думаю, я не смогу.

— О, ради всего святого! — послышался хрип у них за спиной. Элизабет вздрогнула в объятиях Майкла. Занятые друг другом, они совершенно забыли об Аластере. Не позволяя Лизе отстраниться, Майкл повернулся к брату. На лице Марвика читалось отвращение, но это чувство впервые за долгие месяцы неожиданно оживило помертвевшие, застывшие черты. — Какая жалкая сцена, — отрывисто бросил Аластер.

— Надеюсь, очарование его светлости не фамильная черта, — ровным тоном проговорила Элизабет.

К своему удивлению, Майкл не смог удержаться от смеха.

— Пойдем, — сказал он, увлекая Элизабет к дверям.

— Я должен получить все письма! — раздался позади испуганный окрик.

— Не обращай на него внимания, — посоветовал Майкл. — Сейчас самое время завести эту полезную привычку.

— Вы получите свои деньги!

Майкл неподвижно замер. Элизабет бросила на него хмурый взгляд, в ответ он вопросительно приподнял бровь.

Лиза покачала головой:

— Я не хочу. Только не так.

— Твои деньги, Майкл, и вдобавок средства на больницу. — В голосе Аластера звучало неподдельное отчаяние. — Довольно денег, чтобы вы оба ни в чем не нуждались.

— Грязные деньги, — презрительно фыркнула Элизабет, кусая губу.

— Не грязнее тех, что ты получила бы, выйдя замуж без любви, — заметил Майкл. — А ты собиралась это сделать или по крайней мере думала об этом.

— Черт бы вас побрал! Еще я выплачу все ваши долги! И это мое последнее предложение!

Элизабет стремительно повернулась к герцогу.

— Принято! — радостно воскликнула она.

Майкл изумленно рассмеялся. Он думал, что у Лизы есть в запасе какой-то козырь, но она просто блефовала, ожидая, когда поднимутся ставки.

— Что ж, хорошо, — сказал Аластер. — Мои поверенные составят договор. А вы передадите мне письма. Но у меня есть еще одно условие.

— Нет, — тотчас вмешался Майкл.

Элизабет мягко коснулась его руки.

— Подожди. Давай вначале его выслушаем.

Аластер, опираясь рукой на каминную доску, тяжело перевел дыхание.

— Это… касается вашей свадьбы…

— Боже, как он торопится, — пробормотала Элизабет.

— Он лишь следует логике, — возразил Майкл. — Ведь я собираюсь на тебе жениться.

— А ты не хочешь сперва спросить моего согласия?

— Да, сию минуту. Как только мы останемся наедине.

— Свадьба будет пышной, — прорычал Аластер. — И я буду в числе приглашенных, иначе поползут слухи о причинах моего отсутствия.

Элизабет посмотрела на Майкла.

— Решать тебе, — тихо произнесла она.

Майкл неуверенно закусил губу. Возможно, выдвинутое Аластером условие — своего рода извинение, завуалированный жест примирения. А может быть, он лишь выдавал желаемое за действительное. Теперь Майкл уже ни в чем не был уверен, он недостаточно хорошо знал своего брата.

— Мы не будем праздновать свадьбу в этом доме, — объявил он. — Так что выбор за тобой: мы будем рады тебя видеть на торжестве, вопрос лишь в том, сможешь ли ты прийти.

Глаза Аластера сузились.