Ошибка смерти - Нора Робертс

– Да, конечно. После того, как ты немного поспишь.

– Не люблю оставлять свободные концы.

– Пусть пока повисят. Их можно завязать и позже. Все, что дали вам энергетический коктейль и ваш собственный адреналин, уже израсходовано, лейтенант. Вы бледны, как луна, и язык у вас заплетается.

– Кофе.

– Сперва в аду мороз грянет.

Наверно, он был прав: когда ей удалось – с трудом! – сфокусировать зрение, оказалось, что она стоит посреди спальни. Вернее, едва стоит.

– Один час в горизонтальном положении, – сказала Ева, снимая кобуру.

– Четыре. И у тебя останется приличный запас времени, чтобы утром подзарядить организм едой и отправиться потрошить подозреваемых.

– Потрошить? – Ева села и принялась снимать ботинки. – Да я из них рубленый бифштекс сделаю. А ты не собираешься отнести меня в постель?

– Ты все еще одета.

– Ничего. Посплю в одежде. – Ева сонно улыбнулась и протянула к нему руки.

Рорк поднял ее на руки, нарочито спотыкаясь, донес до кровати и рухнул вместе с ней на стеганое пуховое одеяло.

– Все, что в моих силах.

– Ничего, и так сойдет.

Ева свернулась калачиком, прижимаясь к нему, он обнял ее обеими руками, и они оба провалились в сон.

Насчет четырех часов сна и горючего он оказался прав, вынуждена была признать Ева. Ей предстоял долгий и сложный день, и перед ним надо было подзарядиться.

Как она и ожидала, Баллок и остальные вызвали целую армию адвокатов. Ева дала им всем повариться в собственном соку, пока сама она со своей командой делала полные отчеты для Уитни и Рио.

– Федералы и Глобальная полиция захотят взять на себя финансовые махинации, торговлю детьми и все остальное, во что фонд успел запустить лапы, – предупредила ее Рио.

– Пусть берут.

– Да уж, они поваляются на травке по этому поводу. Лондонскую фирму тоже поджарят. Ты устроила международный инцидент, Даллас.

– У меня три трупа. Они мои, и никто их у меня не отнимет. Что касается похищения и удержания Тэнди Уиллоуби против ее воли, это мое дело пополам с лейтенантом Смит из Отдела розыска пропавших лиц.

– Как состояние Уиллоуби?

– Мне сказали, что хорошее. Она спала, когда я уходила из дому. – Ева повернулась к Уитни. – Я хочу начать с Кавендиша, сэр. Это самое слабое звено.

– Вам виднее.

Рио поднялась на ноги.

– От похищения им не отвертеться, улики железные, все доказательства будут представлены Глобальной полиции. С тремя убийствами придется покорячиться.

– Я их достану.

Рио кивнула.

– Ты не против, если я понаблюдаю?

– Будь моей гостьей, чувствуй себя как дома.

Кавендиш был уже в комнате для допроса, весь потный и бледный. По обе стороны от него сидели два адвоката весьма внушительного вида. Из тех, кого Ева называла «пиджаками». Тот, что был слева, немедленно поднялся.

– Моего клиента продержали здесь всю ночь без залога, и вот уже почти час нас заставляют ждать тут. Мы намерены подать жалобы, а когда вы покончите с этой нелепой шарадой, потребуем внутреннего расследования ваших действий.

Ева невозмутимо повернула голову к Пибоди:

– Шарадой?

– Это такая игра, где говорить нельзя, но надо пользоваться мимикой и жестами, чтобы другой игрок угадал слово или фразу.

– Ты не шутишь? Что ж, мне это нравится. А знаешь почему? Хотя мистер Кавендиш, конечно, имеет право на адвокатов и может консультироваться с ними, лично я не обязана разговаривать с адвокатами. Запись включена. Лейтенант Ева Даллас и детектив Делия Пибоди ведут официальный допрос Уолтера Кавендиша в присутствии его адвокатов. Я зачитаю обвинения. – Покончив с этим, Ева села и вытянула ноги. – Вам уже зачитали ваши права, мистер Кавендиш…

– Мой клиент является гражданином Великобритании…

– Конечно, конечно. Вам понятны ваши права и обязанности в этом деле?

– Понятны. Мне нечего сказать.

– Хорошо, говорить буду я. Начнем с пособничества убийству по трем эпизодам. Это тянет на три последовательных пожизненных срока в Соединенных Штатах. Правда, англичане могут вас затребовать, и мы, возможно, согласимся депортировать вас под их ответственность, хотя меня бы лично такая перспектива опечалила. Утешает меня лишь тот факт, что они вас тоже запрут до скончания ваших дней, а наши налогоплательщики сэкономят свои денежки.

– У вас нет ничего, чтобы связать моего клиента с убийством. С каким-либо преступлением вообще.

– У меня есть достаточно, чтобы не только связать тебя, – сказала Ева, обращаясь прямо к Кавендишу, – но чтобы сковать цепями с головы до ног и выбросить за борт. Рэндал Слоун хранил частные записи, Кавендиш. Чейз не сумел их выкрасть. Они у меня. В них есть твое имя.

Ева улыбнулась, заметив россыпь испарины, выступившей у него над верхней губой. Да, это слабое звено.

– Тебе было известно об операциях Фонда Баллока, включавших продажу новорожденных ради выгоды, а также о махинациях с налоговыми декларациями для сокрытия незаконной прибыли, полученной от этих операций. Тебе также было известно, что Чейз собирается убрать Натали Копперфильд и Бика Байсона, обнаруживших, по крайней мере, часть незаконных операций. Ты знал, что он собирается проделать с ними вот это.

Ева подвинула через стол две фотографии с убитыми, снятые на месте преступления.

– Моему клиенту ничего не известно о каких бы то ни было обстоятельствах этих преступлений.

– Может, ты был последним в очереди на раздачу обеденных талонов, Уолт, но ты знал. Баллок и Чейз приходили в твой кабинет, чтобы обсудить это при закрытых дверях. Вы устроили задушевный маленький обед и за обедом обсудили, как он убьет двух молодых людей.

– Это абсурд! – Один из адвокатов Кавендиша возмущенно вскочил. – У вас ничего нет, кроме домыслов, беспочвенных домыслов. Этот допрос…

– У меня есть кое-что еще, Уолтер. У меня в соседней комнате твоя подружка. – Ева зловеще усмехнулась, когда его глаза воровски стрельнули в сторону двери. – Да-да, все верно, и я уже поспорила, что она свалит все на тебя, как на мертвого. Она на тебя работала, делала, что ей было велено, она ничего не знала. Она может на этом сыграть, и ты пойдешь ко дну. С такими, как ты, всегда только так и бывает. У тебя слово «ЛОПУХ» на лбу написано. Она мне не нравится, подружка твоя, поэтому я допрашиваю тебя первым. Предлагаю сделку, которую предложу ей, если останусь недовольна тобой.

– Никаких сделок, – отрезал адвокат.

– Держу пари, вы работаете на фирму Стьюбена, Роббинса, Кавендиша и Малла. – За все время Ева впервые обратилась к адвокату. – Все эти господа тоже сидят в большой куче дерьма. Там много хитрых адвокатов, Уолтер. Много хитрых адвокатов, которые представляют интересы Баллок и Чейза. Пари держу, они все уже единогласно выбрали тебя козлом отпущения. Послали тебя сюда, загрузили бессмысленной работой, похоже, они тебя совсем не уважают. А теперь, когда запахло жареным, как ты думаешь, чья шкура будет поджариваться, а?