Я просто хочу любить - Светлана Алексеева

Все дружно посмотрели на Сторожеву.

– Да, – подняв голову, уверенно ответила она. – Начинаем.

Повинуясь команде, Гончаренко нервно пошевелил плечами и подошел к машине. Ласково похлопав ее по крыше, погладил капот и тяжело вздохнул. Казалось, перед ним стоял не железный автомобиль, а породистая скаковая лошадь. Лошадь, которую вели на бойню. Оглянувшись, Николай кисло улыбнулся и сел за руль. Загудев, автомобиль быстро набрал скорость и скрылся за поворотом. Боясь пошевелиться, друзья молча смотрели ему вслед. Через несколько минут послышался грохот падающего в реку автомобиля. Взрыва не последовало.

– По машинам! – громко скомандовал Дмитрий и побежал к «Kia Sorento».

Виктория поспешила следом за ним. Усевшись на переднем сиденье, женщина внимательно, прищурив глаза, всматривалась в темноту. Проехав триста метров, машина резко остановилась.

– Вот он! – радостно воскликнул Дмитрий.

Слева на обочине дороги стоял Гончаренко. Как всегда, с сигаретой в руке. Он даже не шевелился.

Виктория быстро выскочила из машины.

– Ты цел? – взволнованно спросила она, глядя на него пытливым, бегающим взглядом.

– Да, – устало протянул Николай и грустно добавил: – Жаль тачку. Хорошая машина у тебя была!

– Пожалуйста, не надо! – резко произнесла женщина. – Мне и так тошно.

Погладив Викторию по спине, Дмитрий неторопливо направился к краю дороги. Друзья молча пошли за ним. Вытащив из кармана фонарик, Грицак внимательно посмотрел вниз. Разорвав мглу, яркий луч света скользнул по обрыву и опустился к реке.

– Вот! – нервно выкрикнул Коваль, первый заметивший перевернутое днище автомобиля. Даже заднее колесо было видно.

– Удачное место мы выбрали! И не мелко, и не глубоко. Тачку отсюда точно не унесет, так что утром ее найдут, – задумчиво протянул Гончаренко и посмотрел на Вику. – Вот и нет больше Виктории Ивановны Сторожевой! Завтра секретарша объявит о ее исчезновении. Что ж, друзья, еще раз всем спасибо! Думаю, нам пора прощаться.

Крепко пожав всем руки, Дмитрий пошел к машине. Мужчина понимал: сейчас он здесь лишний.

Чуть ли не впервые в жизни Виктория не знала, что ей говорить, что делать. Она хотела что-то сказать, но не могла. Что-то тяжелое, удушливое подступило к ее горлу и не давало дышать. Оказывается, расставаться с друзьями, с теми, с кем прожито столько лет, было невыносимо тяжело и больно.

Перед глазами промелькнули яркие эпизоды их жизни. Высокая худощавая фигура Андрея, который, как перископ, вылез из люка старенького зеленого джипа и весело размахивает руками. Радостный крик Юрки, разбивающего шампанское о двери их обшарпанного строительного вагончика. Сияющие глаза Ксюши, разбрасывающей лепестки роз на ее свадьбе. Счастливая, искренняя улыбка Николая, светящаяся в окне роддома. Что бы ни происходило в их жизни, радость или беда, они всегда были вместе. Вместе падали и поднимались, вместе гуляли и вместе ругались, вместе хоронили, но никогда, никогда раньше им не приходилось расставаться. Расставаться навсегда.

Сжав губы, Виктория растерянно смотрела на своих друзей.

Понурив головы, они тоже стояли молча. На глазах у взрослых, умудренных опытом седых мужчин застыли предательские, обжигающие лицо слезы. Всхлипнув, Ксюша подняла голову и сжала губы. Глядя в лицо Сторожевой, Коваль что-то несвязно пробормотал и, тяжело вздохнув, отвернулся в сторону.

– Ребята, вы лучшие люди, которых я встречала в своей жизни. Спасибо вам за все. И… и не поминайте лихом! – ценой невероятных усилий, с трудом подыскивая слова, выдавила из себя Виктория. – Даст Бог, свидимся!

Вымученно улыбнувшись, она подошла к ним и как-то по-детски, неумело поцеловала. Нет, это был не поцелуй – сжатые губы не шевелились. Это было прикосновение. Чистое и жаркое. И было в нем столько любви и столько силы, что остальные слова были уже не нужны.

– Я вас никогда не забуду! – с болью крикнула Виктория. – Никогда!

– С Богом! – протянула Ксюша и смахнула с лица слезы. – Будь счастлива, подруга!

Опустив голову, Виктория торопливо пошла к машине. Запрыгнув на высокое сиденье джипа, она на мгновение замерла и пристально, стараясь запомнить лица друзей, глянула на них. Затем, тяжело вздохнув, опустила голову и резко закрыла дверь.

– Едем! – решительно произнесла Сторожева и тихо заплакала.

Впереди ее ждала новая жизнь.