Уитни, любимая - Джудит Макнот

Дрожа так, словно ледяной взгляд серых глаз уже был устремлен на нее, Уитни прокралась в постель и натянула одеяло до подбородка. Она не была уверена, что способна на подобный поступок и вообще хочет ли сбежать.

Слезы скользили по щекам, падали на подушку, но девушка, не замечая их, думала о высоком темноволосом мужчине, перед которым придется предстать, когда она вернется из Шотландии. Сильном, красивом мужчине, который с отвращением и брезгливостью отвернется от нее, никогда больше не будет смеяться вместе с ней, никогда не сожмет в стальных объятиях и никогда-никогда не назовет ее нежным словом «малышка».

Записка от Пола прибыла на следующее утро. День выдался облачным, дул резкий ветер, и Уитни, одевшись потеплее, велела оседлать Хана и помчалась по полям в заросший сорняками двор заброшенного коттеджа. Привязав Хана возле лошади Пола, она открыла скрипучую дверь. Небольшой огонек, разведенный Полом в очаге, почти не согревал сырую, совершенно пустую комнату. Дрова громко потрескивали, и на потолке плясали причудливые тени. Почувствовав, что за спиной кто-то шевельнулся, Уитни нервно подпрыгнула.

– Пол!

– Разве ты ожидала кого-то другого? – поддразнил он и, оттолкнувшись от стены, открыл ей объятия: – Иди сюда.

Уитни молча подчинилась и машинально подняла лицо в ожидании поцелуя, мучаясь при этом тревожными мыслями.

– Я скучал по тебе, разбойница, – проговорил он. – А ты?

– Конечно, – рассеянно пробормотала девушка, отстраняясь.

Нельзя спешить, нужно все объяснить по порядку, а не взваливать на него сразу все свои проблемы.

– Пол, мне нужно многое сказать тебе такого, что ты найдешь по меньшей мере… – начала Уитни, выйдя на середину комнаты и повернувшись к нему лицом; она запнулась в поисках нужного слова, – поразительным.

– Неужели? – расплылся в улыбке Пол. – Люблю сюрпризы.

– Ну этот вряд ли тебе понравится, – вырвалось у нее. – Ты знаешь мистера Уэстленда?

Пол кивнул.

– И помнишь, как на дне рождения отца все судачили о пропавшем герцоге Клейморе, Клейтоне Уэстморленде?

– Помню.

– Ну так вот, мистер Уэстленд на самом деле и есть Уэстморленд.

– Тот герцог, что исчез! – охнул Пол, на лице которого отразилась странная смесь удивления, любопытства и недоверия. – Владелец пятидесяти поместий, четырехсот лучших лошадей в Европе, который, если мне память не изменяет, вот-вот готов сделать предложение не менее чем сотне неотразимых красавиц? Так это он?

– На самом деле у него всего семь поместий, – равнодушно поправила она его. – Насчет лошадей мне, правда, ничего не известно, но я точно знаю, что он вот-вот готов жениться всего на одной женщине. И, Пол, – ободряюще добавила она дрожащим от напряжения голосом, – я знаю, тебе это не понравится, как и мне, но именно я и есть та самая женщина, которую он выбрал себе в жены.

Губы Пола дернулись в веселой усмешке. Шагнув вперед, он снова обнял Уитни.

– Если он будет упорствовать в своем желании, – пошутил Пол, погладив ее по щеке, – я скажу ему, что обнаружил твой постыдный секрет, – оставаясь одна, ты, оказывается, пьешь бутылками шерри.

– Намекаешь на то, что я пьяница? – охнула Уитни, не веря своим ушам.

– Беспробудная! – пошутил Пол, тут же став серьезным. – Прекрати пытаться вызвать во мне ревность. Если сердишься из-за того, что меня долго не было, так и скажи.

Устав от бесплодных споров, Уитни отпрянула и топнула ногой.

– Я пытаюсь заставить тебя не ревновать, а понять, что я помолвлена с Клейтоном Уэстморлендом с самого июня!

Ну вот, правда вышла наружу!

– Я не ослышался? – пробормотал Пол, уставясь на нее.

– Нет, кажется, это был июль, – бессвязно бормотала Уитни. – Но разве это так важно?

Наконец-то Пол воспринял ее слова всерьез.

– И ты приняла предложение Уэстленда?

– Не Уэстленда, а Уэстморленда, – подчеркнула Уитни. – И это не я приняла предложение, а отец.

– Тогда посоветуй отцу самому выйти за него, – бросил Пол. – Ты любишь меня, и больше не о чем говорить. – Голубые глаза окинули ее раздраженным взглядом. – Ты ведешь какую-то странную игру, которая мне не нравится. И все это не имеет никакого смысла.

– Ничего не могу поделать, – парировала задетая Уитни, – это правда.

– В таком случае не будешь ли добра разъяснить мне, каким образом помолвка состоялась в июле, хотя ты до сентября не знала этого человека?

Теперь он помрачнел, и Уитни почти пожалела, что затеяла все это.

– Клейтона представили мне во Франции, – глубоко, прерывисто вздохнув, начала она. – Но я не обратила на него внимания и даже не запомнила. Вторично я встретила его в мае на маскараде, но Клейтон был в маске. Тогда же он и решил жениться на мне, но, зная, что дядя отказывает всем моим поклонникам, поскольку я хотела вернуться домой и выйти за тебя, приехал сюда и заплатил отцу сто тысяч фунтов. Ну а потом заставил его послать за мной, поселившись в доме Ходжесов.

– И ты в самом деле думаешь, что я поверю всему этому? – рявкнул Пол.

– Не совсем, – в отчаянии пробормотала Уитни, – но правда заключается в том, что я ничего не знала до твоего отъезда. Когда я в тот вечер спустилась вниз, чтобы рассказать отцу о нашей помолвке, там уже был Клейтон. И не успела я опомниться, как отец завопил, что я обручена с герцогом Клеймором. С тех пор положение с каждым днем становится все хуже.

– Не представляю, куда еще хуже! – саркастически хмыкнул Пол.

– А я представляю! Клейтон повез меня в Лондон на бал и там сказал одному из своих друзей, что мы скоро поженимся…

– Значит, ты согласилась стать его женой? – ледяным тоном осведомился Пол.

– Нет, конечно, нет.

Пол резко повернулся, шагнул к камину и, поставив ногу на решетку, загляделся на огонь, предоставив Уитни беспомощно смотреть ему в спину. Внезапно выпрямившись, он с побледневшим от ужаса лицом потрясенно воззрился на Уитни.

– Что ты имела в виду, когда сказала, будто герцог заплатил за тебя сто тысяч? – требовательно спросил он. – Обычно отец дает зятю приданое за дочерью, а не наоборот!

Уитни мгновенно поняла, о чем он думает, и сердце стиснула жалость к Полу… и к себе.

– У меня нет приданого, Пол. Отец все растратил, включая и мое наследство.

Пол прислонился головой к каменной стене и закрыл глаза. Широкие плечи безнадежно поникли.

Настало время осуществить задуманный Уитни план, и девушка направилась к Полу, едва переставляя налитые свинцом ноги. Предостерегающий голос снова и снова повторял, что она не должна делать этого, но сердце не позволяло ей покинуть Пола, особенно после того, как она увидела его измученное лицо.