Сладкая вендетта - Зоэ Арчер

– Это джеб, прямой удар правой, а вот это левый хук. – Джек продемонстрировал собравшимся вокруг него мальчишкам комбинацию приемов. – Уловили?

– Да, сэр, – хором ответили мальчики.

– Не сэр, – поправил их Джек. – Зовите меня Джеком или мистером Даттоном, но я никому не господин.

Мальчишки застенчиво закивали.

– Ладно. – Джек хлопнул в ладоши. – Теперь я хочу посмотреть, как вы все выполняете эту комбинацию. Если у вас появятся вопросы, обязательно спрашивайте.

Мальчики разорвали кольцо вокруг него и стали отрабатывать движения. Джек ходил между ними, поправляя, где нужно, подбадривая, одобряя. Чего эти ребята точно недополучали за пределами этой школы, так это похвалы. Но когда они приходили в Боксерский и Учебный центр Даттона, Джек следил за тем, чтобы не только исправлять их ошибки, но и хвалить за старания. Название центр имел звучное, но в самом центре ничего пафосного не было. У склада, который они с Евой превратили в школу, подтекала крыша, боксерский ринг представлял собой всего-навсего веревки, привязанные к вбитым в землю столбикам, а парты, за которыми сидели Евины ученики, были чиненые-перечиненые. Но странное дело, когда Джек смотрел на мальчишек, стоящих рядами и отрабатывающих приемы, и слышал, как Ева в соседней комнате объясняет дюжине ребятишек математику, он испытывал гордость.

Они это сделали, он и Ева. Им пришлось немало потрудиться, и они не жили в роскоши, но это место было их собственное. С новым именем и новыми документами Джек мог устроиться где угодно. И ему, честно говоря, было все равно, куда идти, коль скоро Ева с ним. В конце концов они решили обосноваться в Манчестере. Меньше тревог из-за того, что кто-нибудь узнает в нем Алмаза, но достаточно близко к Лондону, чтобы офис «Немезиды» мог при необходимости быстро связаться с ними, послав телеграмму или приехав на поезде.

– Хорошо, – сказал Джек через несколько минут. – На сегодня довольно. Все, кто хочет остаться на уроки миссис Даттон, – добро пожаловать.

Его не переставало удивлять, как много мальчишек предпочитали задержаться здесь ради учебы. А еще он каждый раз с замиранием сердца называл Еву «миссис Даттон». Они поженились в маленькой, удаленной от оживленных улиц церкви почти год назад. Свидетелями были сыщики «Немезиды». Никогда еще Джек не чувствовал себя больше и сильнее, чем в момент, когда Ева произнесла в церкви: «Согласна».

Он направился к перегородке, разделявшей бывший склад на две части, и через приоткрытую дверь стал смотреть, как Ева ходит взад-вперед между рядами парт. Так же, как и он на тренировках по боксу, она время от времени останавливалась, кому-то помогала решить заковыристую задачу, кого-то гладила по голове и хвалила. Не всем детям удавалось выбраться из нищеты. Иногда ученики бросали учебу, чтобы дальше работать на фабриках, и Джек с Евой никогда их больше не видели. Но те, кто оставался, получали шанс на благополучное будущее, и это было лучшее, на что он и Ева могли надеяться.

Увидев, что Джек за ней наблюдает, Ева улыбнулась ему, потом вернулась к работе. Его снова окатила волна теплоты. По ночам он часто лежал без сна, боясь, что если заснет, то проснется утром в Данмуре и обнаружит, что все ему привиделось. Но каждое утро он по-прежнему просыпался в кровати рядом с Евой, она уютно прижималась к нему своим обнаженным гибким телом, и Джек забывал свои страхи.

У них с Евой были новые документы, но кое-что из прошлого навсегда осталось с ними – рубцы от кандалов на щиколотках Джека и шрам от гвоздя на ладони Евы.

Джек почувствовал, что кто-то дергает его за рукав. Он повернулся. Перед ним стояла молодая девушка в поношенном платье и рваных туфлях. Ее широко раскрытые глаза смотрели с мольбой.

– Прошу вас, – прошептала она. – Мне больше не к кому обратиться. Они сказали, что мне нужно найти вас и вашу хозяйку.

Девушка дрожала. Джек ободряющее положил руку на ее худенькое плечико.

– Вы все правильно сделали, дорогая. Идите и подождите в кухне. И сделайте себе чашку чая. Мы с женой подойдем через минуту.

В ее глазах заблестели слезы. Слезы благодарности.

– Спасибо, сэр.

Девушка поспешила в маленькую кухню, устроенную прямо рядом с залом для бокса.

Джек и Ева не случайно выбрали именно Манчестер. В таком городе всегда достаточно людей, которым нужна помощь. Добиваясь справедливости, супруги Даттон никогда не останавливались на полпути и были безжалостны, как сама «Немезида». Если дело становилось слишком трудным и они не могли справиться вдвоем, из Лондона приезжали другие агенты. А несколько раз Еву и Джека вызывали на подмогу в Лондон. Теперь они все служили «Немезиде», и не важно, в какой части страны они жили.

Ева написала письмо родителям, рассказала им о своем замужестве и о школе, которую открыла в Манчестере. К ее вящему изумлению, родители одобрили и то, и другое. Хотя Ева никогда не говорила об этом вслух, Джек знал, что их одобрение сделало ее счастливой, а он только этого и желал.

Джек вошел в класс и подошел к Еве. Ее лицо озарилось радостью, но радость померкла, когда она увидела, что муж хмурится.

– У нас появилась еще одна маленькая пташка, – прошептал он.

Ева сразу все поняла. Она повернулась к одной из старших учениц и сказала:

– Клара, ты остаешься за старшую. Мне нужно заняться одним важным делом.

– Да, миссис, – ответила та.

Ева и Джек вышли из класса и направились в кухню.

– Что мы о ней знаем? – спросила Ева, понизив голос.

– Пока ничего. Но девушка, кажется, в отчаянии.

– Они всегда в отчаянии.

Однако настрой у Евы был решительный, непоколебимый. Джек остановился, привлек ее к себе и поцеловал. И это был не короткий чмок в губы, а глубокий поцелуй, полный огня. Когда они оторвались друг от друга, Ева проговорила, переводя дух:

– Не то чтобы я возражала, но почему вдруг?

– Потому, что ты самая сильная женщина, какую я только знаю. И потому что я тебя люблю.

Ева подарила ему тот самый взгляд, который всегда обещал длинную и напряженную ночь.

– И я тоже тебя люблю.

Джек мог слушать эти слова тысячи раз, и они никогда ему не надоедали.

– Пойдем, – сказал он, беря ее за руку и ведя ее в сторону кухни. – Мы должны кое-кому отомстить.