Дорогой незнакомец - Стелла Камерон

– Я предпочитаю спать без одежды, и, поскольку у меня есть жена, которую я обожаю, я предпочитаю спать с ней. Все время. Ты устала?

– Устала? Почему ты спрашиваешь?

Он без предупреждения втащил ее поверх себя и принялся гладить ее спину от шеи до самого низа, не упуская ни одного местечка. С особенным удовольствием он щекотал ее груди с боков, заведя руки ей за спину, когда она попыталась помешать ему.

– Мучитель, – сказала она, приподнимаясь, чтобы взглянуть на него.

Он проворно ущипнул ее за сосок, и она скорчилась.

И снова ударила молния, на этот раз с оглушительным треском, разорвавшим небо за окном белыми жилами. Гром сотряс весь дом.

Оливер перевернул ее на спину и наклонился над ней, неторопливо и старательно целуя ее под медленно стихающие за окном раскаты.

Послышался стук.

Лили открыла глаза и замерла.

Стук, донесшийся до нее, был вызван не бурей – кто-то колотил в дверь гостиной. Она вцепилась в плечи Оливера и трясла их, пока тот не поднял голову.

– Дверь, – сказала она. – Кто-то очень настойчиво стучится.

– Нет. Это буря. – Он замер и прислушался. – Вот дьявол. Это и в самом деле стучат в дверь. Если это не что-то безотлагательное, кто-то сейчас полетит отсюда кувырком за то, что прервал нас в такой момент. Оставайся здесь, дорогая.

– Не бросай меня одну.

– Я тебя не бросаю, Лили. Я просто пойду отвечу. Тот, кто там колотит, похоже, не собирается уходить, пока не получит ответа.

Он встал с кровати и зажег лампу, потом натянул штаны и отправился в гостиную.

Снова раздался стук, еще громче прежнего.

Лили соскользнула с постели и нащупала рубашку и пеньюар, приготовленные для нее. Надев их, она на цыпочках пересекла комнату и притаилась у двери.

– Черт бы тебя побрал, – услышала она голос Оливера. – Что все это значит?

– Впусти меня, – послышался голос Ника. – Тут нам на голову свалились неприятности. Скорее закрой за мной дверь. И запри ее.

Лили плотно запахнула пеньюар и завязала пояс. Ей не терпелось выйти в гостиную, но она решила, что будет осмотрительнее послушаться Оливера, по крайней мере на этот раз.

Она услышала, как ключ повернулся в замке в гостиной, и затем слова Оливера:

– Давай выкладывай, Ник. Что случилось?

– Этот дурак Витмор совсем спятил. За столом он и эта кляча, его сестрица, напивались все больше и больше. В конце концов женщину пришлось препроводить домой. Лэйкоку хватило ума отправиться вместе с ней. Но Витмор отказался уехать.

У Лили учащенно забилось сердце.

– Но здесь, без сомнения, вполне достаточно здоровых мужчин, чтобы усмирить одного пьяного идиота, – сказал Оливер.

– Да, достаточно. И они усмирили – по крайней мере мы так думали. Он остыл. Но сейчас он исчез, и мы не знаем, где он, знаем только, что он скорее всего в доме.

– Может быть, нам повезло, и он на дне озера, – предположил Оливер.

– Он в доме, говорю тебе. А до этого он ускользнул от человека, который пытался его остановить, и тот утверждает, что он заявлял, что намерен убить тебя и Лили. Он сказал, что если она не досталась ему, то пусть и тебе не достанется.

Оливер нервно засмеялся:

– Ты что, испугался, что он заявится сюда? Пусть приходит. Мне тут нужно свести с ним кое-какие счеты.

– Согласен, – сказал Ник. – Но мне кажется, ты выбрал для этого не самый подходящий момент. Возвращайся к своей жене. У меня есть пистолет, я покараулю.

Оливер понизил голос, но Лили по-прежнему могла разобрать каждое слово.

– Давай говорить потише, Ник. Я не хочу испугать ее. Она снова заснет, а мы вместе посторожим до рассвета, а потом найдем мерзавца.

– Что ж, годится. Жаль, что вы прикончили все свадебное вино. Я бы чего-нибудь выпил.

– Выпей бренди, – предложил Оливер. – Сядь, я тебе принесу.

– Спасибо. Ты необычайно оживлен. Как проходит первая брачная ночь?

Лили покраснела и напрягла слух, но Оливер не ответил.

– Прости меня, старина, – сказал Ник. – Я перешел границы, да? Но ты никогда не стеснялся обсуждать своих поклонниц.

– Лили – не поклонница, – возразил Оливер. Послышался звон бокалов. – Она – моя жена. Она – ах!

Последовал короткий, резко оборвавшийся вскрик. Бокал разбился.

Это вскрикнул Оливер.

Лили распахнула дверь и ринулась в гостиную. С остатком разбитого бокала в простертой руке Оливер лежал на ковре лицом вниз.

– Он упал, – сказал Ник. – Только вскрикнул и упал. – Он опустился на колено возле своего друга.

– Оливер! – Лили подбежала к нему. – Оливер!

– Он без сознания, – сказал Ник. – Мне кажется, он ударился головой о стол, когда падал.

– Позови кого-нибудь, Ник! Я останусь с ним, только поскорее, Ник. Что могло случиться? С ним ведь никогда раньше такого не было?

– Нет.

Под правым ухом Оливера виднелась кровь.

– Он поранился, – сказала она, промокая ранку подолом своего пеньюара. – Наверное, стеклом. О, побыстрее, пожалуйста.

– Нет.

– Он, возможно, серьезно ранен. – Она подняла на него взгляд и отпрянула.

Ник смотрел на нее немигающим тяжелым взглядом своих зеленых глаз.

– В чем дело? – спросила она.

До этого она не видела его правой руки. Он поднял ее, показав пистолет, который он держал.

– Поднимись, пожалуйста, – сказал Ник. – И отойди от него.

Но Лили старалась загородить своим телом Оливера, насколько это было возможно, и не двигалась.

От короткого резкого пинка в бедро, который отвесил ей Ник, у нее перехватило дыхание.

– Убирайся, или я пристрелю его сейчас же. – Чтобы продемонстрировать серьезность своих намерений, он нацелил свой пистолет Оливеру в голову. – Делай, что тебе сказано, и я, может быть, подумаю, как получить то, что я хочу, оставив вас в живых.

– Я не дура, – отрезала Лили. – Ты слишком далеко зашел, чтобы теперь отступить. Я не знаю, чего ты этим добиваешься, но ты бы не обращался с Оливером так, если бы хотел сохранить его дружбу.

Ник фыркнул:

– Дружбу? Дружбу с человеком, укравшим все, что должно было принадлежать мне? Боже мой, женщина, не болтай чепухи.

Она еще не попадала в столь безнадежную ситуацию. С малых лет отец учил ее, что спокойные размышления могут привести к решению любой проблемы.