Летние свидания (сборник) - Мария Северская

«Ну, вот и все, – подумала Мирослава. – Финал – для кого-то счастливый, для кого-то не очень. Хорошо, что он все-таки нашел в себе силы противостоять матери и остаться с той, с которой по-настоящему хочет быть».

Она выключила компьютер и настольную лампу и несколько минут сидела в темноте, глядя в окно. Затем встала и отправилась на кухню, где гремела тарелками мама и откуда лился аромат свежесваренного кофе.

– Ну что, может, поешь? – спросила родительница.

– Может, и поем, – улыбнулась Славка.

Она положила себе на тарелку макароны и сосиски, вскользь подумав про себя, что по приезде надо снова брать на себя готовку обедов, а то из мамы кулинар еще тот, и уселась за стол.

– Мне показалось, или у тебя что-то случилось? – поинтересовалась родительница.

– Случилось, – с набитым ртом пробормотала девушка, – но у нас будет еще много времени это обсудить. Пока я не хочу говорить, извини.

Мама смотрела на нее как-то настороженно, словно видела впервые.

– Ма, да все в порядке. – Мирослава наконец проглотила еду. – Просто я решила начать новую жизнь.

По лицу родительницы было видно, что у нее много вопросов, но задавать их мама не стала, вместо этого спросив:

– Чемодан собрала?

– Даже еще не разобрала, – виновато ответила Славка. – Может, поможешь?

– Конечно, помогу, – усмехнулась мама. – Горе ты мое. А новая жизнь – это всегда хорошо, – добавила она, помолчав.

До двух часов ночи они вдвоем возились с чемоданами и сумками – что-то выкладывали в шкаф, что-то бросали в стиральную машинку. Наконец, вещи были собраны.

Славка уже вовсю зевала. Спать хотелось так, как будто она не спала несколько суток.

– Давай бегом в душ и ложись, – велела мама. – Завтра тяжелый день.

«И будет лучше, если в первый день своей новой жизни я вступлю отдохнувшей и выспавшейся», – сказала себе Мирослава.

Тем не менее, сразу после ванны она не легла, какое-то время еще стояла у окна, глядя на город. Там, в темноте, за несколько километров от нее, видел сны человек, причинивший ей боль, которого она все еще любила. Что ему снилось? Может быть, их с Соней будущая счастливая жизнь? Кто знает…

В этой же ночной темноте, затопившей все вокруг до рассвета, спал и новый Славкин друг Петр. У него в ногах, на одеяле свернулись клубками два больших рыжих кота, у изголовья, на теплом ковре дремала собака. Почему-то Мирослава была абсолютно уверена, что сейчас Петя видит во сне ее. Почему-то очень хотелось, чтобы это было так…

Где-то там, над далеким Провансом, в котором она окажется уже завтра, еще только сгущалась ночь. И было в этой ночи море звуков и запахов: стрекот цикад, шелест ветерка, шуршание листвы, аромат разогретой солнцем земли, лаванды и еще чего-то едва уловимого, горько-сладкого… может быть, перемен?