Обещание - Даниэла Стил

Несколько минут Мари стояла перед камнем, словно собираясь ссилами. Наконец она наклонилась и, уперевшись ладонями в холодную, шершавуюповерхность, с силой толкнула его. Камень нехотя накренился, и Мари, с трудомудерживая его в наклонном положении, подобрала какую-то щепочку и сталаковырять влажный песок, ища то, что когда-то было здесь спрятано.

Но бус не было, и Мари выпустила валун, чтобы перевести дух.Отдышавшись, она снова сдвинула камень и копалась в песке до тех пор, пока неубедилась, что бус здесь нет. Кто-то забрал их.

Мари выпрямилась и вытерла со лба выступившую испарину. Чтоже ей теперь делать?

— Ты не получишь их, — сказал у нее за спинойзнакомый голос, и Мари быстро повернулась.

Майкл!.. Он стоял в двух шагах от нее, и глаза его былиполны слез.

— Ты не получишь эти бусы, — повторил он. —Они не твои. Они принадлежат другой женщине — той, которую я любил, которую япомнил все эти два года…

Майкл остался на месте, не сделал попытки подойти ближе.

Он полночи прождал ее здесь. Выйдя от Питера, Майкл помчалсяв аэропорт и купил билет на коммерческий спецрейс, который доставил его вБостон через полчаса после того, как приземлился самолет Мари. Впрочем, если быпришлось, он готов был бегом бежать за ней хоть в Бостон, хоть на край земли.

Майкл поднял руку, и Мари увидела у него на ладони знакомыеголубые бусы, на которые прилип влажный песок. От этого ей тоже захотелосьплакать, и она несколько раз судорожно сглотнула.

— Я поклялся, что никогда не скажу тебе «прощай»,Нэнси. И я сдержал слово.

Он смотрел ей прямо в глаза, но Мари выдержала его взгляд.

— Ты даже не пытался отыскать меня.

— Мне сказали, что ты умерла.

— А я пообещала, что не буду искать встреч с тобой. Заэто мне должны были дать новое лицо. Я согласилась на это только потому, чтобыла уверена — ты обязательно найдешь меня. Но тебя все не было и не было, и я…

— Я бы обязательно нашел тебя, если бы знал. А ты… тыпомнишь то, что обещала мне?

Мари закрыла глаза и впервые за много-много месяцевзаговорила не голосом Мари Адамсон, а голосом Нэнси Макаллистер, который Майклтак любил:

— Я клянусь, что никогда не забуду ни о том, что отнынележит под этим камнем, ни о том, что это означает.

— И ты… ты не забыла? — Голос Майкла сорвался. Онподумал о мучительных двух годах, которые они провели вдали друг от друга.

Мари открыла глаза и улыбнулась:

— Нет, я не забыла, хотя очень старалась.

— А теперь? Ты вспомнишь об этом теперь? Знаешь, Нэнси,я…

Он не смог продолжать. Шагнув вперед, Майкл заключил Нэнси вобъятия и крепко прижал к себе.

— О боже, Нэнси, как я люблю тебя! Я любил тебя все этовремя и жалел только о том, что не умер вместе с тобой. Нет, я умер, умер в тотсамый момент, когда узнал, что ты… что тебя…

Но Нэнси ничего не отвечала. Она только плакала, вспоминаядолгие месяцы, полные беспросветного одиночества, тщетного ожидания и горького,как полынь, отчаяния. И она тоже прижимала его к себе, словно ребенок, которыйкрепко сжимает любимую игрушку, чтобы никогда с ней не расставаться.

Наконец она тряхнула головой и улыбнулась сквозь слезы.

— Я тоже люблю тебя, милый, — прошепталаона. — Я верила, знала — ты найдешь меня.

— Послушай, Нэнси… То есть Мари… Он запнулся, и они обарассмеялись, потом Майкл снова стал серьезным.

— Ты согласишься стать моей женой? На этот раз у насбудет настоящая свадьба, с музыкой, цветами, с гостями…

Майкл снова замолчал, подумав о своей матери. Как нистранно, он нисколько на нее не сердился, хотя должен был бы ненавидеть ее зато, что она сделала. Но Майкл был слишком счастлив и готов простить ее. ЕгоНэнси вернулась к нему, и это было единственное, что по-настоящему имело значение.

Майкл улыбнулся Нэнси, думая о том, как они поженятся, ноона покачала головой, и ему на мгновение показалось, что весь мир снова летит втартарары.

— Ас другой стороны — зачем ждать так долго? —заторопился он. — Музыка, цветы, гости — ведь все это совсем необязательно!

— Да, конечно! Мы можем пожениться сегодня, сейчас! Ятоже не хочу больше ждать, Майкл, иначе я сойду с ума от страха. Каждый час,каждую минуту я буду бояться, что что-то может снова случиться. С нами. Стобой…

Майкл торжественно кивнул и снова привлек ее к себе, а онаположила голову ему на грудь.

Оба не произносили ни слова, и только прибой глухо шумел, иволны накатывались на берег, и бледное утреннее солнце проглянуло сквозьразрывы в облаках. Слова были не нужны — за два года разлуки они научилисьпонимать друг друга без слов.