Сон - Кэт Мартин

Дженни устремила на него взгляд и внезапно пожалела, что пришла.

— Что там, доктор Бейли? Боже праведный, что я вам наговорила? — И вдруг ее озарило. — Женщина… — прошептала Дженни. Сердце у нее упало, а потом бешено заколотилось. — Это ужасное создание… Отвратительная, мерзкая тварь, которая мучила девушек, бесстыдно пользовалась своим телом и убивала молодых мужчин… Эта женщина — я, да? Я была этой женщиной?.. — Сквозь слезы пламя свечи казалось ей размытым желтым пятном с голубоватым кончиком.

— Это было в иной жизни, Дженни. Теперь вы совсем другой человек.

— Прислушайтесь к нему, Дженни.

Сквозь слезы лицо Чарли тоже казалось расплывчатым; она замигала, пытаясь смахнуть влагу с ресниц, и черты Дентона приняли обычное выражение. Слезы залили ее лицо. Не обращая внимания на обоих мужчин, Дженни протянула руку и включила воспроизведение.

— Теперь вы совсем другой человек, Дженни, — повторил доктор, когда зазвучала запись, — вы обязаны помнить это.

Послышался треск, усыпляющие слова доктора, а затем женский голос. Сначала Дженни не узнала его: голос имел грудной, мурлыкающий тембр. Но чем больше она прислушивалась, тем сильнее убеждалась, что уже слышала его. В снах.

Желудок свели спазмы, дыхание замерло. Она слышала, как женщина чванливо описывала свою внешность. Дженни хорошо знала эту женщину, а теперь ясно увидела ее. Когда послышался смешок, она ощутила тот же ужас, что и прежде. Во рту стало горько.

«Боже милосердный, сделай так, чтобы это оказалось неправдой!» Она не могла быть этим испорченным, безнравственным созданием. Женщиной, виновной в пытках, убийствах и колдовстве. О Господи, она не могла такое вытворять! Но где-то глубоко внутри, куда Дженни боялась заглядывать, она сознавала, что это правда.

Когда женщина забилась под железными пальцами убийц, начала задыхаться и из последних сил хватать ртом воздух, как будто кто-то когтями вырывал жизнь из ее развратного тела, Дженни закрыла глаза. Она слишком хорошо знала эти муки.

Запись подошла к концу, и Дженни захлебнулась от рыданий. Чарли обнял ее за плечи, сердце его разрывалось от жалости.

— Кончено, моя хорошая. Теперь вы знаете все. А правда это или нет какая, к черту, разница? Важно одно: теперь вы свободны!

Она подняла голову:

— Вы в это верите, Чарли? Думаете, я могу выключить диктофон и уйти? Я должна знать, было ли это на самом деле. Должна знать, существовала ли эта гадина… которая вытворяла такие ужасные вещи! Боже всемогущий, я молю, чтобы это было неправдой, но мне необходимо все выяснить.

— Это может оказаться не таким простым делом, — сказал доктор, — многие мои пациенты пытались обнаружить следы своей прежней жизни. Но прошлое неуловимо. Мало кто из них преуспел в этом.

— Эта женщина — убийца, — возразила Дженни, вытирая слезы, — она была богата и могущественна. Я знаю, где и когда она жила. Даже год, когда она была убита. Если так было в действительности, я сумею найти подтверждение этому.

— А дальше что? — мягко спросил доктор.

— Не знаю. Если это правда, не знаю, как я смогу жить.

Доктор накрыл ее руку своей ладонью.

— Я уже говорил вам: это не имеет никакого значения! Имеет значение только то, что вы узнали причину. Теперь, когда это случилось, прошлое постепенно исчезнет. И боль тоже, Дженни. Пожалуйста, верьте в это.

— Я так хочу поверить, доктор Бейли! Очень хочу.

* * *

Бреннен, сидевший за маленьким круглым столиком в баре «Морской бриз», откинулся на спинку кресла, не сводя глаз со стоявшей перед ним полупустой пивной бутылки. Вивиан Сэндберг сидела напротив и потягивала джин с тоником. Оба пребывали в странной задумчивости.

— Джек…

Он опомнился, оторвал глаза от бутылки и вспомнил, где находится.

— Ага… Что, Вив? Хочешь еще выпить? — Он не был пьян. О Господи, если бы он напился! Но сегодня у Джека не хватало на это духу Все обернулось не так, как он думал. Однако после того как он обошелся с Вив в прошлый раз, уйти и бросить ее было нельзя. Конечно, он скотина, но не до такой же степени!

— Нет, мне достаточно. — Он ощутил прикосновение пальцев Вив на своей руке. — Я не упускала тебя из виду всю неделю, Джек. Хоть ты и вернулся в порт, но мыслями был далеко отсюда.

— У меня было о чем подумать.

— Ты имеешь в виду корабль?

— Ага! — солгал Джек. Он еще не успел сообщить ей хорошую новость.

— Может быть, но что-то непохоже… Я кокетничала с тобой всю неделю, и ты не брыкался. Сегодня вечером я решила, что наконец настало наше время, но теперь вижу, что ошиблась.

— О чем ты говоришь?

— Что-то не так, Джек, и мне кажется, я знаю, в чем дело.

Он резко выпрямился:

— В чем же?

— Это Дженни, верно?

У Джека похолодело внутри и пересохло во рту. Он испуганно уставился на Вив:

— При чем тут она?

— Я успела узнать тебя, Джек. Как ни странно, можно сказать, что мы друзья.

Он вяло улыбнулся. Пожалуй. В каком-то смысле…

— Можно и так сказать.

— Я помню, как увидела ее в первый раз. Ты бросал на нее такие взгляды, что во мне взыграла ревность. Я никогда раньше не видела, чтобы ты так смотрел на женщин.

Джек с деланной небрежностью пожал плечами, хотя от этих слов ему стало не по себе.

— Просто Дженни другая. Она не похожа на моих знакомых. Наверное, дело в этом.

— Наверное. Но не только. Ты любишь ее, Джек?

Он вскинул голову и хотел было отшутиться, но слова не шли с языка.

— Это не важно.

— А я думаю, что очень важно. Дженни любит тебя?

— Слушай, Вив, это на тебя непохоже… С каких пор ты начала интересоваться другими женщинами?

Яркая, белозубая улыбка сверкнула на красивом лице этой пышногрудой блондинки.

— С того момента, когда увидела, что такой парень, как ты, сумел найти себе пару. Любовь… ты понимаешь, о чем я? У нас очень много общего, Джек. Так было всегда. И если повезло тебе… значит, у меня тоже есть надежда.

Джек посмотрел на нее так, как никогда не смотрел раньше, и понял, что перед ним не просто грудастая телка, которой можно вставить пистон, если у парня стоит рогом. Вив была женщиной, ищущей свое место в жизни, женщиной со своими собственными мечтами и чаяниями. До встречи с Дженни это просто не пришло бы ему в голову.

— В тот вечер ты хотел не меня, а Дженни. Почему ты не желаешь это признать?

— Я уже сказал. Какое теперь это имеет значение! Слишком поздно. Между мной и Дженни все кончено.

— Может быть, не слишком. Ты хватаешься за этот предлог, потому что боишься. Могу сказать в утешение, что на твоем месте я бы тоже испугалась. Вивиан не спеша отодвинула кресло и поднялась. — Поразмысли над этим, Джек.